Вечер - Кент Харуф

– Ну посмотрим, прав ли он. Садитесь сюда, пожалуйста.

Старик переместился к смотровому столу, и врач проверил его глаза и рот, заглянул в заросшие волосами уши, осторожно нажал на разные точки на его жилистой шее.

– Позвольте, я вас послушаю, – сказал доктор. – Можете снять верх комбинезона?

Старик расстегнул пуговицы на лямках комбинезона, позволил верху упасть. Сел прямо.

– И рубашку снимите, пожалуйста.

Он расстегнул синюю рубашку, сбросил ее, оставшись в грязной фуфайке с длинным рукавом, из-под ее ворота на груди виднелись белые волосы.

– Можете задрать майку? Да. Так достаточно. Так хорошо. Теперь я вас послушаю.

Врач прижал головку стетоскопа к груди старика.

– Сделайте глубокий вдох. Вот так. Еще.

Он перешел к спине и послушал там.

Старик сидел и дышал, закрыв глаза, раздувая горящие щеки. Мальчик стоял рядом и наблюдал.

– Что ж, мистер Кефарт, – объявил доктор Мартин, – хорошо, что внук привез вас сюда сегодня.

– О?

– Да, сэр. У вас очень серьезный случай пневмонии. Я позвоню в стационар, вас положат сегодня.

Старик уставился на него:

– А если я не хочу в больницу?

– Ну, вы можете умереть, полагаю. Вы не обязаны поступать правильно. Вам решать.

– И как долго меня там будут держать?

– Недолго. Три-четыре дня. Может, неделю. По-разному бывает. Сейчас можете одеваться.

Доктор Мартин отошел от старика, взял карту со стола. Собрался было уходить, но вдруг помедлил и взглянул на мальчика.

– Ты поступил правильно, настояв, чтобы дедушка показался врачу, – сказал он. – Как тебя зовут?

– Ди-Джей Кефарт.

– Сколько тебе лет?

– Одиннадцать.

– Да. Что ж, ты молодчина. Большой молодчина. Можешь гордиться, что заставил его показаться мне. Вряд ли ведь это было легко?

– Не слишком-то сложно, – ответил мальчик.

Старый доктор вышел из смотровой и закрыл дверь.

Старик принялся одеваться, но застегнул одну пуговицу рубашки не на ту петлю, так что одежду перекосило.

– Вот, – сказал он. – Поправь эту дрянь. Ничего не могу сделать.

Мальчик расстегнул рубашку и застегнул снова, а старик сидел, задрав подбородок, и пялился на схему сердца, висевшую на стене.

– Не слишком-то задирай нос из-за того, что он тебе сказал, – объявил он.

– Я не задираю.

– Вот и не задирай. Ты хороший парень. Этого довольно. А теперь помоги мне застегнуть комбинезон и пошли отсюда. Нужно узнать, что скажут в регистратуре.

Мальчик застегнул лямки комбинезона на старике, и тот поднялся со стула.

– Где мой носовой платок?

– Он в твоем заднем кармане.

– Правда?

– Да. Ты сам его туда положил.

Старик вынул грязный платок, прочистил горло и сплюнул, затем вытер рот и вернул тряпицу в карман, вместе с мальчиком покинул смотровую, прошел по коридору к регистратуре, чтобы узнать, что от них требуется дальше.

17

Был уже конец дня, когда медсестра положила старика в палату к Рэймонду Макферону. Она подкатила нового пациента в кресле-коляске к пустой койке у двери, нажала на ручной тормоз и сказала старику переодеться в больничную одежду, которую ему положили в изножье кровати.

– Разрез сзади, – уточнила она. – После я вернусь и вас устрою.

Она наполовину зашторила занавески возле его кровати и ушла. Мальчик проследовал за ними в палату и теперь стоял возле дедушки, по-прежнему сопровождая его, как и на протяжении всего дня.

На другом конце палаты Рэймонд лежал в постели возле окна, его нога в гипсе торчала кверху с двух подушек из-под тонких больничных одеял. Рядом с ним сидела Виктория Рубидо с малышкой на коленях. Они видели седого старика и мальчика за занавесками, но пока ничего им не сказали. Старик начал жаловаться, хныкать тонким голоском:

– Не могу же я здесь переодеваться, – ныл он. – Они что, ждут, что я сниму штаны за этой чертовой занавеской, будто я в цирке каком-то?

– Придется, дедушка. Медсестра вот-вот вернется.

– Я не собираюсь.

Рэймонд приподнялся в постели и сказал громко:

– Мистер, тут за дверью туалет. Можете зайти туда, если хотите. Думаю, они его не только для меня там устроили.

Старик отодвинул шторку.

– Здесь, говорите?

– Именно.

– Думаю, это сойдет. Но погодите, я вас знаю? Вы ведь один из братьев Макферонов?

– То, что от них осталось.

– Я читал о вас в газете. Соболезную насчет вашего брата.

– Дама, которая это писала, не понимала и половины из того, что сообщает, – заявил Рэймонд.

– Меня зовут Кефарт, – представился старик. – Уолтер Кефарт. Говорят, у меня пневмония.

– Вот как?

– Так они мне говорят.

– Похоже, у вас тут хороший помощник.

– Слишком хороший, – посетовал старик. – Этот парень вечно говорит мне, что делать.

– Что ж, приятно, когда рядом молодежь, – заметил Рэймонд. – У меня самого замечательная помощница. Это Виктория Рубидо. И ее малютка Кэти.

– Здравствуйте, мистер Кефарт, – присоединилась к ним Виктория.

– Как поживаете, юная леди?

– Дедушка, – встрял мальчик, – тебе надо переодеться.

– Вот видите? – спросил старик. – Вот я о чем говорю!

– Идите, воспользуйтесь туалетом, – подбодрил его Рэймонд.

Старик встал из кресла-коляски, медленно прошаркал мимо кровати в туалет и закрыл дверь. Он пробыл там минут десять, и слышно было, как он кашляет и плюется за дверью. Вышел он в полосатом больничном халате, перевесив через руку свою одежду. Подол хлопкового халата расходился на его старом заду. Он не завязал халат сзади, так что вся его серая худощавая спина оказалась на виду. Он передал одежду мальчику, сел на край своей койки, поправил подол халата на ногах, словно старая дама.

– Зови уже эту чертову медсестру, – потребовал он. – Скажи этой женщине, что я ее жду.

Мальчик вышел в коридор, и они услышали его быстрые шаги, удалявшиеся по кафельному полу. Старик посмотрел на Рэймонда.

– Это недостойно – то, что они заставляют здесь носить.

– Да, сэр, – признал Рэймонд. – Вынужден с вами в этом согласиться.

– Это чертовски недостойно, вот что.

Мальчик вернулся с медсестрой. Она несла стерильный поднос, который поставила на прикроватный столик, затем взглянула на старика.

– Вы готовы, мистер Кефарт?

– К чему?

– Лечь в постель.

– Я не планирую просто так тут сидеть, – заявил он.

– Нет, я не думала, что вам этого захочется.

Она помогла ему закинуть ноги на постель, укрыла его одеялом, поправила подушку под головой. Затем открыла стерильный поднос, вытерла тыльную сторону его ладони ваткой.

– Может быть больно, – предупредила она.

– Что вы делаете?

– Я начну вам курс антибиотика.

– Это врач назначил?

– Да.

Она ввела иголку под кожу на тыльной стороне ладони, а он откинулся на подушке, неподвижно смотрел в потолок. Мальчик следил за ним возле изножья кровати, кусал губу, пока входила игла. Медсестра постучала по иголке, затем подвесила