Аэротаник - Евгений Гузеев

– Ах, вот как? Печально… То есть, еще один неожиданный поворот, так сказать. Вы, как я предполагаю, вздрогнули и ваш спутник, возможно, встрепенулся.

– Да я привык уже к таким воплям, а спутник… Что ему, ежели он сам как бы… ну, является источником… Надеюсь, вы понимаете?

– Признаться, было бы нечестно с моей стороны утверждать, что данный расклад событий и фактов каким-либо образом проливает свет и, в частности, позволяет сделать выводы из того, что мы имели честь только что услышать из ваших уст. Но, простите, в данной ситуации суд вынужден все-таки прояснить вопрос с вашим спутником, будь он человеческой природы или представителем фауны, а возможно и какое-нибудь техническое средство, что вы изволили образно назвать спутником, вас сопровождавшим во время прогулки. Ну что ж, придется полюбопытствовать, что же это за прибор такой, способный издавать мощный звук и который по образу и подобию ваш коллега господин Сундуков изволил сравнить с воплем дикого осла.

– Дело в том, что это… это действительно был… осел, и именно с этим животным я и прогуливался по скверу.

После «осла» зал воскликнул «ах», а Константин Несторович, прежде чем продолжить, вынужден отойти к своему столу и выпить стакан воды, которая уже перестала быть прохладной и была паршивой на вкус. На коллегу защитника он старался не смотреть, чтобы не видеть возможного выражения лица, но догадывался, как оно выглядит. Хотя все же мельком попробовал взглянуть на адвоката, но только сквозь воду и стеклянное дно стакана, дабы увидеть его в таком вот переломленном виде, но стакан был старым, граненным, и прокурор увидел только какую-то мозаику, даже будто бы красивую из-за сверкающих ламп, хотя и не пойми что. К сожалению, никакого нормального желаемого уродства, как в кривом зеркале, не получилось. Наконец к прокурору все-таки вернулась способность говорить.

– Однако. Да-с. Впрочем, надо бы уточнить. То есть, если мы верно поняли, вы прогуливались по скверу не с тигром, не с хомячком, а с собственно ослом. И что, это был дикий или домашний осел, позвольте полюбопытствовать. И вообще, в наших краях… ослы… Это ведь, я не знаю… Ах да, конечно, цирк. Я правильно понял?

– Да, ваша честь. Вынужден признаться в том, что в целях сведения концов с концами в свободное время беру дополнительную работу, прогуливаю осла. Хотя, должен подчеркнуть, что никакого отношения к моему номеру с тиграми это животное не имеет, а работает с клоуном Нечипоренко. Но, видите ли, в данный момент он с внуком должен сидеть и не имеет возможности выводить животное на прогулку. Вот я и согласился. И не от хорошей жизни, понимаете ли. Стыдно, лицо прикрываю воротником, чтобы люди не узнали. А что касается самого животного, то это бывший дикий осел, пойманный служащими войск четыре года назад где-то в горных лесах Кабардино-Балкарии и, пройдя различные этапы, попавший в наш областной цирк. Но это длинная история. Теперь осел, естественно, ручной, позабывший все виды агрессии. Однако с криком его ничего поделать мы не можем. Кричит, как зарезанный. Ему бы ослиху…

Вдруг в зале раздался некий шум и движение. Это поднялся со своего места первый свидетель – Семен Михайлович Сундуков:

– Вы слышали, господа? Дикий осел! А что я говорил, ваш покорный слуга? Ведь мы чуть не остались без подтверждения моей теории, а это все равно, что умереть и не узнать, кого рожает твоя супруга. Уважаемый, вы продлили мне, старику, жизнь, как минимум, на двадцать лет. Нет, не зря существует в мире моя скромная эрудиция. Кому-то это должно было принести пользу. О, знал ли я тогда, в тот зимний вечер 1977 года, когда переходил от лошадей диких и домашних к теме «ослы домашние и дикие», читая запоем все, что мне попадалось под руки. О, я помню этот сыроватый запах страниц старой советской энциклопедии и всех тех брошюр, которые я по-нескольку раз перечитывал, сидя в холодном читальном зале библиотеке имени Добролюбова. Кстати… Хотя нет, я не об этом. И потом эти звуковые приложения на гибких пластинках со звуками различных животных, это я все помню, прослушивал целыми днями. Круг, как говорится, замкнулся, господа ибо…

– Простите, уважаемый свидетель, – остановила вовремя старика Марья Ивановна, – все это чрезвычайно важно и интересно, но вынуждена вас прервать, так как необходимо продолжить судебное разбирательство…

– Да, почтеннейшая, я в вашей власти. Скажу только одно и совсем вкратце. Не смотря на то, что мы ведем речь о тружениках южных наших провинций, а также диких их собратьях – так называемых ослах домашних и, соответственно, диких, и в частности о способности этих удивительных животных, не смотря на свой небольшой, по сравнению с лошадью, даже зеброй, рост, издавать звуковые сигналы, сравнимые только со звуками неживой природы, как например, гудок или, как его еще называют, свисток паровоза, который помнят люди моего поколения, а современная молодежь только понаслышке или также благодаря наличию телевидения и кино, которые, к счастью, дают им все же представление о временах навсегда уже ушедших, к великому сожалению их родителей и дедушек с бабушками, хотя многое в технических средствах, в частности средствах передвижения, осталось приблизительно на прежнем уровне, лишь в какой-то степени модернизировано, как например плавучие средства, издающие и поныне гудок весьма громкий, с чем мы также можем сравнить поведение ослов, в частности способность их издавать не менее значительные по своему уровню и количеству децибелов, звуковые эффекты, но все же, хотел бы привлечь ваше внимание на то, что любимой моей темой, должен вам признаться, был и остается зверь хорек, его повадки, образ жизни, принципы размножения и так далее, и если суду понадобятся мои познания по этому важному вопросу, то я к вашим услугам, причем не только в рамках данного процесса, но и, при необходимости, в других судебных разбирательствах готов на себя взять почетную обязанность выступить как консультант-знаток всех аспектов, связанных с поведением одного из самых интереснейших и загадочных обитателей лесных чащ нашей необъятной родины – хорька, ибо…

– Спасибо уважаемому свидетелю, – успела Марья Ивановна воспользоваться легкой старческой одышкой свидетеля Сундукова и не дала довести его мысль до точки, – мы непременно воспользуемся вашими бесценными знаниями. Увы, существует регламент, и мы должны закончить наше дело. Есть ли у защиты какие-либо вопросы к укро… к свидетелю Власову?

– Разрешите только расставить точки над и, – бодро вскочил с места адвокат Цветков. – В