Медичи. Владыки Флоренции - Маттео Струкул

людей Ринальдо дельи Альбицци, Райнхардт лишил себя возможности распоряжаться собой и своим будущим, что для наемного убийцы казалось особенно странным. Впрочем, вряд ли можно было сыскать более преданного человека, чем он.

Скоро и Лаура поймет, как тяжело находиться на службе у Филиппо Марии Висконти, которому Ринальдо вверил свою жизнь и жизнь двух своих самых ценных людей: Райнхардта Шварца и Лауры Риччи.

Он продал их, чтобы спастись от неминуемой смерти и хотя бы как-то устроить свое будущее. И теперь в этом смутном, состоящем из сомнений и неизвестности завтрашнем дне Альбицци теплились также надежды его и Лауры.

Шварц покачал головой, размышляя о том, что его жизнь походит на сплошную череду мрачных и уродливых событий. От невеселых мыслей разрывалась голова, и потому он решил еще раз стряхнуть с себя это мучительное наваждение и забыться в объятиях Лауры.

Рано или поздно ему придется рассказать ей все, однако в это мгновение он не находил в себе смелости хотя бы начать говорить.

Сентябрь 1436

39. Филиппо Мария Висконти

Его выводила из себя эта отвратительная манера Филиппо Марии Висконти смотреть на него. Герцог нежился в ванной из камня, размерами и формой больше напоминающей бассейн; его белая дряблая кожа просвечивала сквозь чистую воду.

Альбицци показалось, что его вот-вот стошнит. Лишь невероятным усилием воли ему удалось сдержать себя. Как мог герцог Миланский довести себя до столь плачевного состояния? Он напоминал огромную свинью, которую решили вымыть перед забоем. А этот его слишком уж выступающий, даже уродливый лоб и шея – вся в розовых, нависающих одна на другую жирных складках!..

Куда катится мир!

В то время как он, Ринальдо дельи Альбицци, лишенный состояния и покинутый всеми, вынужден находиться на чужбине, этот гигантский кусок сала держит в страхе Миланское герцогство и может распоряжаться по своему произволу людьми и оружием, способными изменить ход истории.

Если, конечно, захочет.

Филиппо Мария смотрел на опального Альбицци своими поросячьими глазками и насмехался над ним.

А если разобраться, разве положение Ринальдо не являлось и в самом деле отчаянным? Он это прекрасно понимал, потому даже не заботился о том, чтобы скрывать свои намерения. Прошло более двух лет с того дня, как он, в попытке получить поддержку герцога, сбежал в Милан. Об этом было известно всем, включая этих фанатиков-флорентийцев, которые, говорят, поклялись – чего бы им это ни стоило – расправиться с ним.

Обратившись к Висконти, понимал Ринальдо и то, что помощь герцога не будет бескорыстной: придется дать что-нибудь взамен. Ведь с отвратительной наружностью Филиппо Марии могли соперничать только его алчность и ум. И потому Ринальдо предложил ему свои главные и важнейшие богатства: оставшиеся у него деньги и людей, которые ценностью могли сравняться с золотом или даже, учитывая извращенную природу Висконти, превзойти его.

Мании и сексуальные привычки герцога – его предпочтения распространялись не только на женщин, но и на мужчин – не являлись тайной. Об оргиях, которые устраивались в его апартаментах, ходили легенды, как, впрочем, и о приступах ярости, несомненно проявлявшихся уже в младенческом возрасте, порожденных неведомыми, должно быть переданными ему от далеких предков, страхами.

Именно по этой причине Филиппо Мария нуждался в Райнхардте Шварце и Лауре Риччи.

Отдавая их Висконти, Ринальдо понимал, что у него не остается более ничего, точно как у карточного игрока, потерявшего средства, а с ними и шансы; однако, с другой стороны, даже если бы он выждал немного или, что того хуже, не позволил бы ему забрать своих лучших людей, что бы он выиграл?

Ничего!

Потому тем более стоило попытаться поставить все на кон. Так он и сделал.

Швейцарскому наемнику пришлось принять такое же решение, когда его хозяин впал в немилость. Раненый Шварц оказался в грязных водах венецианских каналов. И только благодаря вмешательству людей Ринальдо ему удалось спастись. Конечно, Райнхардт мог бы попытаться предложить свои услуги другому хозяину, однако после того, как он так долго кормился из рук опального Альбицци, найти желающего было не так-то просто. А будучи тяжело раненным – тем более.

Потому, когда высланный из Флоренции Ринальдо нашел убежище в Милане, Шварц с радостью согласился помочь своему господину и отправиться служить Филиппо Марии Висконти. Выбор Ринальдо, безусловно, не являлся худшим из возможных, наоборот – это позволило ему, прихватив немного денег и горстку верных солдат, покинуть Трани. Шварц, разумеется, произвел сильное впечатление на герцога, который более всего на свете ценил виртуозное владение оружием. Особенно в нынешние времена: за последние два года Филиппо Марии пришлось вести войну на нескольких фронтах – за наследование престола Неаполитанского королевства, с Флорентийской республикой и Светлейшей.

Отправившийся сражаться под знаменами с синим бисционом[53] Висконти Шварц сразу отличился на поле боя и нашел способ изыскать средства для вылазки в Венецию, дабы освободить Лауру. Миссия требовала расходов, и потому благородный герцог сыграл в разрешении щекотливого вопроса наиболее подобающую ему роль – ростовщика.

За помощь, оказанную им в освобождении Лауры, Висконти поставил в качестве condicio sine qua non[54], чтобы она стала одной из его фавориток.

Ринальдо, конечно же, не поскупился на похвалы, описывая таланты Лауры в искусстве любви, составлении ароматов и приготовлении ядов. Эта невероятная смесь прелестей не могла не разжечь страсть и любопытство Филиппо Марии Висконти.

Однако оказавшейся после побега из тюрьмы при дворе герцога Лауре, благодаря присущей ее натуре дьявольской изворотливости, постепенно удалось, употребив почти что кошачью хитрость, утвердиться в несколько иной, чем обычная фаворитка, роли. Она по-прежнему оставалась жрицей любви, однако теперь сделалась еще и придворной отравительницей, и гадалкой, к чьим советам, когда дело касалось важных вопросов, связанных с будущим, часто прибегал Филиппо Мария.

Словом, Ринальдо был вынужден отдать герцогу Милана свои главные ценности, числом две, потому как больше предложить ему было нечего. И все же как Лаура, так и Шварц – оба выпутались из этой истории на редкость удачно. Даже если в некотором смысле и стали собственностью Висконти. В любом случае для них все закончилось намного лучше, чем для самого Ринальдо.

В общем, в данный момент он, словно заточенный в темницу узник, находился здесь, во дворце герцога, и умолял того помочь ему в войне против Медичи.

А прямо перед ним вальяжно и лениво плескался заплывший жиром Филиппо Мария, на лице которого при виде пришедшего с очередной просьбой Альбицци появилось нескрываемое отвращение.

Ринальдо тряхнул головой.

– Ваше превосходительство, –