Мороз по жести - Андрей Викторович Рубанов

Не понимал как: он был сильней меня раз в пятнадцать, и пистолет торчал из-за пояса, – но знал, что попытаюсь.

Так мы ехали с ним в его мощнейшей тачиле, вызывающей трепет у прочих водителей, сами же, внутри сидя, воняли гарью и дымом, бензином и маслом.

Для живых – запах стрёмный, но для деревянных – нормальный, естественный.

Чем же вонять нам, как не дымом сгоревшего дерева или топливом, сделанным из того же дерева, только очень старого?

Тайный, спрятанный Ростов проявлялся впереди из ледяной мглы, мерцая утлыми огнями.

Никто уже не мог напасть ни изнутри, ни снаружи, враг был повержен, обращён в золу и сокрушён, но мне всё равно было плохо. Наверное, никогда не было так плохо.

Мы подкатили к освещённому крыльцу отеля, Никола Можайский не заглушил двигатель, не выключил мигалок. Машина встала поперёк выезда: чёрная, жуткая.

Мы зашли и облокотились на стойку администратора, приятной брюнетки средних лет. Она с опаской посмотрела через стеклянные двери, как снаружи бьются тревожные фиолетовые всполохи.

Девочка вышла, осторожно ответила брюнетка.

Можайский понизил голос до сановного баса и показал удостоверение.

Брюнетка испугалась.

Ребёнок вышел, повторила она. Примерно час назад. Вообще, это не наше дело – следить, куда выходит ребёнок. Номер был оплачен, ребёнок просто вышел, и всё. Это уже я сама заинтересовалась, куда выходит ребёнок. Девочка сказала, что погулять. Вышла без вещей, но в куртке и шапке… Мало ли куда пошла. Тут особо гулять негде, только если вдоль берега, и то – если тропинка расчищена… Одновременно выписалась женщина, Ворошилова Георгия Петровна… Сложилось впечатление, что они ушли одновременно, а на улице их ждала машина, но это не точно. Сначала девочка вышла, а потом женщина выписалась, и вроде бы они уехали вместе. Я видела, что сели в одну машину. Нет, не в такси. Нет, номеров не помню, но у нас там видеонаблюдение, номер будет видно на записи. Ко мне – какие претензии? Взрослые часто уходят, оставляют детей в номерах, потом детям скучно становится, они идут гулять. Следить за детьми в наши обязанности не входит. Эти граждане заехали втроём. Мама и дочь заняли один номер, папа занял соседний. Грязные все трое были. Женщина, Ворошилова, заехала на день позже, её номер был в другом крыле. Девочка тихая, воспитанная, на вид лет одиннадцати, вышла и пошла. Через пять минут появилась женщина с рюкзаком, выписалась и тоже ушла, у неё были оплачены одни сутки… Если они уехали вместе – посмотрите записи с камер, а нам тут видно только через двери…

Показывайте записи, потребовал Можайский.

Нас провели в подсобку.

Запах от нас исходил, как от трубочистов.

Можайский молча, неотрывно глядел на чёрно-белый экран.

Спасибо, сказал он, вы нам очень помогли.

Мы вернулись в машину.

Можайский выключил маяки.

Из ресторана доносилась музыка, та же самая песенка той же певицы, лихая, русская-народная, блатная, хороводная. Я вспомнил вой и скрежет, исходящий из чёрного разрубленного горла.

Это машина сыщика, сказал Можайский. Оперативника Застырова. Нынче утром они приехали из Москвы на этой машине вдвоём с Ворошиловой.

Она не хотела возвращаться вместе с ним, сказал я. Она собиралась переночевать здесь, в отеле, а уехать – завтра на поезде. Она сама так сказала.

Значит, передумала, уверенно ответил Можайский. Я ей позвоню. Не сейчас, конечно. Завтра. Или она сама позвонит. В любом случае всё выясним. Да и выяснять особо нечего, и так всё понятно. Гера Ворошилова и девочка Евдокия не знакомы, но друг про друга – знают. Когда мы начали жечь ведьму в Вепревой Пустыни, девочка сидела в номере отеля. Она почувствовала, испугалась, решила бежать. Могла бы просто вызвать такси до Москвы, но, может быть, у неё денег не было, да и не факт, что таксист повёз бы несовершеннолетнего ребёнка. В отеле девочка столкнулась с Ворошиловой, узнала её, рассказала про себя, попросила отвезти домой. Ворошилова, в свою очередь, испугалась, что мы приедем и схватим девочку и убьём. Она позвонила сыщику и сказала, что вернётся с ним в Москву на его машине и ещё с ней ребёнок будет. Сочинила, что знакомых встретила, знакомые попросили сопроводить ребёнка, обычное дело. И они втроём уехали, вот и всё.

Не всё, возразил я. Сыщик мог заподозрить, расспросить Дуняшку. А она – по документам – Евдокия Ильина, её официальный отец – Антип Ильин, который находится в розыске. Соответственно, его дочь тоже разыскивается. А теперь вот она сама нашлась…

Нет, сказал Можайский, не нашлась. Ориентировка на девочку одиннадцати лет составлена семь лет назад. То есть сейчас Евдокии Ильиной должно быть восемнадцать. Сыщик Застыров ищет девушку восемнадцати лет. А нашей сестрёнке – одиннадцать, и фамилия у неё теперь другая, и она хоть и девочка, но как себя вести с полицией – хорошо знает. Будем надеяться, что наш доблестный оперативник не сообразил, с кем имеет дело. Он умный малый, но в его профессии нельзя смотреть на мир широко, наоборот, надо быть практичным материалистом. А мы – другие, мы смотрим на мир Божий очень широко. Это наш долг. Как наши отначальники смотрели, вот так и нам надо смотреть. И надо верить в Божий промысел.

И в мир, сказал я. И в любовь. И чтоб цвели все цветы.

Ну, усмехнулся Можайский, цветы цветут – нас не спрашивают. А мир сам собой не установится, мир надо хранить. Утверждать надо его. К миру мы с тобой сегодня решительно приблизились, глупо отрицать. Большой шаг сделали к миру, до сих пор оба бензином воняем… Давай поедем, нечего тут светиться.

Поедем, ответил я. Только не обратно. Не хочу никого видеть. Домой хочу, домой меня подбрось, тут недалеко.

Подруга ждёт, спросил он, колдовка мерянская?

Нет, ответил я. Не колдовка она. И не ждёт. Она знает, что я деревянный.

Подумаешь, деревянный, сказал Можайский. Кого и когда это останавливало? Главное, что сама живая. Ты всё правильно делаешь, парень. Держись как можно ближе к живым, не прогадаешь.

Notes

1

Подойди и посмотри! (лат.) (Здесь и далее примеч. авт.)

2

Эта рыба ест собственных детей (лат.).

3

Это он говорит о язычниках (лат.).

4

На языке офеней (воровской язык, кантюжная феня, кантюга) стода – богиня, стоды – боги, масыга – вор, мошенник, пащёнок – мальчик, обзет – обман, юсы – деньги.

5

Наш петушок запел.