Журавли над полем - Владимир Васильевич Киреев

на камеру, запрыгнул на сиденье снегохода позади Анатолия и вместе с ним поехал вниз. Сани занесло к противоположной стене, снегоход перевернулся и согнул дышло саней, оба наездника оказались в снегу.

– Вот и все. Обратной дороги для нас теперь нет. Только вперед, усаживаясь на «Скандик», – громко сказал Николай и, поправив шапку, добавил: – Ну что, Вадим, пробуй.

Вадим застегнул шлем и осторожно тронулся по проложенной трассе.

За ним по очереди пошли мы. Я обрадовался, увидев, как дружно машины пошли по ущелью. Но через двести метров сани первого снегохода перевернулись в полынью. Сам Вадим выскочил на лед. Мы бросились на помощь. Сани перевернулись и полностью ушли под воду. Спереди они держались за снегоход. А вот сзади, ободранные и погнутые о камни полозья, зацепились за кромку льда.

– Толя, давай веревку, Серега, руби ваги, – четко давал команды Николай, осторожно подходя к саням.

Чтобы сани не ушли под воду, двумя веревками привязали их за камни.

Дружно подошли, взялись… Я только услышал как что-то ухнуло и из-под ног стал уходить лед. Все бросились врассыпную. Лед подломился, но завис где-то на камне под водой.

Сани наши висели на волоске судьбы, одной лыжей.

– Толя, заводи пилу, нужны большие деревья, – нервничал Николай, сознавая безнадежность ситуации, – не дай бог сорвется, – все унесет вместе с санями.

Положили несколько деревьев, получился настил. Николай по нему добрался до саней.

– Что там? – спросил Вадим.

– Резинки вытянулись, того и гляди порвутся. Главное – горючее спасти.

– Там вся моя одежда! – жалобно проговорил Игорь.

– Да хрен с ней, с твоей одеждой. Не голый же стоишь?

– А спальник?

– Зачем он тебе? Уже весна. Тепло. Видишь, ручьи бегут.

Николай с Анатолием, опустив руки в ледяную воду, расцепили резинки, удерживающие груз, и осторожно вытащили из воды первую канистру. Потом вторую. От холода ломило руки, но резинки нельзя было отпустить. Алюминиевый ящик с вещами доставали последним. В него набралась вода. И его с трудом вытащили на настил.

– Игорек! Забирай свои вещи, почти сухие, немного, подмокли, – усмехнулся Николай, выливая из ящика воду.

Надо сказать, вещи Вадима были здесь же.

Николай привязал к поручню саней веревку. Вадим завел снегоход.

Мы, отойдя подальше от саней, дружно рванули веревку. Сани, как игрушечные, перевернулись и встали в нормальное положение. Вадим дал газ и отъехал подальше от промоины.

Мы поглядели вниз.

– Ого! – присвистнул Сергей, – дна не видно.

– Какой-то омут, – осторожно заметил Анатолий.

Николай подошел к Вадиму:

– Ну, слушай. Думал, конец. Не спасем.

– Резинки крепкие, выдержали.

– Да! Обошлось! Вытащили. – Николай глянул на нас. – Ну что стоите? Грузите сани, идем дальше.

На повороте у скалы ширина льда всего метр. Осторожно проводим технику. Придерживаем руками кто снегоход, кто сани.

И вот уже остался последний «Буран» Анатолия. Он только направился к нему, как его остановил Николай:

– Погоди, я сам.

Мы стояли на повороте у скалы и ждали.

Николай, видимо, решил показать нам класс езды, и перед заходом на поворот прошел близко к промоине. Не выдержав веса саней, лед обломился. Сани угрожающе наклонились и пошли на переворот. Учитывая предыдущий опыт и понимая, чем это может закончиться, мы бросились к ним. Я, Анатолий и Сергей повисли на краю саней, создав противовес. Николай пытался привязать веревку, но зацепиться было не за что, кругом отшлифованные водой скалы.

Мы еле держали. Нас перетягивало в сторону промоины. Ситуация усложнялась тем, что в промоине было сильное течение, которое стягивало нарты со льда.

Вадим с Игорем на снегоходе уже ушли в конец каньона.

Николай пытался кричать им, но безуспешно.

Глядя, как мы с красными от напряжения лицами надрывно удерживаем сани, которые в любую секунду вместе с нами могут слететь в полынью, Николай рискнул. Он развязал резинки и стал вытаскивать канистры. Запыхавшись, прибежал Игорь и сразу же бросился помогать ему. Груз уменьшился, и мы отпустили затекшие руки. Спину ломило, и я с трудом выпрямился.

Подошли к концу ущелья. Вечерело. Здесь напоследок Вадим приготовил нам сюрприз – проломил санями лед и, не заметив, с Игорем ушли вперед. Снова пришлось стелить гать.

Наконец вышли из ущелья и за поворотом увидели передовой снегоход, утонувший в снегу. Но до него не дошли. Снег все глубже и глубже. Невозможно ехать. Встали.

– Этого нам только не хватало, – занервничал Николай. – Толя, доставай лыжи. Серега, езжай, помоги Вадиму.

Анатолий надел лыжи и пошел на разведку.

Снегоходы скрылись за поворотом. Игорь подошел к нам.

– Чего тут стоять, время тратить! – оглядывая нас, сказал Николай. – Поеду-ка я лучше зимовьюшку поищу. Игорь, ты рацию включи.

И в надвигающихся сумерках, снегоход исчез из виду.

Мы остались с Игорем вдвоем. Пошел снег, замела метель.

– Ты про рацию не забыл? – напомнил я, ежась от холодного ветра.

– Ах да, – спохватился он, доставая ее из нагрудного кармана.

– Слышишь, кто-то кричит?

– Да вон же дядя Сережа ползет.

Я глянул в сумеречную даль. По буранному следу к нам пробирался Сергей. Даже накатанная колея не держала его, и он, встав на колени, на четырех точках опоры передвигался в нашем направлении.

– Мама, забери меня обратно, – жалобным голосом просил он.

Мы с Игорем весело засмеялись. Усевшись на сиденье моего «Бурана», он еле перевел дух. Голова была мокрая, от снятой шапки валил пар.

– Ты откуда взялся? – недоумевал я.

– «Буран» Колька отобрал, Толяна посадил. А меня к вам отправил. Ну и снежище, еле добрался.

Поднявшийся ветер быстро охладил разгоряченное тело Сергея.

Он был единственным, кто курил в нашей команде. Но здесь, за компанию, закурили все.

– Может, погреемся? – с оптимизмом произнес он.

– А есть?

– Обязательно! – Сергей достал из кармана куртки фляжку.

– Водка?

– Самогонка! Тесть гнал, потом на травах настоял. Пробуй. Только одно слово.

Я сделал маленький глоток. Потом еще. Приятная горечь зажгла в груди.

– Я же просил слово, а ты уже целое предложение пропил.

Затрещала рация. Донеслись обрывки фраз. Игорь пытался ответить, но безуспешно. Кроме тихого шипения, больше ничего не услышали.

– Наверное, батарея села, – в полном неведении проговорил Игорь, отхлебывая из фляжки.

Разогрелись. Покурили еще раз. Осветив нас светом фар, подошли снегоходы.

– Игорь! – раздраженно закричал Николай. – Где рация? Почему молчал?

– Батарея села.

– Игорь, – вмешался Вадим, – что за детство? Это же не шутки. Надо было положить поближе к телу, чтобы батарея не замерзала.

– Там водопадище такой… – Николай разразился матерной бранью. – Мы выходим на вас, а вы молчите. Давно бы уже палатку поставили.

– Как палатку? – растерялся Игорь, – а зимовье?

– Какое зимовье? – оборвал Вадим, – там водопад метров пятьдесят. И