За Камнем - Галина Ивановна Пономарёва

Маша после ухода Волнова немного успокоилась.

– Тятя жив! Слава богу! Поправлюсь и непременно отыщу его, – решила она, закрывая глаза от накатившей на неё усталости. Глаза стали слипаться, тёплые солнечные лучи ласкали лицо, и Маша уснула. Впервые за проведённые в больнице дни её сон был спокоен и крепок.

Глава 6. Счастье

– Евдокия Ефремовна, у меня к вам деликатная просьба. Не знаю, как и начать, – с волнением и чувством неуверенности обратился к Дуняше Василий во время их вечернего посещения синематографа.

Вечер был по-летнему тёплым. Молодые люди отпустили коляску и решили прогуляться пешком. Извилистая тропинка шла вдоль Оби. Приятная прохлада и свежесть исходила от реки.

– Что-то случилось? У вас неприятности? – заволновалась Дуня.

– Нет, нет, что вы! Напротив! Всё идёт хорошо! Достраивается мой дом, разбита усадьба, на службе тоже всё идёт своим чередом. Вчера ездил смотреть своё поле. Что за чудо сотворил ваш батюшка! Уже зазеленели молодые всходы! Поле ровное-ровное, мягким зелёным ковром стелется до самого горизонта! Я сейчас не об этом… Понимаете, это, в сущности, не касается меня, но так уж случилось, что мне пришлось принять участие в судьбе одной девушки.

– Девушки! У вас есть девушка? – не сдержав волнения, воскликнула Дуня, внезапно остановившись.

– Нет у меня никого! Евдокия Ефремовна! Это совсем другое!

Он подошёл к девушке совсем близко.

– Понимаете, мне пришлось по просьбе её отца положить девушку в больницу. Она серьёзно больна, требуется уход и усиленное питание. Доктор просил принести личные вещи больной, а у неё нет ничего с собой. Так уж получилось! Отец её далеко, возможности ухода за дочерью не имеет. Вот и обратился за помощью ко мне. Без вас мне не справиться, Евдокия Ефремовна. Я, конечно, злоупотребляю вашим доверием и отношением ко мне вашего семейства, но ничего иного придумать не могу. Вы поможете мне, Дуня?

Евдокия, слушая туманные пояснения Василия, разволновалась настолько, что у неё закружилась голова, и, казалось, земля уходит из-под ног.

– Я что-то не могу понять, как может отец оставить умирающую дочь на попечение постороннего человека? Эта девушка является вашей невестой? Тогда всё понятно!

– Евдокия Ефремовна! Дуняша! О чём вы говорите? Нет у меня никакой невесты! Да разве вы не видите, не чувствуете состояние моей души! Я давно, с нашей первой встречи люблю вас! Дуняша! И только вы завладели моим сердцем! Вы – моё счастье! Вы – мой новый день, который я начинаю, произнося ваше имя! Простите! Я совсем не умею вести себя с девушками! Такое со мной впервые! Я знаю, что моё сердце более никому не будет принадлежать! Вы слышите меня, Дуняша? Люблю вас!

Он подошёл совсем близко к стоящей к нему спиной девушке, нежно взяв её за плечи, повернул лицом к себе. Заглянул в её глаза, с изумлением и растерянностью смотревшие на молодого человека. Дуня молчала.

– Я тону в ваших глазах! Евдокия Ефремовна! Я прекрасно понимаю, что рассчитывать мне не на что. Я чужой, без роду и племени. Родители мои далеко. У меня только жалованье офицерское и гражданское за службу в управе. Вы извините меня за мой порыв! Но душе моей стало легче! Теперь вы знаете о моём отношении к вам! Я ни на что не рассчитываю. Пусть всё будет как есть.

Василий замолчал и отпустил руки. Дуня сделал несколько шагов, потом вдруг повернулась вновь лицом к Волнову и прильнула губами к его щеке в нежном поцелуе. Смутившись своих чувств, она взглянула в глаза молодому человеку.

– Какой же вы непонятливый, Василий Васильевич! Ведь и я к вам испытываю те же чувства!

На глазах Василия выступили слёзы. От смущения он быстро смахнул их рукой.

– Евдокия Ефремовна! Могу ли я надеяться на ваше расположение ко мне?

– Василий Васильевич! Да! Да! Да!

– А как же батюшка ваш? Ефрем Анисимович? Согласится ли он выдать вас за меня?

– Тятя согласится. Вы ему стали близки! Думаю, что он будет только рад за нас!

– Евдокия Ефремовна, Дунюшка! Как поставлю дом, осенью буду просить вашей руки у Ефрема Анисимовича.

– Василий Васильевич! Откроемся ему сейчас! Иначе он будет обижен. Объявим о помолвке, а осенью у нас, как правило, на Покров, играют свадьбы! Батюшку не надо лишать возможности готовиться к этому событию, да и вы сообщите своим родителям! Может, они приедут к нам!

Василий робко обнял девушку.

– Голубка моя! Солнышко моё! Как счастлив я!

Уста молодых людей слились в страстном поцелуе. Время исчезло для влюблённых. Они говорили, мечтали и неудержимо целовались. Луна ярко отражалась в Оби. Яркие звёзды с нежностью смотрели на них, посылая свой свет.

– Василий Васильевич! Нас уже спохватились дома. Пора! Вы мне ещё про девушку так и не рассказали.

– Да! Да! Дунюшка. Её Машей зовут, примерно лет семнадцать-восемнадцать есть. Прошу вас, помогите в уходе за несчастной. Усиленное питание ей необходимо, вещи какие-нибудь, если можно.

– Хорошо, хорошо! Завтра соберу ей посылочку и что-нибудь из платья передам.

– Спасибо вам, моя фея, моя любимая, нежная, чуткая, Дунюшка. Завтра поутру я приду к Ефрему Анисимовичу и буду просить вашей руки.

Взявшись за руки, они заспешили домой, где с волнением их поджидал Ефрем Анисимович со всеми домочадцами.

Утром следующего дня перед завтраком Василий нервничал перед встречей с Ефремом Анисимовичем. Хозяин дома не спешил. Каждая минута молодому человеку казалась бесконечной. Он нервничал. Зная уже кое-что о традициях сибиряков, отсутствие его родителей и их благословения на брак с Евдокией Ефремовной могло стать препятствием их счастью. Волнов с нетерпением прохаживался по столовой. Как правило, они завтракали утрами вдвоём со старшиной. Для домочадцев утро начиналось несколько позднее. Но вот в тишине спящего дома раздались гулкие шаги Милентьева. От нахлынувшего сильного волнения сердце Василия заколотилось и сбилось дыхание.

– О! Милейший Василий Васильевич! Вы уже в столовой! Что же нам не подают? – удивлённо воскликнул он.

Чаще всего в столовую они заходили вдвоём, точно придерживаясь необходимого времени.

– Ефрем Анисимович! У меня к вам разговор! Не велите подавать на стол!

– Господи, что же у вас, уважаемый, стряслось?

– Со мной всё нормально! Даже очень!

– Тогда поздравлять вас с чем?

– Это от вас зависит!

– Заинтриговали вы меня, Василий Васильевич!

– Ефрем Анисимович! Я люблю вашу дочь! Скрывать более это от вас не буду! Прошу у вас руки Евдокии Ефремовны! Ваше решение для меня – закон! Велите, покину тот час ваш замечательный дом! Жду вашего решения! Обо