Крещение Руси и её загадки - Никандр Матвеевич Левитский

Соболевский и что утверждает г. Матченко. Уверенный, что Владимир взял Корсунь уже христианином, Иаков отмечает лишь то, что киевский князь домогался руки Анны с целью полного утверждения себя в христианстве, вящего укрепления в вере, которая была еще для него верою новою. Ничего подобного замечанию Иакова мы не находим в летописи, по которой Владимир предпринимал Корсунский поход язычником. Очевидно, древние писатели ясно сознавали различие между обещанием креститься и желанием более утвердиться в христианстве, принятом, конечно, ранее; но в настоящее время такое различие дается нелегко ученым исследователям…

Вообще, рассматриваемые слова Иакова не заключают указания и не приводят к мысли, будто Владимир до самого брака с Анною не был христианином.

Что представленное нами понимание (соблазнительных для г. Соболевского и перетолкованных г. Матченко) известий Иакова о Корсунском походе св. Владимира совершенно правильно, это мы можем подтвердить авторитетом таких ученых лиц, как Срезневский, Погодин, Бутков, проф. Малышевский, пр. Макарий, проф. Голубинский. Ужели все эти почтенные ученые не сумели понять свидетельства Иакова и в своих толкованиях подвергли его искажению, а вполне правильно понял и разъяснил его г. Матченко? Легко ли поверить этому?! А между тем Срезневский, напр., из анализа «Похвалы» и особенно помещенной в ней молитвы Владимира под Корсунью пришел к тому выводу, что «сочинитель отделял факт крещения Владимира от факта о водворении веры в земле Русской и мог даже считать поход Владимира совершившимся тогда, когда сам был просвещен св. крещением в Киеве или в каком-нибудь другом месте», а из показания года Корсунского похода и видно, «что он действительно так и считал». Бутков с особенною силою указывает, что Владимир предпринимал поход под Корсунь «на тот единственно конец, чтобы привести оттуда христиан и попов в свою землю, к научению народа русского вере православной»[383], а не для своего личного крещения. Разве не то же самое говорили и мы? Г. Матченко с особенным удовольствием отмечает мысль проф. Малышевского, «что раз мы оставили летопись – догадкам и предположениям конца не будет»[384], следовательно, единственное спасение – верить только этому источнику. А между тем проф. Малышевский в своей рецензии на «Историю» Голубинского нимало не сомневается в точности выводов, сделанных историком из показаний Иакова. Как же смотрит на это обстоятельство г. Матченко?

Сам Иаков, по нашему мнению, блистательно подтверждает правильность сделанных нами разъяснений его свидетельства. Как мы говорили выше, он ясно и точно указывает, что Корсунь взята Владимиром «на третье лето по крещении» его, следовательно, под стенами осажденного греческого города молился не язычник киевский князь, и брак его с греческой царевной нужен был не для принятия христианства. Это указание Иакова, как изобличающее полную несостоятельность мнения о крещении Владимира в Корсуни и подрывающее правильность летописной хронологии, является для защитников летописи камнем сильного преткновения и крайнего соблазна и решительно обезоруживает их. Но заранее намеченная цель защитить летопись заставляет преодолевать все препятствия. И действительно защитники летописи, чтобы устранить неблагоприятное для них свидетельство мниха Иакова, прибегают к различным средствам – к перетолкованиям слов «Похвалы», к натянутым объяснениям и гипотезам, унижаются даже до того, что обвиняют Иакова в недобросовестности, едва не в намеренной лжи и под., о чем поподробнее мы надеемся сказать несколько ниже. Но, несмотря на все попытки умалить значение приведенного выше указания Иакова на время взятия Корсуни, один из защитников летописи, г. Матченко, признает, что это место «Похвалы» «можно понимать» так, как понимает проф. Голубинский[385], т. е. в смысле решительно неблагоприятном для летописи. Признание очень важное!

Уж если защитник летописи находит возможным принять понимание Голубинского касательно слов Иакова «на третье лето (по крещении) Корсунь город взя» (Владимир), то это понимание и следует признать правильным и совершенно законным. Ведь не только трудно, но и решительно невозможно допустить, чтобы защитники летописи не доказали несостоятельности того мнения, которое им необходимо отвергнуть, и если они вынуждены признать его удобоприемлемость, то тем волей-неволей неизбежно сознают и свое бессилие и крайнюю слабость своей аргументации…

Крещение Владимира Святославича. Миниатюра Радзивилловской летописи

Итак, полагаем, попытка согласить сказание Иакова с летописью по вопросу о месте Владимирова крещения и доказать, что «Похвала» признает местом такого события Корсунь (хотя об этом и не сказано прямо), должна быть отнесена к числу неудачных и несостоятельных. По Иакову, Владимир крестился не в Корсуни, а где-то в другом месте и до Корсунского похода, следовательно, не на чужбине, а в пределах своего Отечества; место этого события в древнейших памятниках (кроме летописи) не названо; в XII в. о нем передавали различно, и утвердительно обозначить его не представляется возможности в настоящее время. Правда, это молчание важнейших источников защитниками летописи истолковывается в свою пользу, как «не препятствующее верить рассказу» этой последней – возражают против Киева как места крещения Владимира[386], отрицают возможность такого события в Василеве[387]; но разве отсюда можно выводить как необходимое заключение, что Владимир принял крещение в Корсуни? Ведь и этот греческий город как место Владимирова крещения не обозначен ни у мниха Иакова, ни у автора «Сказания», ни у преп. Нестора, между тем как, по крайней мере для первого из них, не только была возможность, но и, как мы говорили, необходимость сделать подобное замечание. Конечно, защитники летописи ко всем несогласным с нею показаниям о месте крещения равноапостольного князя прилагают слова автора летописной повести: «не сведуще право глаголют», видят в них непреложную истину, с величайшим усердием комментируют в свою пользу, строят на основании этих слов обвинения другим исследователям[388], как будто устами неизвестного составителя летописной повести действительно вещает сама абсолютная правда. На самом же деле, аргументация, основанная на словах летописи «се не сведуще право глаголют» и т. д., слишком шатка. Мы имели случай говорить о ней[389] и сейчас ниже сделаем по поводу ее некоторые замечания при оценке мнения проф. Кирпичникова.

Между тем как г. Матченко и проф. Соболевский пытаются согласить показания мниха Иакова с показаниями летописи по вопросу о месте Владимирова крещения и находят, что и автор «Похвалы» признает такое знаменательное событие для Руси совершившимся в Корсуни, проф. Кирпичников рассуждает несколько иначе. По его мнению, Иаков в указанном вопросе не подтверждает летопись (как, однако, не согласны между собою ее защитники!); несогласие этих двух источников – ясное, но преимущественная правда, как думает ученый профессор, не за «Похвалою Володимеру». Летописный рассказ о крещении Владимира, по мнению Кирпичникова, – легенда, чрезвычайно приукрашенная и малодостоверная в подробностях,