Темное искусство лжи. Реальные тактики обмана. Как их распознать и обезвредить - Джеймс Скотт

что утаить часть правды – это не ложь, знайте: скорее всего, он утаил более значимую информацию, чем пытается вам показать. Конечно, бывают ситуации, когда человек и правда «просто забыл» о чем-то сообщить. Например, в моем доме живет один такой человек – регулярно «забывает» сказать о том, что учительница просила меня прийти в школу для беседы. В таких ситуациях остается лишь вздыхать и пожимать плечами: ведь учительница, прекрасно зная о забывчивости своей ученицы, все сообщения дублирует мне на почту. В остальных случаях вы точно заинтересованы в том, чтобы выяснить, что именно осталось «за кадром», чтобы избежать последствий своего неведения.

Отрицание и искажение

Продолжаем исследовать многоликое создание под названием «ложь». Чем дальше, тем менее явные личины выходят на первый план.

Этот раздел я бы назвал «Последние по списку, но не по значению», и начать его я хочу с разновидности лжи, которую многие люди, особенно старшего поколения, считают пустяковой и не стоящей внимания – с отрицания. Я категорически отказываюсь считать эту ложь незначительной, потому что именно она может привести жертву в максимально нестабильное психическое состояние. Согласитесь, когда ты в чем-то абсолютно уверен, а другой человек с той же убежденностью заявляет, что ничего подобного не было – недолго и с ума сойти.

Чаще всего к отрицанию прибегают для того, чтобы скрыть какой-то неблаговидный поступок или избежать наказания. Лжец категорически отрицает свой проступок или какой-то факт, при этом он выглядит и звучит максимально убежденно. Настольно, что окружающие начинают сомневаться, даже если видели произошедшее собственными глазами. А там, где появляется хотя бы тень сомнения, открывается и лазейка для того, чтобы избежать ответственности.

Я постоянно сталкиваюсь с историями, когда родители в общении со взрослыми детьми категорически отрицают некие значимые эпизоды из прошлого. Для чего они это делают? Кто-то пытается таким образом обелить себя, потому что по прошествии времени осознает, что был неправ. Другие просто хотят предстать в собственных глазах и в глазах окружающих в более выигрышном свете. Также за отрицанием часто прячется попытка снять с себя ответственность за психологические травмы, нанесенные детям. В любом случае я неоднократно замечал, как убежденность родителей в том, что «мы не могли так поступить», заставляет их взрослых детей сомневаться в собственной адекватности и в достоверности воспоминаний.

Если же воспоминания подкреплены неоспоримыми доказательствами, дети часто стремятся оправдать поступки родителей – ведь если мама говорит, что такого не могло быть, значит, скорее всего, она не хотела поступать так плохо и у нее были для этого серьезные причины.

Чтобы было более понятно, приведу пример.

Джо вырос в небогатой семье. С детства он четко усвоил: у родителей нет лишних денег, поэтому, если хочешь что-то сверх необходимого минимума, – это твои проблемы. Когда мальчику было 10 лет, его родители развелись. Джо и его младшая сестра остались с мамой, которая много работала и постоянно сетовала на то, как тяжело одинокой женщине сводить концы с концами, как дорого обходится содержание детей. Однажды Джо попросил купить ему велосипед: у всех его приятелей были велики, потому что в небольшом городке, где они жили, это было основное средство передвижения подростков. На что получил эмоциональный отказ. Мама заявила, что и так одна тянет детей, которые постоянно вырастают из одежды, что «от их папаши за все время не пришло ни цента» и что, если Джо так приспичило купить дорогущую и ненужную игрушку, он может сам на нее заработать.

Джо, который был согласен на подержанный велосипед, решил попробовать накопить. Он стал откладывать те деньги, которые мама давала ему на обеды, – сумма в неделю получалась небольшая, но это было уже что-то. Позже ему на глаза попалось объявление о приеме вторсырья. В последующие несколько месяцев Джо облазил все окрестные свалки в поисках подходящих материалов. Он быстро выяснил, что выгоднее всего сдавать стеклянные бутылки определенного формата: за них много платили. Летние каникулы пролетели за сбором, сортировкой и мытьем тары: с бутылок требовалось удалить бумажные этикетки. Попутно Джо собирал и жестяные банки: платили за них по весу, зато и возни было гораздо меньше. Кроме того, мальчик брался стричь соседские газоны за вознаграждение и выполнял другие мелкие поручения. За три месяца непрерывной грязной работы Джо накопил баснословную для подростка сумму в 347 долларов и 53 цента – цифру он сам назвал мне на приеме. Должно было хватить не только на велосипед. Предвкушая покупку, он поделился с мамой своим достижением.

– Молодец, – похвалила его мать. – Не советую тратить деньги на хлам, который предлагают в нашем захолустье. Через неделю у меня отпуск, съездим в соседний город и выберем там.

Однако через неделю оказалось, что маме не дали зарплату за последний период. Поездка отложилась на неопределенный срок, и Джо все-таки решил прицениться к велосипедам в их городе.

– Сынок, напомни, сколько у тебя денег? – спросила мама как-то вечером.

Джо назвал сумму.

– Видишь ли, милый, – мама посадила его на диван рядом с собой и приобняла, чего обычно не делала, – у меня в этом месяце совсем туго с деньгами. Нужно заплатить аренду, а у твоей сестры подходит срок замены зубных пластин – за прием придется выложить наличные, страховка его не покрывает. Ты не мог бы одолжить мне свои деньги? Как только я получу расчет за месяц – сразу же тебе верну.

Конечно, Джо без всякой задней мысли отдал маме свои сбережения. Он был уже достаточно взрослым, чтобы понимать: без велосипеда можно прожить еще месяц, а вот арендодатель ждать не будет.

Однако прошел месяц, а потом и другой, но мама не спешила возвращать деньги. Она уже получила зарплату, и не раз – у сестры стояли новые пластины, мама поменяла резину на своей машине и планировала заказать новый диван. Когда третий месяц подходил к концу, Джо все-таки решился спросить, когда мама вернет его сбережения.

– Что-что? – мама грозно свела брови. – В каком смысле вернуть тебе деньги? Ты что, серьезно? Ты ведь знаешь, как мне тяжело! Я кормлю тебя, обеспечиваю, вкалываю как проклятая – а ты еще смеешь требовать у меня свои жалкие центы? Считай, что помог семье как настоящий мужчина!

В этот раз мама не обнимала Джо, а ее голос был не ласковый, а холодный.

– Может быть, ты хотя бы дашь мне 50 баксов, чтобы я мог