Когда-нибудь, возможно - Онии Нвабинели

– Мой кабинет открыт, если тебе потребуется убежище. Примерно без пятнадцати я на твоем месте дала бы деру.

* * *

Я избегаю Кругового Объятия – прокравшись к Би, я успеваю спрятаться у нее в шкафу для верхней одежды и прочего барахла до того, как Барри заглядывает к ней в кабинет и спрашивает, не видела ли она меня. Однако мне не удается избежать незапланированной «дружеской беседы» с Барри и цифровым гуру (клянусь, ее должность так и называется). Они подлавливают меня в конце рабочего дня, когда я дожидаюсь, пока Нейт закончит распекать команду за отсутствие функционирующего приложения. Аврора (так гуру и зовут, вот вам крест) и Барри приглашают меня в Зону Дзена (давайте об этом не будем), и напряженная тишина подсказывает: они что-то задумали – и не просто так выбрали для этой встречи уединенную переговорку и дождались, когда почти все уйдут.

– Ева, – выдыхает Аврора.

Она из тех женщин, которые пользуются парфюмом ручной работы и надеются, что вы поверите, будто они покупают только органические продукты, хотя на самом деле Аврора – постоянная клиентка люксовой версии «Сефоры» и магазинчиков «Джо Малоун», и носит она одежду из «Фри Пипл»[44] вперемешку с нарядами от «Пуччи», что выглядит как случайный и зачастую дурацкий набор вещей. Прижимая папку к груди, Аврора садится напротив меня, на ней костюм цвета маджента, который режет глаза.

– Как же здорово, что ты к нам вернулась, дорогая моя. Мы по тебе скучали. – Повысив меня, Аврора вбила себе в голову, что мы подружимся, и когда ничего подобного не случилось и вместо нее я подружилась с Би, она замаскировала свою обиду преувеличенной любезностью – милые прозвища, прикосновения, пугающе широкие улыбки, вот это все, – которая отливала враждебностью. Аврора берет меня за руку. – Очень скучали. Мы очень, очень рады, что ты здесь.

– Рори права, – подтверждает Барри. – Без тебя здесь все было не так. Здорово, что ты сразу погрузилась в дела.

Я думаю о совершенно бестолково проведенном дне и молчу. Что-то надвигается, и я не хочу все испортить, брякнув не то. Я пристально смотрю на Аврору. Она щелкает ручкой, притопывает ногой, то и дело подергивает плечами, словно желает высвободиться из оков одежды агрессивного цвета.

– Мы хотим, чтобы ты знала: мы, абсолютно все мы, готовы тебя поддержать. В любой момент. Холистический проводник по гореванию уже найден и ждет твоего звонка. – Барри улыбается мне, не догадываясь, что я скорее пойду обниматься с обитателями девятого круга ада, чем консультироваться с таким человеком. – Мы семья, и мы хотели тебе об этом напомнить. Ничего не изменилось. Ни капельки.

В детстве Ма усаживала нас перед собой и объясняла разницу между нигерийцами и белыми людьми. «Свои проблемы мы обсуждаем внутри семьи, – объясняла она. – Большинство ойнбо готовы разболтать свои беды любому, кто не против послушать». Спустя годы мудрость Ма в очередной раз всплывает в голове, напоминая, что так оно и есть.

– Спасибо, но это совершенно не обязательно. – Надо закрыть тему немедленно, пока эти двое не успели ее развить. – У меня все хорошо.

– У тебя уже есть терапевт? – Аврора хлопает ресницами.

– Скажем так, да, – подтверждаю я.

– Чудесно. Это так важно. Я рад слышать, что у тебя все хорошо, Ева. Ты же знаешь, что мы ценим твою работу в «Своем круге», и мы знаем, что есть разные способы преодолевать непростые времена. – Барри медлит и, прежде чем продолжить, обменивается многозначительными взглядами с Авророй. – Вот почему мы бы хотели направить твои эмоции в полезное русло.

Я жду – и да, дальше становится только хуже.

Они хотят, чтобы я написала серию постов для блога под названием «Хроники трансформации: от жены к вдове», в которых расскажу о стадиях собственного горя и дам читателям «Своего круга» советы, как лавировать в мутных водах скорби. Барри и Аврора захлебываются слюной при мысли, что горюющие богачи, наткнувшись на мою писанину, восхитятся этой, по сути, спекуляцией на трагедии и выложат тысячи фунтов за спонсорские товары, ссылки на которые команда маркетинга добавит в конце каждого поста. Аврора в восторге от этой идеи, и подергивание плечами усиливается так, что уже и до вывиха, кажется, недалеко. Для «Своего круга» награды и признание среди «снежинок» – хлеб насущный, а я безмолвно сижу в переговорке и гадаю, развивается бесцеремонность в сотрудниках этой компании со временем или же это у них врожденное качество.

Я слишком шокирована, слишком ошарашена услышанным, поэтому не могу отреагировать немедленно (аккуратно отсечь им головы), но, вернувшись домой, задыхаюсь от гнева. От бессильной, абсурдной ярости, какую испытываешь, ударившись мизинцем ноги о дверной косяк или нечаянно облившись кофе. Внутри кипит злость, но направлена она не по адресу – и ее некуда излить. Умом я понимаю, что Барри и Аврора просто делают свою работу и искренне верят, что помогают мне (пусть и несколько извращенным способом) перенести удар судьбы (потерю Кью), а возможность нажиться на моем горе – это всего лишь побочный эффект этой помощи. Но, Бог свидетель, до чего же мне хочется выпотрошить их как дичь.

На следующий день я сижу перед пустой страницей на экране компьютера. Мне, конечно, есть о чем написать, но придется ли читателям «Своего круга» по вкусу нечто вроде «Разумеется, я ни о чем не подозревала – неужели вы думаете, что он регулярно оставлял по всему дому лужи крови, а я просто смывала их шваброй?». Я пожаловалась Би, и она немедленно разделила мой гнев – это был сигнал, что я прощена за тот выпад. А вот Нейт говорит, что серия постов для блога – хорошая идея. Он убежден, что при грамотном воплощении эта затея значительно поднимет трафик на сайте «Своего круга», и уже заикается о переносе серии в печатную версию; говорит, что можно было бы собрать под одной обложкой все то, что мне еще только предстоит написать.

– Нет уж, бро, – возражаю я. Мы сидим в столовой, и Нейт ковыряет салат из шпината и мандаринов – обед, с которым ему пришлось смириться (у брата столько работы, что некогда выходить из офиса на поиски другой еды).

– Почему нет? Может, тебе будет полезно, ну, знаешь, проговорить все вслух?

– Ты что, Зигмунд Фрейд? – Мы в миллиметре от темы, которую я избегаю уже несколько недель. – Это жесть. Я не буду рассказывать о Кью читателям «Своего круга». Они его не заслуживают.

– Видишь ли, мне кажется,