Журавли над полем - Владимир Васильевич Киреев

Сергей растерялся и не знал, что сказать. В разговор вмешался Вадим:

– У нас все сборы были поручены Сергею и Игорю. Ведь я на вас надеялся, как на каменную гору, почему же так получилось?

– Ну, забыли, – ответил Сергей тихим голосом, – да пошли вы!

И, опустив голову, быстро пошел вниз.

– Что теперь говорить, – махнул ему вслед рукой Николай. – Надо идти ужин готовить.

Обстановка оказалась чрезвычайно тяжелой. Для того, чтобы продвигаться вперед, нам нужно было не только преодолеть дикую, необузданную природу этих гор, но в то же время прожить в душевном мире и согласии между собой.

Работа в походе – вообще тяжелый труд. Человек, отправляющийся в далекое путешествие, должен знать многое и уметь многое делать, чтобы быть самостоятельным.

Хотя, по альпинистским меркам, и не высоко, но чувствуется слабость. От чрезмерного усилия кружится голова. К тому же ноги мокрые уже трое суток. Просушиться в палатке нет никакой возможности.

Впервые в эту темную безоблачную ночь мне безрадостным показался наш путь. Что же будет дальше, если нам потребовалось три дня на преодоление одного горного склона? Выдержат ли люди такую нагрузку длительное время? Скорее бы пройти эту гору.

Утро было необычайно холодным. Мы торопились. Еще на горизонте не обозначился восток, а эхо уже разносило по тайге громкие разговоры нашей команды.

Сложили палатку, сгрузили в багажники снегоходов все вещи. Я мысленно попрощался с лагерем, в котором мы прожили трое суток, и с разгона поднялся на вершину горы. Прощай капкан, прощай Додот, мы тебя одолели.

Сейчас у всех одно желание – постоять на неприступном южном склоне горы и посмотреть вокруг. Я давно мечтал об этих минутах.

Вокруг, как безбрежное море, раскинулись горы самых причудливых форм и очертаний, изрезанные глубокими лощинами и украшенные зубчатыми гребнями. Вдали, подпирая вершинами небо, высились гольцы. Они стояли перед нами во всем своем величии.

С высоты в несколько сот метров видна река. Слева – ущелье. По темной полосе на снегу угадывался наш путь. Слепящим глаза глянцевым пятном синел падающий водопад. Он был окружен полукольцом отвесного карниза, напоминающего сказочную крепостную стену с выступающими башнями, колоннами. Обнаженные разноцветные пласты льда разукрасили ее в причудливые тона: белые, светло-зеленые, желтые, красные. И вся эта картина как бы плыла, покачиваясь в ослепительных лучах уже весеннего солнца, поражая воображение первозданным величием.

Озабоченность ушла, настроение приподнятое, наверное, оттого, что стоять тут и любоваться не доступным для других чудом – пусть маленькая, но победа. Слышались шутки, смех. Больше всего досталось Игорю. Пока он созерцал окрестности, на его мохнатой шапке оказался ком снега. С ним он и сфотографировался.

По Хамсаре

Ничто в природе не стоит на месте. Все проходит. Прошло и Утро. Наступил День. Житейские заботы диктуют свои условия, и ты уже в пути, в движении.

Спустившись с горы, мы с Николаем не стали дожидаться остальных и отправились пробивать путь. По наледи приехали к открытой воде озера Устю-Дээрлиг-Холь, в которое впадает Додот. Повернули вправо и двинулись по заросшему лесу вдоль озера. Мы продвигались по старому конному следу, который определили по поврежденной коре на стволах деревьев. Вскоре вышли к острову.

Справа на высоком берегу острова стояло зимовье, наполовину заваленное снегом. Ни одного следа. Ничто не напоминало о присутствии людей. Спрыгнули с машин. Снега по пояс. Расталкивая локтями и коленями снег, заползли на остров. Зашли в зимовье. К удивлению, здесь все сохранилось. Разве лишь малость осел потолок, да стены обросли зеленым мхом. Однако нары и печь, стоящая в углу, возле которой осыпалось немало земли, еще способны были послужить нам.

– Хорошая зимовьюшка, – глядя на прогнивший пол, обрадованно сказал Николай.

– Да ты что?! – задыхаясь от радости, возмутился я.

– Это же. Это пятизвездочный отель, и не меньше.

– Ого, как жилье-то ценить начали, – засмеялся Николай, – честно говоря, мне палатка тоже порядком надоела. Поехали за мужиками, они, наверное, на подходе.

Так оно и вышло. Не успели мы подъехать к подножию горы, как навстречу нам на своем черном, окутанным дымом «Буране» выкатился Сергей. Немного позже показались Анатолий и Вадим с Игорем.

Николай сообщил новость о зимовье. Уставшие и измученные спуском мужики повеселели. Забыв, что с утра, кроме снега, во рту ничего не было, взревев моторами двухтактников, ринулись вперед по накатанному следу.

Заканчивалась дневная суета.

Мы еще не успели закончить устройство ночлега, заготовить дров, как пришла ночь. Из-под толстых, грудой сложенных дров с треском вырывалось пламя. Оно ярко освещало островок, на котором стояло зимовьё.

Поужинав, мы вышли из зимовья. От озера повивало холодом, тянуло запахом хвои и весной. Бархатно-черное небо было усыпано яркими звездами. Разожгли костер. На душе было хорошо. Сегодня более чем успешно мы вырвались из капкана. Если что и беспокоило, так это неизвестность, которая ждет впереди. Так для этого и идут в путешествия, чтобы познать неизведанные дали. Разговорились, забыв про усталость. Спать никто не хотел. Решили с утра порыбачить.

Пододвинувшись поближе к костру и наблюдая, как пламя пожирает головешки, мы старательно шкурили молодые побеги тальника, которые вскоре превратились в настоящие удилища.

Судя по тому, с какой ловкостью Сергей вязал крючки с леской, можно поверить, что рыбак он был опытный. Вроде бы все для рыбалки приготовлено, и мы идем в зимовье. Приятно после утомительного дня забраться в спальный мешок и забыться, освободив от напряжения мышцы.

Лагерь пробудился рано. С утра разыгралась непогода, дул холодный ветер. Тайга стала мокрой, неприветливой. Но мы все дружно разбежались по льду озера в надежде поймать рыбу. Здесь, в глухомани, где и людей почти не бывает, она должна бросаться на крючок. Так нам казалось. Облазили все промоины, и малые и большие, и глубокие и мелкие, но тщетно – ни одной поклевки. Обидно.

Собрали вещи и тронулись в путь. Груженые нарты легко скользили по словно отполированной кем-то поверхности озера, но не прошли и километра, как попали в глубокий снег, наметенный зимними метелями.

Вытянувшись гуськом, шли по накатанному впереди идущим снегоходом следу. Николай и Вадим ушли далеко вперед, а наша троица, как всегда медленно, но дружно продвигается по проложенному маршруту. Вижу, как идущий впереди Сергей вместе с санями проваливается в наледь. Делает отмашку рукой. Со всего ходу вылетаю с накатанного следа на целину и обхожу зарывшийся «по уши» снегоход. Но тщетно. Не дотянул всего пару метров до проторенной «буранки», встал. Рядом со мной, безнадежно взревев мотором,