Тайна дома с агапантами. Флора и Жозефина - Кларисса Сабар

– Увидите сегодня вечером!

Маленькая компания не могла искупаться днем, не рискуя обгореть, поэтому в бухту пошли вечером. Они весело распевали, предвкушая удовольствие от вина и еды, которую приготовили для пикника, и расположились на песке, чтобы закусить и только потом пойти плавать. Теплая шелковистая морская вода обнимала тела, лунный свет придавал обстановке таинственность.

Полчаса спустя, выйдя из ванной, Жозефина обнаружила на пороге комнаты Дуга и застыла от смущения, не понимая, как реагировать. Дуг тоже выглядел смущенным.

– Извините меня, Жозефина, но… Спиро все перепутал и отдал Присцилле… чужое письмо. Я принес его вам.

Девушка расслабилась и кивнула, хоть и удивилась.

– Он не первый раз ошибается, потому что почти не умеет читать. Спасибо, – добавила она и протянула руку за конвертом.

Дуг поморщился и как будто засомневался, но потом все-таки решил не темнить.

– Вообще-то, она его вскрыла и читала вслух брату.

– Вот как… Полагаю, содержание очень ее развлекло. Хорошо, что моя переписка с родными и друзьями не носит конфиденциального характера.

– Но про отношения с Эрнестом Хемингуэем этого сказать нельзя, – сожалеющим тоном возразил Дуг.

Жозефина побледнела.

– Простите, я не хотел быть нескромным. Мне очень жаль, что вы попали в такую ситуацию.

– Ситуацию? О нет! – застонала уничтоженная Жозефина. – Хемингуэй намекает на Италию, так?

Дуг ответил огорченным взглядом.

– Да… Присядьте, прошу вас, на вас лица нет!

Она закрыла дверь своей комнаты и, не взяв письма, рухнула на кровать. Дуг подошел ближе и протянул ей конверт.

– Я меньше всего хочу, чтобы между нами возникла неловкость, – сказал он. – А Бриджесам я высказал все, что думаю об их манерах и поведении.

– Мне не хватает мужества прочесть, что написал Эрнест, – пробормотала девушка, чувствуя себя до невозможности униженной.

– Хотите, чтобы я ушел?

– Нет, – вздохнула она и развернула листок.

Писатель приносил извинения.

«Дорогая Жозефина, пишу вам из Испании, ситуация здесь ухудшается с каждым днем. В стране происходят ужасные вещи, но я хочу говорить о другом. Я получил письмо от вашей тети, в котором она проинформировала меня о катастрофических последствиях высказанного мною непередаваемого восторга творением вашего отца. Никто не может быть огорчен этим обстоятельством сильнее меня, поверьте. Я не мог знать, что Паунд поспешит все рассказать об этом несносной итальянской графине, чье имя я раньше никогда не слышал. По словам Дельфины, ее сын соблазнил вас с единственной целью – заполучить портрет. Поверьте, я ничего не знал! Надеюсь, дорогая Жозефина, вы простите мне ошибку, которую сам я полагаю непростительной, а в будущем встретите на своем пути достойного вас молодого человека. Если в моих силах будет что-нибудь сделать для вас, я стану счастливейшим из людей.

Преданный вам Эрнест Хемингуэй».

– Ну вот, теперь вам все известно, – вздохнула Жозефина, посмотрев на Дуга. – И Бриджесам тоже.

– Забудьте о них. Язву-Присциллу ваша любовная печаль заинтересовала гораздо сильнее картины вашего отца. А тот, кто разбил вам сердце, – банальный мерзавец.

Они помолчали, потом Жозефина решила, что Дуг заслуживает доверия и ему можно показать портрет Элинор.

– Все дело в этом небольшом холсте, – пояснила она, кивнув на картину.

Дуг взглянул на холст и сказал:

– Поразительно тонкая работа… Но почему итальянцы жаждали завладеть им? Из-за цены?

Жозефина на всякий случай закрыла поплотнее дверь и поведала ему историю исчезнувшего бриллианта.

– В конце концов мой отец избавился от него, так что поиски Витторио и его мамаши ни к чему бы не привели.

– Но они заставили вас страдать! – возмутился Дуг. – Желаю вам как можно скорее излечиться от сердечной раны. Я знаю, что на это порой требуется много времени.

Жозефина кивнула и с некоторым смущением сообщила, что Дороти рассказала о его бедах.

– Соболезную вашим потерям, грустно, что вы расстались с женой, и спасибо, что отобрали у Присциллы мое письмо. Вы хороший человек, Дуг.

Он печально улыбнулся.

– Не уверен… Хороший сын сам поехал бы к родителям, вместо того чтобы звать их к себе из-за занятости на работе…

Он помолчал, потом сменил тему.

– В любом случае обещаю сохранить ваш секрет, Жозефина. А сейчас будет лучше присоединиться к остальным, пока они не встревожились.

Тем же вечером девушка лежала на песке рядом с Дельфиной, ела сочный гранат и притворялась, что с интересом слушает разговор трех дам о свадьбе Присциллы, назначенной на сентябрь. Дуг плавал в бухте и вдруг окликнул их:

– Эге-гей, глядите, я хожу по воде!

Присцилла резко повернула голову и часто заморгала от изумления, поняв, что архитектор не шутит: его ноги «стояли» на поверхности воды. Жозефина рассмеялась и спросила:

– Ты забыла, что это место – особенное?

Она имела в виду цепочку плоских камней, выступающих над поверхностью моря примерно на пять сантиметров. Если человек шагал по ним, со стороны казалось, что он идет по воде.

Присцилла передернула плечами и презрительно фыркнула.

– Тоже мне, невидаль! Он ошибся, если надеялся произвести на меня впечатление!

– О чем ты? – изумился Брэдли. – Да у него и в мыслях ничего подобного не было, Дугу без тебя есть чем заняться. А вот твой будущий супруг вряд ли оценил бы твое поведение!

– Кого еще он, по-твоему, пытается впечатлить? – спросила Присцилла. – Точно не Жозефину, она созрела для монастыря.

– Благодарю за высокую оценку моей смиренности… – не без иронии откликнулась Жозефина.

Впрямую Присцилла о письме Хемингуэя не заговаривала, но колкости говорить не переставала. Жожо пока удавалось держать себя в руках.

– Дуг просто смешон, он ведет себя как мальчишка! – не успокаивалась американка, задетая замечаниями в свой адрес.

– Мне так не кажется, – раздраженно откликнулась Жозефина и, не дожидаясь ответа, побежала к воде. «Да как эта ломака смеет критиковать Дуга после того, что ему пришлось пережить! Человек имеет право пошутить и слегка развлечься!»

Жозефина плавала, стараясь погасить раздражение, к ней присоединились Дуг и Брэдли, и они принялись брызгаться, как дети, весело хохоча и перекликаясь. Как по мановению волшебной палочки, вдруг появились крошечные зеленые светлячки-свечки. Они появились из сосновой рощи и теперь порхали в танце вокруг грота и бухты, как будто хотели принять участие в игре.

– Только посмотрите на это волшебство! – воскликнул Дуг. – Они устроили для нас балетное представление.

Очарованная невероятным зрелищем, Жозефина почувствовала непреодолимое желание взять его за руку, но не решилась. Такой жест выглядел бы неуместно. Девушка подняла глаза к небу и молча наслаждалась феерией момента, пока светлячки не покинули «сцену», улетев вглубь острова.

* * *

Два дня спустя, вечером 17 июля, обитателей виллы пригласили на свадьбу Марии. Она вышла замуж за