Токсичная невестка - Соня Дивицкая

– А я тебе о чем сейчас говорю? – не отступала тетка. – Будешь мужика на коротком поводке держать, он у тебя сорвется! Вот тогда и будешь одна сидеть!

Теткины пугалки на Лидушку не подействовали. Она отказывалась понимать, что Левушкина дочка в ее доме чувствует себя не очень, ей просто нечем там заняться. Лидушка пару раз девчонку забирала, и каждый раз тащила ее на рынок за новым платьем.

– Что она ее так одевает? – говорила Лидок про Вторую Экс. – Хоть бы раз купила девочке платье, она у нее как мальчик, все в штанах, в штанах, в штанах…

Лидушкины наряды были симпатичные, но совсем не в тему. Котенку исполнилось лет тринадцать или четырнадцать, она превращалась в решительную смелую девушку, сделала себе радикальную прическу, половину головы подстригла совсем коротко и покрасила рыжим, на вторую сторону у нее свисала длинная синяя челка. Она получила какой-то страшный пояс по карате, выиграла школьную олимпиаду по английскому, Роз Михална подарила ей щенка, у которого дедушка был Чемпионом Мира… Платья не входили в группу интересов Левушкиной дочки, ей больше нравилось охотиться с борзыми у бабушки на Белой дачке. У бабушки собаки, речка, поле, книжка в спаленке, дед с библиотекой и Танечка с племянниками, с Танечкой они садились в джип, и отъезжая в поля, выпускали там свору. Розовое платье Котенок надела один раз из вежливости и осталась в своих безразмерных шмотках, современному активному ребенку хотелось получить другой подарок.

Под новый год дочь позвонила Леве и спросила наивно и просто: «Пап, а ты мне можешь подарить айфон?» Такая тема сразу не понравилась Лидушке. Ах, какая бессовестная девочка, айфон она просит, мало ей обычного телефона! Если бы речь шла о шубе, Лидок еще бы поняла, но айфон она считала бесполезной игрушкой, она не понимала ничего в смартфонах, не пользовалась интернетом, и потому решила сразу, что бывшая жена пошла на провокацию.

– Это мать ее научила у отца деньги клянчить, – сделала вывод Лидок. – Как деньги нужно – так она звонит. Нет бы просто так хоть раз с отцом поговорила.

Простите меня, скупердяйку, возможно, я жадная женщина, но я опять сейчас говорю про деньги. А как без них? Где семья, там расходы, эту тему не обойдешь, особенно когда мужчине не хватает одного кармана на всех желающих. Расстояние и деньги – вот главное оружие, которое новые жены активно используют вместо клыков и когтей против бывших, особенно когда дети от прошлого брака подрастают и потребности милых детишек тоже растут. Нет, не потребности… Запросы! – так обычно вторые жены говорят. У своих детей потребности, а у чужих – запросы.

Собрать в школу, на соревнования, в дорогу денежку сунуть, на море ребеночка снарядить – эти невинные расходы Левушка компенсировать не мог, все его деньги уплывали к Лидушке. Он старался, всю осень восстанавливал разбитую машину, продал ее, и к зиме купил жене… Что он ей купил? Я не знаю, я чужие деньги не считаю. Купил все как обычно: шубейку, сапожки, сережки…

– Прости, Котенок, – сказал он дочери. – Куплю тебе айфон, только не сейчас, давай попозже, давай на Восьмое марта его перенесем.

Дочка согласилась перенести подарок на весну, на лето, за горизонт, без проблем, дети у нас не капризные, никто у нас по магазинам в истериках не бился. Но Лева немного расстроился. Расстроился как фокусник, у которого не вылетела птичка. Ему всегда было легко с детьми, особенно с маленькими, для них он был супергерой, с ножичками, пистолетиками, карате, индейцами… И вдруг выясняется, что он не супергерой, что он обычный препод, который ведет в посредственном колледже никому там не нужную математику и получает за это копейки, а чтобы кое-как прожить, он ремонтирует авто, и вчера, когда покупал своей бабе обновки, он думал, что хорошо заработал, а сегодня, когда в кошельке ничего не осталось… Лева расстроился, ему неприятно было отказывать дочке, и ей не очень удобно было просить, поэтому они быстро попрощались и положили трубки, только потом спохватились, что не поздравили друг друга с Новым годом.

– Вот и все! Денег нет – разговор окончен, – подошла к нему Лидок. – Только деньги от отца нужны, только деньги… Больше с отцом поговорить не о чем!

Неправда, поговорить было о чем, да и вообще, родителям и детям не обязательно разговаривать, они могли бы просто погулять по городу, в смысле по большому городу, где раньше жили вместе, ведь правда же, недалеко, всего сто километров. Лева мог бы сам приехать, без Лидушки, сводить девчонок в театр, в большом городе открыли новый модный камерный театр, ребенок говорил об этом… Но, разумеется, одного в большой город, где по улицам рыщет страшная Вторая Экс, Левушку не отпустили. И к маме на Белую дачку он тоже не приехал, ни на Новый год, ни на Восьмое марта.

– Что толку ехать? – Лидок отговорила сразу. – Приедешь без денег – опять будешь плохой.

Не все так просто, люди. Ведь дело вовсе не в деньгах. И не в подарках. Нормальные дети обойдутся без ваших дурацких подарков. Купила бабушка айфон, под елку положила – не проблема. Все удивились даже, что это такое с Роз Михалной случилось, видно, снова ей снилась черная гипюровая сорочка, которую она Лидушке так необдуманно преподнесла…

– Вы ее балуете, – усмехнулась Лидок и повторила свои новые тезисы. – Что за ребенок вырос? Чему ее мать научила? Отцу звонит, только когда деньги нужны…

– Скажите спасибо, – напомнила Роз Михална, – что она в суд на алименты не подает.

Нет, дело тут не в алиментах. Дело в том, что кроме расстояния и денег есть еще один враг человечества – время. И пока мы тратим его на свои комплексы, наши дети растут. Дети растут быстро, один Новый год отец пропустил, второй… А потом она приезжает взрослая, и уже не с цветными волосами, а с нормальной прической, стройная, высокая, с каким-то парнем, и вместе они объявляют, что летом у них свадьба.

– Как? – удивляется папа, – тебе уже восемнадцать?

– Мне уже двадцать вообще-то… – смеется ребенок.

На свадьбу к дочке Лева приехал с женой, и Роз Михална, и Папочка любезный наш стояли рядом на регистрации в красивом ЗАГСе большого города. Оттуда все обычно едут на набережную, на мост, вешать замок, фотографироваться, там Лева тоже был, Лидок его держала под руку, не отпуская ни на шаг, не дай бог, страшная Вторая Экс его укусит. И в ресторане Лидок его к себе буквально пристегнула, чтобы Роз Михална, избави боже, не посадила их за один стол с бывшей. Он все-таки на минуту отстегнулся, подошел поздравить молодых, поцеловал дочку и вручил конверт, каким-то чудом ему удалось набрать приличную сумму.

На всех свадебных фото Лева выглядел грустным, растерянным, он никак не мог поверить, что эта взрослая красивая невеста его родная дочь. Она смотрела на него далекими глазами, как смотрят все невесты, когда у них голова кружится от белого платья, шампанского, Мендельсона и прочей ерунды. Лева что-то промямлил, первый раз в жизни он не смог пошутить и не знал, что сказать. Роз Михална снимала их в этот момент.

– Обнимитесь, – она подсказала, – улыбочку. Смотрим в камеру. Чи-и-и-из!

Когда все выпили немножко, покричали горько, Левушка вздохнул.

– Все… Больше я ей не нужен.

– Нужен, нужен, – успокоила Роз Михална.

Она хотела что-то еще добавить, но кто-то ее отвлек, она отошла на минутку, а когда вернулась к столу, Левушки уже не было. Наверное, у Лидушки нашлись какие-то ужасно срочные дела.

21

Почему все дочке?

В большой семье имущество делится просто: дочке приданое, сыновьям – мозги, а все остальное маме.

У Антона был день рожденья, и Танечка, сестрица, очень кстати подарила