За Камнем - Галина Ивановна Пономарёва

Закончил выступление Ефрем Анисимович. Василий внимательно слушал своего тестя. Каждый раз он удивлялся его умению быстро организовать людей, принимать правильное решение даже в самых неожиданных ситуациях.

«Откуда это у него? Ведь почти неграмотный! Какой талантливый русский крестьянин! Просто самородок! На таких и держится Россия!» – размышлял Волнов.

Пролетели суетные дни, связанные с подготовкой к приезду Столыпина. Настал день назначенной встречи с волостными старшинами Алтая. Оказалось, что приглашение получили далеко не все. Однако Ефрем Анисимович был среди приглашённых.

– Василий Васильевич! Никак не удаётся тебя провести на встречу с его высокопревосходительством господином Столыпиным! Не пускают, и всё тут! Но ты всё-таки поезжай со мной! Я приложу максимум усилий, чтобы устроить вашу встречу, – обратился Ефрем Анисимович к Волнову накануне отъезда в Новониколаевск.

– Как скажете, Ефрем Анисимович!

– Поедем, поедем, Василий! Всё у нас получится.

В назначенное время Милентьев вместе с Волновым отбыли в Новониколаевск на автомобиле. Возле здания уездной управы машину окружила многочисленная толпа зевак, что было совсем неудивительно! Волнов уже привык к тому, что люди продолжали смотреть на его «форд», как на чудо! В уездном городе изредка, но авто ходили. Василий остался ждать тестя в машине. К парадному подъезду управы подходило множество людей. Они постоянно сновали с бумагами, коробками. Все спешили. Василию пришлось ждать более двух часов. Он увидел, что к нему устремился какой-то чиновник.

– Вы Василий Васильевич Волнов, сотский Каменской волостной управы? – обратился он к Василию, тараторя и задыхаясь от волнения.

– Да, это я!

– Извольте пожаловать в здание управы! Вас лично ожидает его превосходительство господин Столыпин Пётр Аркадьевич! – на одном дыхании выпалил посыльный. Волнение предалось и Василию. Они заспешили к зданию. На входе Василия поджидал жандармский ротмистр.

– Пройдёмте со мной! – обратился он к Волнову.

Они поднялись по широкой лестнице на второй этаж и вошли в небольшую залу. Столыпин живо беседовал с людьми, среди которых был и Ефрем Анисимович. При появлении вошедших он повернулся, устремив на них взгляд.

– Унтер-офицер лейб-гвардии Преображенского полка Вэсськ Лайне! Рад видеть тебя в новых краях!

Он подошёл к Волнову и подал руку, приветствуя его.

– Тесть рассказал мне о твоей службе и хозяйстве! Рад, что я не ошибся в тебе! Времени у меня сейчас маловато, но обещаю, что по прибытии в Камень мы встретимся ещё разок, и поподробнее! До встречи, Вэсськ Лайне, финн из Нюландии!

– Благодарю вас, ваше высокопревосходительство!

– За что же? Это я должен тебя благодарить за то, что оправдал мои надежды. Ты всегда честно относился к службе! До встречи, унтер-офицер Вэсськ Лайне!

В залу в сопровождении свиты вошёл губернатор. Вместе со Столыпиным они удалились из залы.

– Ну что, Василий! Я же сказал, что всё получится! Ты знаешь, он ведь сразу вспомнил тебя! Вот ведь какой человечище! – с волнением заговорил Ефрем Анисимович.

– Да! Пётр Аркадьевич даже помнит моё наречённое имя и мою Нюландию! – растерялся от нахлынувших эмоций Василий.

– Поехали, Василий Васильевич, домой! Будем ждать великого гостя!

Пётр Аркадьевич проехал много поселений степного Алтая. Побывал и в Камне.

– Привольно тут у вас! – вдохнув тёплый, прогретый ещё по-летнему, жарким солнцем, влажный обской воздух, произнёс Столыпин.

Он стоял на пристани и смотрел, как на берегу Оби оживлённо шла торговля. Буквально на несколько минут Волнов остался наедине с премьером. Василий стоял рядом с Петром Аркадьевичем, который вышел на берег из здания управы, чтобы немного передохнуть. Только что закончилась очередная встреча с жителями Камня и с переселенцами. Вновь Столыпин ощутил чувство правоты и верности своих решений относительно будущего России.

– Что, Василий Васильевич, скажи мне откровенно, как людям живётся на Алтае? Меняется ли уклад жизни? Только прямо говори, безо всякой там угодливости!

– Ваше высокопревосходительство, Пётр Аркадьевич, крестьяне, с которыми вы беседовали давеча, врать не будут! Основная часть переселенцев прижилась на Алтайской земле, став крепкими хозяевами. Беднота вернулась или сдала свою землю в аренду и пошла в работники к здешним по найму. Но это и сразу было понятно! Что смогут безлошадные крестьяне, рассчитывавшие только на подъёмные, сделать с полученной землёй? Но те, кому они передали землю, тоже укрепились, значительно расширив своё хозяйство. Не сомневайтесь, Пётр Аркадьевич, здесь показного нет. Все говорили как есть! Ваше высокопревосходительство, вы нисколько не печётесь о своей безопасности! Вот и сейчас вы гуляете без охраны!

– Василий, в вас заговорил бывший охранник! О безопасности печься не моя забота! Жандармов сколько к вам нагнали! Пусть и заботятся! Ты мне скажи, где фермеры? Я же мечтал о том, что появится фермер. Ну, вот, как у вас, в Финляндии! Переселенцы, конечно, сломали старый уклад и хозяйствуют иначе! Это так! Ты – финн, из крестьянской семьи, имел свою ферму! Почему здесь у тебя нет фермы? Что помешало? В отличие от прочих, ты знал, как вести фермерское хозяйство.

– Ваше высокопревосходительство, Пётр Аркадьевич, здесь сильна крестьянская община! Вспоможение – главное, чем она помогла прижиться переселенцам! Всё устраивали на помочах! Это оправдало себя. Может, ещё преждевременно уходить с отруба в отходники, окрепнуть надо, капиталец сбить!

– Может, ты и прав, Василий! Не посмотрел я твоё хозяйство! Но с тестем твоим сошёлся близко! Надо отметить, что мужик он толковый! С таким головой Камень и дальше развиваться будет! Я ему сказал, чтобы готовил прошение за подписью губернатора о присвоении Камню статуса города! Быть, быть вашему селу городом Камнем-на-Оби! Прощай, Василий! Поедем дальше, маршрут ещё не завершён! Удачи тебе!

Столыпин подошёл к Василию и крепко пожал ему руку.

К полудню делегация вместе со Столыпиным продолжила свою поездку по Кулунде.

К началу следующего года переселенцы получили государственные субсидии за подъём земель и для продолжения развития хозяйств. Произошли изменения в управе, но Камень оставался селом. Назначенный в 1910 году на должность начальника Алтайского округа Василий Прокопьевич Михайлов подготовил новое прошение, которое осталось без ответа. Пройдёт время, и только в 1915 году будет издан Указ императора о преобразовании села Камень в город с введением городского общественного управления.

Вечером первого сентября 1911 года царская семья и Пётр Аркадьевич Столыпин отправились в Киевский городской театр на спектакль. Давали сказку Пушкина. Киев праздновал пятидесятилетие отмены крепостного права. В зале выставили внушительную охрану. Во время антракта Николай Александрович с дочерями – великими княжнами Татьяной и Ольгой – вышел из ложи. Пётр Аркадьевич, стоя у рампы, повернувшись лицом к