Путешествие в Тибет. Жизнь, нравы, обычаи - Сарат Чандра Дас

когда, наконец, достиг деревни Гок. В настоящее время эта деревня совершенно покинута, и вместо находившихся здесь раньше дюжины лавок и красивой буддийской кумирни теперь мы нашли лишь коровий загон, в котором храпел непалец. Сюда обыкновенно являлись изнутри страны торговцы для крупных закупок кукурузы и кардамона, с тем чтобы потом перепродать свой товар на дарджилингском базаре.

Буддийская молитва «Ом мани падме хум», изображенная санскритскими буквами

Разостлав свои одеяла на траве вблизи загона, мы сделали попытку отдохнуть, но неровность почвы, насекомые, которые ползали по мне, колючки терновника и травы, пронизывавшие тонкое одеяло, на котором я лежал, сильный дождь, который промочил нас насквозь, не дали нам уснуть, и в 4 часа утра мы двинулись в дальнейший путь. Тропа, по которой мы шли, имела не более одного фута в ширину и была сплошь покрыта длинною травою. Засветив свой дорожный фонарь, я отправился следом за своим проводником Пхурчуном, который нес мое ружье, привязав его сверху к тюку с нашим багажом. Наконец, на рассвете, преодолев много преград на своем пути, мы достигли долины реки Руммам.

8 ноября

Река Руммам – один из главных притоков Большого Рунгита – берет начало в горах Синли и образует границу между британскими владениями и независимою областью Сикким на северо-западе, так что вся страна вправо (к югу) от этой реки принадлежит британскому правительству. Река представляла бурный поток, и единственным средством переправы через нее был легкий пешеходный мост из нескольких бамбуковых жердей, закинутых на большую каменную глыбу, лежащую посредине реки, и укрепленных при помощи камней. В холодное время года лепча и лимбу[9] ловят в глубоких местах реки рыбу, иногда крупных размеров, которую лепча продают на даржилингском базаре. Здесь было изобилие деревьев sal, а на склонах холмов мы видели кардамон и хлопок, готовые к сбору. Там, где эти растения занимали более обширные пространства, были расставлены сторожа, которые отпугивали обезьян и медведей бамбуковыми хлопушками. Мне передавали, что кроме небольшого вида обезьян, из которых мы видели нескольких, в этой долине водится и крупная их порода и что они составляют грозу крестьян и одиноко путешествующих женщин[10]. Для истребления этих обезьян лепта употребляют кутру и другие ядовитые коренья, которые они примешивают к вареным съедобным кореньям или к рису.

Приближаясь к мосту, мы встретили около 20 человек, несших апельсины на дарджилингский базар, но мне удалось, к счастью, пройти не замеченным ими. После непродолжительного отдыха, во время которого я позавтракал и переменил свой индийский костюм на тибетский, мы снова двинулись в путь, оставив дорогу, ведшую в Митоган, вправо от себя. Повсюду встречаются в изобилии антилопы и дикие козы, но деревенские жители редко охотятся за ними: они так бедны, что вряд ли даже у всего населения найдется дюжина кремневых ружей. Здесь много поселенцев из непальцев; я видел нескольких брахманов и четри, которые живут преимущественно продажею молока и масла. Мы неоднократно проходили мимо тощих полей, вспаханных на террасах вдоль горных склонов; здесь в плуг впрягают быков. Что касается бхутиев, то они не имеют обыкновения устраивать поля по склонам холмов и не употребляют плугов, а обыкновенно пользуются для обработки своих полей такими примитивными орудиями, как мотыги или дубовые колья, вследствие чего сбор получается скудный. Племя лимбу[11] пашет землю в течение трех лет подряд, а затем оставляет ее под паром на следующие три года, после чего сорная трава срезается и сжигается, а земля снова обрабатывается.

Мост в Бри близ Янь

Поднявшись на несколько холмов по крутым тропинкам, мы достигли вершины горного кряжа, на которой возвышались мэньдон и чортэнь[12]. Отсюда открывается живописный вид на долину Д'урамдень, усеянную многочисленными постройками, и соседнюю с нею страну. Этот пункт у пахириев носит название Мани-дара, а у бхутиев – Чортэнь-ган; оба эти названия означают «хребет священной ступы». Здесь мы остановились около ручья и купили себе у лимбу две бутылки пива из мурвы[13] и овощей.

9 ноября

Наш путь пролегал по удобной тропинке мимо жилищ племени лимбу, перед которыми виднелись хлевы для овец и свиней, а кругом – небольшое количество коз и коров. Кстати сказать, у этого племени домашняя птица не столь крупна, как у бхутиев.

Во время своего путешествия мне не раз приходилось слышать о разных обычаях этого племени. Самым интересным из этих обычаев является барабанный бой, сопровождающий даже самые заурядные случаи. Каждое семейство племени лимбу, будь оно бедно или богато, имеет похожий на тамбурин барабан, в который бьют, например, при выходе из родной деревни или при возвращении туда; жена или дети ударяют в эти барабаны в честь главы семьи, когда он выходит; последний делает то же, покидая свой дом.

Страна, лежащая между реками Арунь и Тамбур, носит у непальских туземцев название Лимбуду, а народ, живущий там с незапамятных времен, называется ими лимбу, хотя эти последние сами называют себя именем якт'анга. Точно так же племена, населяющие Киранта, или области, лежащие между реками Дудкоси и Арунь, называются кират, и имя это так же древне, как и имя великого индусского божества Махадэва. Северное племя кират и южное лимбу были известны древним под именем кирата, вследствие того что с самых отдаленных времен они занимались охотою и торговлей с жителями равнин мускусом, хвостами яков, кардамоном и проч.

Тибетцы и бхутия Непала и Сиккима называют племя лимбу именем цан, вероятно, на том основании, что последнее переселилось сюда из тибетской провинции Цан. Как устные предания, так и письменные памятники племени лимбу говорят, что это племя переселилось сюда (в Лимбуан) отчасти из провинции Цан в Тибете и из Каши в Мадья-Дэш, отчасти же появилось от подножия громадного утеса, возвышающегося у деревни Пхэдах к северо-востоку от Цаньцура. Таким образом, народ племени лимбу делится на три больших поколения, сообразно с их первобытными поселениями – Цан, Каши и Пхэдах. Первая ветвь, происходящая из Цана, распространилась по Тамбур-Кхола, Пхалун, Мирва-Кхола, Маива и Янруб и получила у тибетцев название цан-моньпа или лимбу, обитающих в ущельях. Те, которые пришли из Каши, заняли Чайбиса, Кай-К'ола и Цолькар. Явившиеся от подножия утеса Пхэдах стали называться байпхута. Имя местности, посреди которой стоит упомянутый огромный утес вышиною в 600 фут., – Пхэдах Панги-лома, что, вероятно, является искажением слов Пхэдух Панги-Лунпа, т. е. «пастбище в Пхэдух».

Чортэнь и меньдон в Ладаке

Байп'ута лимбу были самыми могущественными и многочисленными; их вождь, раджа Хань, владел Восточным Непалом. Все племена лимбу, так же, как и кирата, платили ему дань и отправляли воинскую повинность, наподобие того как это было в