Святая покровительница лжецов - Энн Пэтчетт

пробежка. Каждая кружка пива, каждая порция виски напоминали о себе. Полевое снаряжение, которое мы таскали на тренировке, стало неподъемным. Если и есть тема, достойная обсуждения среди новобранцев, так это как пережить день после увольнительной, – только боюсь, она мало кого вдохновит.

Меня назначили в караул с полуночи до четырех утра. Не скажу, что я обрадовался, потому что мечтал только о том, чтобы выспаться, но морпехи приказов не оспаривают. В одиннадцать тридцать я поднялся, осторожно, чтобы не разбудить Ди, оделся, взял винтовку и вышел в темноту. Мне повезло: было не так холодно, как прошлой ночью, и дождь не капал. На самом деле ночка выдалась отличная и стоять в карауле было бы сплошным удовольствием – при условии, что ты не спишь на ходу. Я впервые за много дней остался один и расхаживал взад-вперед перед своим постом, мечтая о Сесилии. Наконец-то я мог думать о ней сколько захочу. Вот блаженство – словно лежишь в горячей ванне, вспоминаешь все наши разговоры, и никто тебе не мешает. Я пытался делать то же каждую ночь, но за день так выматывался, что через минуту засыпал. Сейчас я воображал нашу свадьбу, украшенную цветами баптистскую церковь Лайтхаус. Больше всего Сесилия любила цветы магнолии, но в это время года их не достать. Летом я обходил окрестности и срезал ветки магнолии. Чтобы набрать побольше, я начинал затемно. Я предпочитал искать их в лесу, но самые лучшие экземпляры попадались во дворах домов. Я связывал цветущие ветки бечевкой и относил на крыльцо Сесилии, где у нее вырастал собственный куст магнолии.

Вот о чем я думал, когда услышал, как подъезжает джип. Я вздрогнул, понимая, что слишком погрузился в воображаемый мир, способный увести меня далеко от поста. Мечты о Сесилии как будто окружили меня со всех сторон, и я испугался, что меня застукают за тем, что я трогаю ее одежду.

– Стой! – крикнул я, стараясь придать голосу властность. – Кто идет? – Я нацелил винтовку на яркие фары джипа.

– Капрал караульной службы.

– Подойти для опознания. – Я все еще не видел его из-за бившего в глаза света фар.

Он выключил фары и вышел из джипа, а я заморгал, привыкая к темноте.

– Ваше имя, пехотинец? – спросил он.

– Уилсон Эббот, 276559, сэр.

– Какой первый пункт устава караульной службы, Эббот?

Я вздохнул с облегчением: этот пункт я помнил и отрапортовал, что караульный обязан обходить свой пост, не теряя бдительности. Все это я отбарабанил, ни разу не запнувшись.

– Вольно, – приказал он.

Здесь это слово звучало самой сладкой на свете музыкой. Оно означало, что у тебя все в порядке. Я шагнул в сторону и посмотрел на него.

– Капрал вышел покурить. – Он щелкнул по пачке «Кэмела», выталкивая сигарету, и чиркнул спичкой. – Неплохая погода сегодня.

– Да, сэр, неплохая, сэр.

– Есть что доложить?

– Нет, сэр, ничего, сэр.

Ему, вероятно, было не больше девятнадцати-двадцати лет, но в ту ночь я видел в нем такое высокое начальство, что мне не верилось, что мы учились в школе в одно и то же время. Он затянулся, откинул голову назад и выпустил струю дыма. Его звали Билл Ловелл, я запомнил. Я стоял и молчал, избегая встречаться с ним взглядом и ожидая, что он докурит и уйдет, но он не спешил. Докурив, он прикурил следующую сигарету от предыдущей и разделался с окурком: отломал горящий кончик, вытряс крошки табака и скатал бумагу в крохотный шарик.

– Вы курите, Эббот?

– Да, сэр, курю, сэр.

– Ну так покурите со мной. – Он достал из пачки сигарету, прикурил и протянул мне.

Мне трудно объяснить это человеку, который не служил в морской пехоте, но происходящее походило на чудо: разводящий угощает меня, часового, сигаретой. Я взял ее и поблагодарил.

– Откуда вы, Эббот?

– Из Ашленд-Сити, Теннесси, сэр.

– Никогда не слышал.

– Понимаю, сэр.

Мне хотелось спросить у него, откуда он сам и как давно здесь, но я оробел: еще подумает, что, раз он угостил меня сигаретой, я решил, что мне теперь все можно. Поэтому я молча курил. Он посмотрел по сторонам. Время, по моим ощущениям, приближалось к трем часам ночи. Вокруг – никакого движения, все спали. Он снова переключился на меня.

– Стыдоба, если вам придется стрелять в кого-нибудь из этой винтовки, – заметил он. – «Спрингфилд» хорошо показал себя в Первую мировую, но, чтобы драться с япошками, нужно что-нибудь получше. Говорят, у них есть оружие, какое нам и не снилось.

– Да, сэр.

Капрал раскрошил второй окурок. Я последовал его примеру.

– Я бы всем выдал личное оружие. Типа этого. – Он вынул из кобуры пистолет. – Это сорок пятый. Вот этим можно воевать.

Потрясающий пистолет. Если вдруг передумаешь из него стрелять, достаточно стукнуть им противника по голове, и ему конец. Я видел его на картинках, но въяве – в первый раз. Глядя на него, я понимал, что он почти ничем не уступает моему «спрингфилду». Та же мощь, минус размеры.

– Интересуетесь оружием, Эббот?

– Да, сэр, интересуюсь, сэр.

– Вы же из Теннесси, да? Теннесси и Техас – два штата, где знают толк в огнестрельном оружии. – Он передернул затвор, вытолкнув четыре патрона. Они выскочили из барабана и с глухим стуком ударились о грязную землю. – Вот так снимаешь с предохранителя и отводишь назад курок. Понятно? Теперь он готов к выстрелу. Естественно, есть еще один предохранитель, вот тут, в рукоятке. Этот пистолет делает за вас все, что надо. – Капрал положил оружие на растопыренную ладонь. – Не могу дать его вам подержать, – сказал он, – но он тяжелее, чем кажется, вы уж поверьте. – Он медленно покачал пистолет на ладони. – Около пяти фунтов с полным барабаном. Ровно столько, сколько надо, чтобы было за что ухватиться.

Хотелось бы мне получить такое оружие.

Разводящий сунул в спусковую скобу палец, крутанул на нем пистолет, а затем перехватил за рукоятку и зафиксировал.

– Неплохо, правда? Прямо как в вестернах.

– Да, сэр, конечно, сэр.

– Я специально тренировался. – Он спрятал пистолет в кобуру.

Потом опустил руку, откинул крышку кобуры и одним движением быстро его извлек. Прицелился в землю, сунул назад в кобуру, ненадолго отвел глаза в сторону и снова вытащил пистолет.

– У меня быстро получается, – похвалился капрал, – но можно и быстрее. Я знаю парней, которые выхватывают его так, что ты глазам своим не веришь: только что лежал в кобуре, и вот уже у него в руке. – Он снова выдернул пистолет, и на этот раз у него получилось получше. – Секрет в том, – он снова вытащил пистолет, уже