За Камнем - Галина Ивановна Пономарёва

которое Дуня не показывала Василию, говоря о нехороших приметах. Мария Саввишна была занята приготовлением приданого дочери. Решили праздновать свадьбу с размахом! Ефрем Анисимович говорил, что в традиции сибиряков отмечать такое событие целую неделю. Определили праздновать свадьбу в доме Милентьевых, на Оби, в арендованном пароходе и закончить в новом доме молодых. Приученный к строгой экономии и рачительности, Василий был искренне поражён размаху Ефрема Анисимовича. Порой просто кружилась голова от планов будущего тестя. Вся Каменская округа обсуждала новость. Многие желали попасть на свадьбу, готовящуюся старшиной Каменской управы.

Одно беспокоило молодого человека – приезд родителей. В полученном из Америки письме батюшка сообщал о том, что всё идёт у них благополучно. Выражал надежду на приезд к ним Вэсська. Отец писал о том, что матушка постоянно тоскует и скучает о своём любимом сыночке, а подрастающие сестрёнки за истекшие три года забыли его. После обручения с Дуняшей Василий написал обстоятельное письмо о предстоящей женитьбе, но прекрасно понимал, что письмо может опоздать. Благодаря участию Милентьева Волнов телеграфом отправил родителям сообщение об обязательном присутствии кого-нибудь из них на свадьбе, подчеркнув, что это большая и единственная просьба его и Ефрема Анисимовича. Вскоре был получен краткий ответ: «Непременно буду. Старший Вэсськ».

– Отец приедет, непременно приедет! Его слово – закон! – известил Василий Милентьевых.

Время летело. В предсвадебной суете Дуняша просила Ефрема Анисимовича взять для неё в услужение горничную.

– Дуня, ты словно барыня! – удивлённо и с непониманием такого желания воскликнул он. Однако перечить дочери не стал. Так в доме старшины появилась Маша, которая, совсем поправившись, выписалась из больницы. Девушка просто расцвела. Её лучистые карие глаза светились благодарностью. Тёмные волнистые волосы, заплетённые в тугую косу, подчёркивали белизну кожи. Дуняша обходилась с девушкой, как с сердечной подругой и многое ей доверяла. Маша отвечала хозяйке преданностью и любовью. Понимая, что господам, занятым подготовкой к свадьбе, сбором урожая, уборкой полей, строительством и службой не до неё, она не решалась спросить сотского об отце. Приближался Покров.

Лето завершалось. Шла жаркая страда. Ефрем Анисимович пропадал на полях. Василий внимательно наблюдал за действиями Милентьева. Старшина успевал всюду. Наняв дополнительных работников, он и сам с любовью к крестьянскому делу правил лошадьми, тянувшими жатку. Его сын и Василий не отставали от старшины. Женщины шли рядом и работали серпами. Жёлтые снопы, словно грибы, вырастали в поле. Убирались огороды, овощами заполнялись погреба, готовились зимние запасы. Жатва была в самом разгаре. Берёзы нарядились в золочёный наряд. Вода в Оби стала тёмно-синей. Заканчивался сентябрь.

Однажды, сидя в управе, Волнов услышал за окном небывалый гам. Посмотрев на улицу, он увидел массу спешащих к пристани людей. Неудивительным был интерес к пристани, туда приезжало много купцов за пшеницей, маслом, кожами и другой сельскохозяйственной продукцией. Берег Оби превращался в рынок, где можно было купить товар, привезённый из Томска, Барнаула и Новониколаевска. Но на берег бежали женщины, дети, старики.

«Что могло случиться?» – с тревогой подумал Волнов и заспешил к пристани. У сходов причалившей к пристани баржи стояла большая людская толпа. Было совершенно не видно, что же там происходит.

«Что привлекло внимание людей?» – продвигаясь сквозь толпу собравшихся, рассуждал Василий.

Каково же было его удивление, когда рядом со сверкающим на солнце автомобилем он увидел своего отца.

– Papa! Papa! – громко закричал он, бросившись к человеку, который пытался что-то говорить окружившим его людям на непонятном для них языке.

– О! О! О! Вэсськ, сыночек! – Они крепко обнялись. Василий ощутил с появлением отца дурман Родины.

– Как я соскучился по тебе и по матушке! По родному языку! По Суоми и нашему хутору! Отец, я благодарен тебе! Ты проделал нелёгкий путь! Дай-ка, я на тебя посмотрю!

Он немного отошёл в сторону.

– Ты прямо настоящий американец! Клетчатая кепка и костюм, фасонистая куртка! Иностранец!

– Что ты смотришь на меня? Ты посмотри, что я привёз тебе из Америки! Вот сюда смотри! – Он показал рукой на роскошный автомобиль вишнёвого цвета.

– Отец! Это чудо мне?

– Конечно, сын! Я так долго был в пути, и мне нелегко было привезти тебе такой свадебный подарок! Это же просто волшебство, а не машина! Купил его в Детройте у Форда. Машина «форд» модель «Ти» предназначена для перевозки людей. Совершенно новая модель, только что сошла с конвейера завода Пикетт! Этот Форд делает чудеса! Он посадил Америку на колёса! Я горжусь тем, что у тебя, Вэсськ, будет такая машина! Посмотри, ты только посмотри, какое сиденье для водителя, место для пассажиров! Всё из кожи! А цвет! А лак! Красавец, правда?

– Ты водишь машины? – с удивлением спросил Василий.

– Да, сын! У нас нельзя без техники! Правда, себе я ещё не приобрёл автомобиль! Да мне такой и не нужен! Мне бы с кузовом, для решения хозяйственных вопросов. Может, и такой со временем куплю! Ты рад, Вэсськ?

– Отец, я просто не знаю, что тебе сказать! Я не умею водить машину!

– Сынок! Я тебя научу! Это совсем просто! «Форд» настолько прост в обращении и доступен по цене! Как только ты возьмёшь в руки руль, то сразу оценишь мой подарок! А теперь садись в машину, и едем к тебе! Пока мы одни, хочу сказать тебе, Вэсську! Мы бы желали тебя видеть в Америке. Ты – наш единственный сын и мой наследник! Но я ценю твой выбор! Мать всё время плачет! Боится, что не увидит своего Вэсська! Мы ждём тебя с молодой женой к нам, в штат Мичиган! Ты отстроил свой дом?

– Да, отец! Но я там ещё не живу. Мы решили отпраздновать свадьбу и потом уже переселиться в дом.

– Рад, что у тебя хорошая и полезная родня из местных. Твою невесту уже готов считать дочерью. Там, на пассажирском месте машины, подарки невесте, её родителям и тебе, всё, что ты просил. Мать старалась. Вэсську, ты ещё не забыл родной язык? Обещай мне, что твои дети будут знать язык их деда и бабушки, язык их отца.

– Папа, обязательно так сделаю! Я скучаю по Суоми и вам! Но помнишь, ты меня учил верности своему слова? Я остался верен присяге и служу России!

– Ты правильно поступил, Вэсськ! Но нам пришлось покинуть Финляндию! Было очень трудно, да и сейчас тоска гложет меня. Но выбора не было. Если бы раньше началась земельная реформа Столыпина, может, и мы бы приехали в Сибирь. А тогда… Без выбора. Но мы живём своей общиной! Помнишь наших соседей по хуторам? Они тоже приехали в Америку, и там