Тайна дома с агапантами. Флора и Жозефина - Кларисса Сабар

Обитатели виллы вынырнули из оцепенения, в которое всех погрузила удушающая жара, ужины на террасе стали оживленнее. Дуг в свои тридцать два года уже был блестящим архитектором, очень востребованным богатыми клиентами. Дороти с ним познакомил сын, и она поручила ему превратить купленную за гроши крестьянскую мазанку в роскошный дом. Больше всего сотрапезников развеселил рассказ о том, какие трудности ему пришлось преодолеть, чтобы оборудовать ванную комнату.

Дуг интересовался всем, от спорта до политики, был армейским резервистом и имел лицензию пилота, поэтому через три дня предложил молодежи полетать на биплане, когда они отправятся в столицу, город, где в аэропорту имелось два маленьких самолета.

– Только скажите когда! – обрадовался Брэдли. – Я не упущу такую возможность.

– Это будет незабываемый опыт! – поддержала брата Присцилла, не спускавшая глаз с Дуга и почти забывшая о женихе в Сан-Франциско. – Надеюсь, что не струшу и не вцеплюсь мертвой хваткой в вашу руку.

– А они надежные, эти ваши самолеты? – поинтересовалась Розмари. – Кажется, у них часто отказывают двигатели?

Дуг улыбнулся и начал терпеливо объяснять.

– Я не собираюсь в Южную Америку, мадам, мы всего лишь облетим остров. Риски ничтожно малы, уверяю. А вы, Жозефина, рискнете подняться в воздух?

– Думаю, да, если тетя не станет возражать.

– Что за вопрос? – отреагировала Фина. – Жизнь одна, вряд ли такая возможность скоро представится снова.

Два дня спустя восемь человек втиснулись в «Додж» Герасимоса и отправились в путь. Этим утром в столице царило особое оживление: в еврейском квартале города работал рынок. Они бродили по лабиринту узких, мощенных булыжником улочек, где множество лавочек предлагали вниманию туристов сотни вариантов пестрых тканей, сласти, ювелирные украшения из кованого серебра, фрукты и овощи. Жозефина купила для матери шаль и красивые браслеты для сестер, Фина – огромный пакет фисташкового, розового и гранатового лукума. Гортанно кричали торговки, квохтали куры, лаяли собаки, туда-сюда шныряли бродячие кошки, населявшие квартал. Вся эта суматоха так развеселила Жозефину, что она решила запечатлеть ее на холсте, присела на стенку ограждения и быстро сделала подготовительный набросок. Они поели на террасе, попробовав пряное бурдето[58], после чего Герасимос повез Дуга и молодых людей в аэропорт, а Фина, Дороти и Розмари остались в городе, чтобы насладиться походом по магазинам.

Присцилла поежилась, увидев на летном поле маленький красный самолет.

– Похож на игрушечный, вам так не кажется?

Несмотря на жару, Дуг велел всем надеть кожаные куртки, авиаторские очки и шлемы из коричневой лайки.

– Я начинаю сомневаться, что полет был хорошей идеей, – не успокаивалась Присцилла.

– Никакого насилия над личностью! – рассмеялся Дуг. – Мне сделали одолжение, пустили сюда, потому что я участвовал в строительстве аэропорта, но решайтесь скорее, время поджимает.

– С нами ведь ничего не случится, так?

– Ну же, Присси, не бойся! Куда садиться, Дуг?

Архитектор застегнул шлем и указал на крошечную четырехместную кабину.

– Вы с сестрой сзади, Брэдли, так ей будет спокойнее, а вы, Жозефина, если не возражаете, устроитесь рядом со мной.

– Я чувствовала бы себя гораздо увереннее спереди, – недовольно произнесла мисс Бриджес.

Дуг не поддался, ответив, что, испугавшись, девушка может кинуться ему на шею и он потеряет управление. Все наконец разместились, и пилот попросил пассажиров пристегнуться.

– Вряд ли ремни помогут, если мы рухнем на землю, – пошутил Брэдли, и сестра ткнула его кулаком в плечо.

Жозефина улыбалась, но сердце под воздействием выбрасывавшегося в кровь адреналина билось все сильнее. Новизна ощущений потрясала, дарила чувство свободы!

– Все готовы? – спросил Дуг. – Тогда вперед!

Красный биплан начал выруливать по полосе, кабина тряслась и вибрировала. Жозефина показала Дугу большой палец в ответ на его вопросительный взгляд, и самолет взлетел. Присцилла уткнулась лбом в плечо брата и выдала залп крепких словечек, которые точно заставили бы побледнеть ее мать. Пассажиры не слышали друг друга из-за шума мотора, но могли любоваться спокойным ярко-бирюзовым морем. От красоты вида захватывало дух, вокруг расстилалась синь небес. Они пролетели над южной частью острова, где потоки воды стекали по склонам красно-золотистых скал. Дуг показал им соколов-сапсанов, вивших гнезда на вершинах, другой живности в этом суровом уголке природы не было.

Жозефина была растрогана до слез, ненавидела себя за излишнюю чувствительность, но дикая красота Корфу затронула потаенные глубины ее существа. Они провели в полете около десяти минут, наслаждаясь пейзажами. Впечатлились даже Брэд и Присцилла.

– Мы скоро приземлимся, – сообщил Дуг, когда показался аэропорт. – Пристегнитесь, пожалуйста.

Биплан вздрогнул, сделал широкую петлю, и Присцилла взвизгнула, ухватившись за кресло Жозефины. Совершив еще три подскока, самолет проехал вперед по полосе еще несколько метров и остановился.

– Вот это да! – выдохнула Жозефина, сняв шлем и очки. – Потрясающее приключение, я никогда не чувствовала ничего подобного!

Широкая улыбка осветила серьезное лицо Дугласа.

– Вы очень необычная молодая женщина, – сообщил он. – Восхищаюсь вашей отвагой. Вам совсем не было страшно?

– Нет. Мама всегда называла меня самой хладнокровной из трех своих дочерей. И была права.

Присцилла бесцеремонно влезла в разговор.

– Признаю, оно того стоило, сердце у меня колотилось как сумасшедшее, капитан Дуг. Полет пьянит, как хороший виски!

Брэд закатил глаза.

Они вылезли из кабины, переполненные впечатлениями, и по дороге на виллу описывали незабываемое приключение Фине, Дороти и Розмари, которые почти сожалели, что им уже не двадцать лет.

* * *

Шли дни, жара стояла такая, что находиться на воздухе было просто опасно – солнце не грело, а обжигало. В оливковых рощах пели-стрекотали цикады, сухая земля трескалась под ногами. В час сиесты, когда все остальные обитатели дома отдыхали, Дуг читал в библиотеке, Жозефина устраивалась с мольбертом под навесом террасы и, вдохновленная красотами острова, писала потрясающие картины. Мать Натальи заказала ей еще три полотна. Дороти и Розмари тоже решили поучаствовать. В половине шестого она отложила кисти, и они с Дугом вместе пили кофе. Молодой архитектор тоже попал под очарование ее таланта.

– Вам знакомо творчество Эдварда Хоппера?[59] – спросил он как-то вечером.

Она покачала головой, и Дуг продолжил:

– Мастер изображает чудесные сцены обыденной жизни, моя мать обожает его виды Кейп-Кода. Ваш стиль напоминает мне его работы. Это комплимент!

Он говорил искренно, его взгляд смутил Жозефину, и она отбросила волосы назад чуточку картинным жестом.

– Спасибо, очень мило с вашей стороны… О, вот и почта! – воскликнула она, радуясь, что сможет наконец прервать смущавшее ее уединение.

Герасимос шел по аллее к дому со стопкой конвертов в руках. Добравшись до двери, он отдал их Спиро, ответственному за сортировку.

– Надеюсь, среди них есть письмо от моей подруги Симоны, – продолжила Жозефина. – Пойду переоденусь для экскурсии.

– Хорошая мысль, – одобрил Дуг, – я еще не видел, как вы плаваете.

Жозефина улыбнулась,