Книга Джоан - Поль Тюрен

Она умолкает. Если она заговорит, Данс наверняка уловит печаль. Глубокую печаль. Но ни следа смирения.

* * *

Наступила ночь, и, как во все ночи, Данс борется с бессонницей. И чем отчаяннее он призывает сон, тем сильнее обостряются его чувства. Возможно, судьба ему быть ночным сторожем или часовым. Как знать, не попробовать ли высыпаться днем?

Чтобы разогнать скуку, он приближается к повозке. Он уже заметил, что Джоан Лидская, невзирая на свое положение, ночами крепко спит сном ангела. Вот чего мне не хватает, чтобы уснуть, думает он: присутствия духа. Мужество помогает молодой женщине так предаваться сну. Дансу думается, что, держась поближе к Джоан, он может поучиться засыпать.

Этой ночью, однако, Джоан не спит. Она возится внутри. Должно быть, готовится, думает Данс. Так близко к аббатству она не может сохранять спокойствие. Завтра утром мы въедем в ворота, и это будет концом долгого мирского пути Джоан Лидской.

– Джоан, все в порядке?

Джоан не отвечает. В конце концов, он мог и ошибиться, возможно, она уже спит, просто двигает пальцами во сне. Перебирает бусины невидимых четок.

– Джоан, вы меня слышите? Я хочу, чтобы вы знали, что…

Данс начал эту фразу, даже не зная ее конца. Но ему надо договорить.

– Я хочу, чтобы вы знали, что я питаю к вам искреннюю дружбу. И глубокое восхищение. Но я дал слово… Если бы Бог каким-то чудом позволил мне прожить жизнь заново, я дал бы слово вам.

Джоан по-прежнему не отвечает. Нет, говорит себе Данс, ну и ладно, все равно уже поздно. Мы достигли конца пути. Все свершилось.

* * *

Настоятельница будит аббатису.

– Они здесь, они подъезжают.

Аббатиса хватается за свой крест и благодарит Всевышнего, но ее голос едва слышен. Настоятельница спрашивает ее:

– Вы в силах встать?

Чтобы своими глазами увидеть возвращение Джоан Лидской в аббатство, да, она соберет, соберет последние силы. Господь поможет ей. Он пошлет ангелов, они поднимут ее за ноги и за плечи и отнесут к воротам. Она увидит, как войдет Джоан Лидская в сопровождении констебля. И тогда наконец аббатиса заставит Джоан во второй раз принести обеты. Бедность, целомудрие, послушание.

Слышен гул голосов. Монахини уже все знают. Они видели, как подъехала повозка, некоторые узнали бывшего констебля. Служанки аббатства вот-вот откроют ворота.

– Нет, не сейчас. Прикажите подождать меня. Я хочу быть там.

– Хорошо.

Настоятельница уходит, сделав знак Уинифрид позаботиться об аббатисе. Гарриэт, другая Мэри и служанки помогают аббатисе встать.

Через несколько минут ворота открываются. Повозка въезжает, на козлах сидит Донан. Кайл и констебль едут рядом верхом. Аббатиса здесь, ее поддерживают две служанки. Когда ворота закрываются, она осеняет себя крестным знамением.

– Наконец-то.

Она обращается к настоятельнице:

– Приведите ее, прошу вас.

Я вижу Розу, Лавинию, вторую Мэри. Чуть подальше Миллисент и Элинор. Роза стоит ко мне вплотную. Она сжимает мою руку в своей.

Настоятельница подходит к повозке, приподнимает полу холста.

– Джоан, вы приехали. Можете выйти.

Но в ответ снова тишина, Джоан молчит. Аббатиса нервничает. Настоятельница уговаривает:

– Джоан, выходите уже. Не время спать.

Я не могу удержаться от улыбки. Вот, значит, каково последнее неповиновение Джоан Лидской? Спать, как будто она знатная дама в своей постели в Лондоне и велит слугам оставить ее в покое?

– Что ж, приведите ее насильно, – говорит аббатиса, в ее голосе уже звучит настоящая злоба.

Данс спешивается. Он, видно, думает, что это его обязанность. Нас уже много вокруг повозки, ему трудно пробиться сквозь толпу. Кайл и Донан тоже не отстают. Мне удается увидеть, как констебль забирается в повозку. Не важно, если он вытащит ее силой, я только хочу, чтобы он нашел Джоан живой.

Все умолкли. Слышно, как Данс возится внутри, но никто не понимает, что он там делает. Идут минуты, долгие, тягостные. Наконец усталое лицо Данса высовывается из-под полотнища. Он жестом подзывает настоятельницу. Та с трудом забирается в повозку.

– В чем дело, что это за маскарад?

Появляется настоятельница. Лицо у нее белое, как саван. Следом из повозки выбирается Данс. Сейчас это не просто усталый человек, это человек, пребывающий в полном смятении. Настоятельница подходит к аббатисе, опустив голову. Она выглядит идеальной бенедиктинкой, поникшей и боязливой.

– В чем дело? – спрашивает аббатиса. – Джоан там?

– Да, в некотором роде…

– Что это значит?

– Там ее останки.

– Она мертва?

– Нет, – отвечает настоятельница дрожащим голосом. – Все еще нет.

Я больше не могу сдержать нетерпения. Выпускаю руку Розы, которую стискивала своими нетерпеливыми пальцами. Расталкиваю, не кланяясь, дюжину ошеломленных монахинь и наконец добираюсь до повозки. Распахиваю полотнище, скрывающее от нас то, что там, внутри.

Я узнаю ее сразу. Это она.

Кукла из ивовых прутьев, соломы и плетеной кожи, дерева и валяной шерсти, а сверху глиняная маска, такая похожая, и парик из настоящих волос.

* * *

– Вот видишь, Джоан, правильно я сделал, что не простился с тобой. Провидение устроило нам встречу. В какую сторону поедем на сей раз?

Маленький человечек держит вожжи своей единственной рукой. На все четыре стороны света он указывает подбородком. Это требует известной ловкости.

– В Шотландию, туда? В Уэльс, в эту сторону? В Суссекс или к эстуарию Хамбера?

Помолчав, он добавляет, указывая на сей раз носом:

– Или ты хочешь вернуться в Лондон? Там можно поесть отменного стилтонского сыра. И не придется делать крюк до Стилтона.

Фергюс пятками пришпоривает лошадь.

– Держись за меня хорошенько. Если упадешь назад, не рассчитывай, что я за тобой вернусь.

Он смеется своим смехом-бубенчиком.

– Если ты предпочитаешь отправиться еще дальше, можем проделать часть пути вместе. Ну, Джоан, куда ты хочешь?

Есть страны, где живут люди без головы, края, где обитают одноногие создания. Где-то животные питаются ветром. Где-то прячутся в лесах амазонки. Бывают люди без рта, люди-птицы и целые народы бессмертных. Где-то есть королевство, полное несметных богатств, какие невозможно себе представить, особенно когда едешь мелкой рысью по йоркширской равнине.

– Почему бы не в Париж? – говорит Джоан.

– К французам? Что за странная идея.

Фергюс пытается представить себе, на что похож город Париж. Поразмыслив, он продолжает:

– В сущности, почему бы нет. Может статься, моя жена ждет меня там… Путь будет долгий. Расскажи-ка мне, как тебе удалось выбраться из той повозки.

– Знаешь, что сказал дьявол в книге Иова? «Кожу за кожу, а за жизнь свою отдаст человек все, что есть у