Книжная жизнь Лили Сажиной - Вероника Юрьевна Кунгурцева

Теперь прямой путь нашей троицы был – к речке Змейке, на поиски клада… тем более что Мирон нам теперь не помеха, а совсем даже наоборот. И как раз на одном из последних уроков истории учитель Сергей Александрович, так как весь учебник мы досрочно прошли и говорить ему стало не о чем, рассказал про старинный клад, который нашел житель села Казачий Брод, что возле Адлера. Среди золотых и бронзовых украшений там оказался знаменитый щит Ахилла… Кроме того, мы с восторгом узнали, что титан Прометей был прикован к Орлиным скалам (а до них рукой подать от Центральной усадьбы!), то есть старые боги очень даже привечали эти места… ну, может, не обходили вниманием, скажем так. И… и это еще не всё: оказалось, что аргонавты за золотым руном плавали сюда же, на речку Мзымту, – ну, как раз туда, где нынешний казакобродец нашел таинственный клад.

– Это… это что-то с чем-то! – вскрикивал Генка Загумённый, хлопая себя по толстым бокам.

Да уж, наш учитель совсем нас запутал в тенета мифов, точно мух, но нам было там, внутри, очень и очень неплохо.

Конечно, мне немедленно пришлось в качестве пояснения к найденному щиту рассказать членам нашей пиратской шайки о Трое – без этого ведь никак – спасибо библиотекарю Елене Петровне за разрешение брать книги из серии «Всемирная литература».

Женька завела собачку: беспризорный пудель прибился к ней однажды по дороге из школы, и родители разрешили оставить грязнулю. Конечно, пуделя мы назвали Флинтом. Правда, он только лаял и ни словечка, даже «пиастры», в отличие от попугая, протявкать не мог, но все равно мы были рады этому псу, точно Бену Ганну.

Я сунула очки в карман, перевязала глаз черной ленточкой и вмиг стала похожа на заправского пирата, у Женьки был ее знаменитый протез, теперь она управлялась им не хуже, чем Джон Сильвер своим (попробуй подступись!), а Таня заплела от затылка недлинную косичку, которая один в один была похожа на косичку доктора Ливси, в то же время тете Вале она казалась самой обычной косой, правда, почему-то с черным бантом на конце. Конечно, мы не забыли взять лопаты, я прихватила финский нож.

Когда мы вчетвером (отмытый кудряшка Флинт увязался за нами) спустились к заветному месту, то, увы, не нашли прибитой к стволу бука таблички с указанием, кому принадлежит застолбленный участок: какие-то проходимцы не постеснялись сорвать фанерку и, небось, пустили на розжиг костра. Ну, ничего, в следующий раз принесем новую. Зато дырявый таз оказался на месте, в кустах лещины. Будучи пиратами, мы решили временно опять стать старателями. Но и в этот раз золотой песок не обнаружили, а кварц – пожалуйста: наш Джон Сильвер, у которого сохранился нюх на камушки, да и зрение не подкачало, тотчас увидел блестящий камень, и не один… Возвращались мы с карманами, полными кварца, правда, опять-таки не золотоносного, но… когда-нибудь нам должно повезти. И я твердо решила, что на летних каникулах надо ехать в село Казачий Брод: может, этот археолог (или кто он там) не весь клад выкопал, а оставил и добрым людям…

Глава 9

Мы неслись по тропинке и слышали непрекращающиеся крики сэра Генри и глухой рев собаки.

Артур Конан Дойль. Собака Баскервилей

Во дворе Тани Буравлёвой поспела черешня, самая первая на Центральной усадьбе – и мы наперегонки с дроздами, которым вкус черной, под цвет оперения, дички был особенно люб, поедали ягоды, оседлав дерево и сплевывая косточки на землю, но стараясь не попасть в Джона Сильвера. Однорукий пират не мог лезть наверх, поэтому в траву с дички летели рясные (как Генка говорит) ветки, и Женька ощипывала их, стоя на твердой почве. Тетя Валя уже вовсю варила черешневое варенье (меня угощали прошлогодним – просто объеденье, а густое, ложка стоит!), и вареньем из таза, стоящего на керогазе, пахло аж до конторы! Киля, разумеется, тоже сидел на дичке, на самой верхотуре, и распевал вместе с нами: «15 человек на сундук мертвеца, йо-хо-хо и бутылка рому!».

А в школе, хотя солнце палило вовсю, еще шли занятия, и нам было предписано наряжаться так: белый верх, черный низ – и, конечно, мы с Таней надели тонкого полотна рубашки (рукава можно завернуть до локтя), короткие юбчонки и белые гольфы с кисточками на внешней стороне. На уроках все лица, точно подсолнухи, поворачивались к ослепительно сияющим окнам, а не к черной доске со скучными меловыми словами.

Сергей Александрович рассказывал теперь о топонимах. Оказалось, что село Измайловка названо в честь Измайловского лейб-гвардии полка, а село Семеновка – в честь Семеновского лейб-гвардии полка, полки эти вели боевые действия в наших местах во время Кавказской войны. Внезапно я узнала, что у нас тоже были форты: Святого Духа (где теперь Адлер), Навагинский (нынче Сочи), стены фортов защищали солдат от набегов горцев – ну, то есть, у нас практически были свои «индейцы»! Вот черт! Только кино про эти события не снимали, и книжек в сельской библиотеке не нашлось. Но был один писатель, Бестужев-Марлинский – он погиб в том же году, что и Пушкин, в перестрелке с убыхами, при высадке десанта с фрегата на берег, в районе форта Святого Духа – вот он-то, если бы выжил, написал бы приключенческую книжку, эх!

После уроков начинались бои с мальчишками: в теплынь, накануне каникул, как не повоевать! Пацаны выбегали из-за угла школы (с торцов окон не было: ни завуч, ни директор не застукают), хватали зазевавшуюся одноклассницу и делали ей «крапиву» – крутили кожу выше кисти руки во встречных направлениях – больно и обидно. А самое противное: иногда юбки задирали. Девчонки отбивались как могли, в ход шли портфели, Танька в ближнем бою дралась портфелем, а на расстоянии кричала пацанам: «морлоки, морлоки, морлоки!» (и однажды у меня возникло подозрение: уж не про разделение ли полов «Машина времени», мы-то, добрые девочки, разумеется, элои, а шерстистые – они… но дальше я не додумала). Джон-Женька Сильвер вовсю теперь использовала протез, так что многим огольцам приходилось несладко. Видя эффект протеза, я решила вооружить всех и каждую: конечно, финский нож в школу не понесешь, а вот круглое полено – пожалуйста, и в портфеле поместится не хуже протеза.

Тем, кто захотел слушать (Лаптинова, Смагина и Фокина отказались: мол, сказки!), я поведала про амазонок, которые, как выяснилось, тоже были примерно из