Алое небо рассвета - Элизабет Лейрд

Я оценила мамино предложение, но и слегка озадачилась. Дело в том, что у мамы изредка бывают периоды, когда она начинает вдохновенно шить, но результат выходит, мягко говоря, непредсказуемый. Иногда у нее действительно получаются потрясающие вещи, но в остальных случаях швы торчат, подол кривой и сидит плохо. Я посмотрела на ткани, которые она у себя откопала. Таких ретроцветов, какие я под дулом пистолета не надену. Но я все равно страшно обрадовалась. Мама хочет сделать что-нибудь приятное для меня. Она считает меня хорошенькой. Мама любит не только Бена и Кэти.

«И в любом случае, – заявила я себе позже, когда все обдумала, – я же могу надевать его лишь изредка».

А потом я приняла внезапное решение: мне пора найти себе подработку на субботу. Эмма и Вики по выходным работают в «Теско»[14]. И я тоже попробую. Начну зарабатывать вполне приличные деньги и смогу для разнообразия сама покупать себе одежду.

9

В «Теско» меня не взяли. Сказали, что у них нет вакансий. Хотя, думаю, на самом деле это постаралась Эмма. Она завопила, когда увидела, что я иду на собеседование, а потом сказала так, чтобы услышала супервайзер: «Какие люди! Не волнуйся, Пи-ку-ку! Все останется между нами. Правду о тебе мы никому не расскажем. Хи-хи!» И она толкнула Вики в бок локтем. Супервайзер оглянулась и посмотрела на меня подозрительно, а на собеседовании вела себя высокомерно и жестко. Я знала, что мне откажут, еще до того, как она это объявила. И Вики не вмешалась. Просто стояла там и ухмылялась. Обычно она была мишенью для Эмминых гадостей, так что для нее это было что-то новенькое – наехать на кого-то другого вместе с Эммой. Саму Эмму я была готова задушить. Ее злоба просто не знала границ.

По дороге домой я заглянула к миссис Чапман купить пачку конвертов. Я решила, что надо написать кучу заявлений о поиске работы. Но меня ждал приятный сюрприз.

–Надеюсь, это для любовных писем? – кивнула миссис Чапман, принимая деньги, и подмигнула мне так, что ее второй подбородок подпрыгнул. Когда кто-то поддразнивает, бывает неприятно, но не в случае с миссис Чапман. Она очень добрая, сама всегда смеется, если над ней подшучивают, и все вокруг подхватывают этот позитивный настрой.

–Если только для очень странных любовных писем, – сказала я. – Я хочу работать по субботам. И собираюсь написать в разные места.

–Ты ищешь подработку по субботам? – переспросила миссис Чапман и задумалась.

Я кивнула:

–Половина девчонок в школе подрабатывают, мне кажется, классно иметь собственные деньги для разных дел. Я хочу купить себе что-нибудь из одежды и скопить на лыжный тур с классом в следующем году.

–И где твои подруги работают? – спросила миссис Чапман.

–Ну, в «Теско» и в «Макдоналдсе», а еще в торговом центре для садоводов на Стакс-лейн, – ответила я.

–И сколько им платят в «Теско»?

Я ответила.

–Неплохо, – кивнула она, а потом сказала: – Слушай, Анна, а почему бы тебе не поработать у меня? Я буду платить тебе столько же. По субботам тут всегда полно народа, и помощь мне не помешает, а то мои старые ноги протестуют, когда я каждые пять минут заставляю их бегать и прыгать, чтобы достать что-нибудь с верхних полок. Я уже не такая шустрая, как раньше.

Я не верила своим ушам.

–Миссис Чапман, вы же не серьезно? Вы шутите?

–Разумеется, я серьезно, – ответила она. – На такую тему я бы шутить не стала. Когда ты готова начать? Прямо сейчас?

–Давайте я сначала забегу домой и сообщу маме, – попросила я. – Она ждет меня к обеду.

–Позвони ей, – предложила миссис Чапман. – Телефон там, внутри. – Она откинула крышку прилавка, открыла дверцу и отступила в сторону, пропуская меня.

В газетный киоск миссис Чапман я ходила сколько себя помню, но даже в самых безумных мечтах не допускала, что когда-нибудь открою волшебную дверцу, окажусь за прилавком и узнаю все спрятанные там тайны. Забавно, сколько всего в этой жизни мы просто упускаем из виду. Я, к примеру, годами ходила по нашей центральной улице, но никогда не поднимала взгляд выше витрин. А однажды посмотрела вверх и очень удивилась. Все дома были интересными и разными. На некоторых окнах висели настоящие шторы, на подоконниках стояли ящики с цветами. Скорее всего, там были жилые квартиры. А мне всегда казалось, что на центральной улице могут располагаться только магазины. Потом я начала замечать двери, втиснутые между витринами, хотя раньше в упор их не видела – я была слепа, как летучая мышь.

Внутри магазинчика миссис Чапман было уютно. Она устроила нечто среднее между гостиной и кладовкой, там было несколько удобных стульев, газовая плитка, чайник и множество коробок с батончиками и тому подобным. На самом деле я никогда не задумывалась, где живет миссис Чапман. Мне она казалась неотделимой от своего магазина, но позже она рассказала, что у нее есть премилый домик на главной дороге, недалеко от автобусной остановки.

Вставая за прилавок в ту первую субботу, я очень нервничала. К счастью, я бывала здесь так часто, что знала, где находятся почти все товары. Миссис Чапман выдала мне нейлоновый передник в синюю клетку. Забавно, как только я его надела, то сразу почувствовала себя сотрудником магазина с серьезными обязанностями. Покупатели относились ко мне по-разному. Большинство толком не видели меня, то есть Анну Пикок. Они замечали передник, понимали, что я продавец, смотрели сквозь меня и говорили: «Два пакета чипсов и телепрограмму, пожалуйста» или «Свежий номер „Woman“ еще не пришел?».

Очень важно было научиться терпению. Давным-давно я считала, что для работы в магазине нужно уметь легко переключать внимание. Теперь я знала, что это не так. Нужно просто уметь сохранять самообладание, а еще иметь крепкие ноги и глаза на затылке.

Иногда меня злили дети. Шумят, надоедают, мешают другим пройти к прилавку. Стоят со своими десятью пенсами, полчаса выбирают шоколадку и не могут с первого раза запомнить цену, приходится повторять. Миссис Чапман была всегда с ними очень добра. И я тоже старалась. Она сказала, что в