Развод по-еврейски - Соня Дивицкая

всегда монархия, как ее ни назови. Почти все люди за редким исключением вечно, как мамонтенок, ищут маму или папу. То отец народов им нужен, то Родину-мать им подавай. Так что свекровь моя Роза и пальцем не шевельнула, чтобы кого-то в свое хозяйство запрягать, все фрейлины сами кидались ее обожать. От королевы требуется только одно – ни секунды не сомневаться в своем королевском статусе.

Для настоящей королевы вообще неважно, какой кабинет она занимает, сколько денег у нее, внешность, образование, семейное положение, возраст… Я знала аж целых две королевы, и обе были в инвалидном кресле. Одна была бухгалтером, она осталась без ног после аварии, ее история есть в одной моей книжке, «Красные туфли» называется, другая королева пострадала от тяжелой болезни и продавала хомяков по зоомагазинам. Обе были инвалидами, но это не меняло ровным счетом ничего! Они и в кресле инвалидном сидели как на троне, и на меня, стоящую над ними, смотрели свысока. У каждой был муж, была свита из подруг и знакомых, которые добровольно, с радостью спешили услужить. И обе эти женщины ни разу не сомневались в том, что они королевы.

Настоящая королева может хоть на рынке петрушку продавать, и никто не посмеет назвать ее торгашихой. Я знала одну такую бабку, на рынке в Белграде, не в Белгороде, а в Белграде, в Сербии, она торговала зеленью. Большая, полная, черноволосая сербка, властные брови, уверенный взгляд. Перед ней лежали горы шпината, укроп и петрушка, она с таким достоинством перебирала свою зелень, как будто это были золотые пальмовые ветви.

Шпинат в те времена я не любила, но меня примагнитило к этой старухе, я этот магнит власти ощутила физически и к ней подошла. Мне нужно было спросить, как по-сербски шпинат, я только что приехала, язык совсем не знала. Старуха так смотрела на меня, что от волненья я забыла даже простую фразу – «как это называется», «како се зове» я не смогла сказать, и как больная тыкала ей пальцем на шпинат и повторяла:

– Имя! Имя!

Она улыбнулась и как в театре развела руками:

– Шпанат!

Я с перепугу попросила два кило. Два кило шпината – большой пакет, о, вы бы видели, как она его отвешивала! Движения плавные, широкие, спину, несмотря на возраст, держит прямо, подбородок приподнят, и черные глаза глядят насквозь, как будто люди все стеклянные.

Харизматичная старуха мне попалась, вид исчезающий, тем более на рынках. Я покупала зелень только у нее. Она мою русскую морду запомнила, к тому же я всегда к ней подходила со своей маленькой дочкой, которая смотрела на торговку смело, внимательно, так же по-королевски, как и та взирала на нас.

Однажды старая колдунья, то есть королева, подарила моей дочке цветы. У нее был букет в куче зелени, разноцветные яркие бессмертники, она вручила свои цветы моей дочке с торжественной улыбкой, как будто наградила девочку медалью, а может быть, передала свою королевскую эстафету.

День был весенний, солнечный, приятный, но мне старуха показалась немного грустной. Через неделю, когда мы снова подошли за зеленью, ее не оказалось на месте. У прилавка был внук, он сказал, что бабушка умерла. Вот и все, сейчас на нашем рынке нет ни одной королевы, остались обычные продавщицы.

Хотя, конечно, иногда, тут я вас понимаю, каждая женщина имеет право почувствовать себя королевой. Сегодня это несложно. Сегодня все вообще волшебно, теперь каждая мышь имеет маленький трон – свой аккаунт в соцсетях. И там такие фильтры… Нарисовала себе корону – и радуйся сиди. Только не забывай, что ровно в полночь твоя корона превратится в тыкву.

Со мной не так давно был случай. Иду я по дорожке через парк большого модного отеля. Везу коляску со своим младенцем, с третьим, такая знаете, непробиваемая мать. И вдруг на другом конце аллеи явленье. Красивая молодая блондинка в длинном красном платье с такой же коляской. Блондинка шагает на высоких каблуках, платье летит, волосы по ветру, носик кверху… А за ней бежит свита, охранник, мамки-няньки, портье с чемоданами, менеджер отеля… Блондинка со своей коляской заняла всю аллею, люди расступались у нее на пути. Охранник смотрел по сторонам и взгляд его не оставлял сомнения, как полицейская мигалка: Ее высочество с наследником! Всем прижаться к обочине!

Да я бы тоже расступилась с удовольствием, но у меня была своя коляска, куда я расступлюсь с коляской, дорожка была узкая. Пришлось расправить спинку, откинуть волосы, нос задрала – и топаю как танк. Мы поравнялись, королева удивленно на меня посмотрела и опустила ресницы. Блондинка со своей коляской пододвинулась, свита посторонилась. Ха! – я подумала. – Тоже мне, королева!

Сейчас я расскажу вам ее историю.

Самозванка

Одна девушка, назовем ее Лана, настоящее имя раскрыть не могу, очень хотела стать королевой. Это было ей жизненно необходимо, потому что мужчина у нее был практически король, а именно: большой начальник в известной государственной корпорации. Лана тоже хотела получить автоматом его королевский статус, и тут возникла заминочка.

Лана родила сына своему Начальнику, была его фактической женой, но официально брак не был оформлен, официально тот Начальник все еще был женат на своей первой, с которой у него тоже были дети, два сына. В принципе, бояться нашей Ланочке было нечего, ее мужчина, тот Начальник, очень любил своего младшего, и ее тоже любил, а развод с бывшей женой считал формальностью.

Первая семья начальника осталась в Москве. Он и сам был москвич, профессорский ребенок, карьеру начинал в столице, а с Ланой познакомился уже потом, когда его по службе отправили в удаленный регион. Как в древнем Риме, Ланочка любила эти имперские параллели, он стал наместником, поехал разгребать конюшни в далекую провинцию, чтобы потом с почетом и славой вернуться на более высокую позицию. Карьерист, конечно же, молодой, амбициозный, хорошо образованный и даже симпатичный, что для начальников редкость сегодня, этот блестел и при том смотрел в даль, то есть подумывал о большой политике.

И вот там, в дальней вотчине, на большом корпоративе, они и встретились, Начальник с Ланой. Не могу, вы понимаете, я не могу сообщить вам имен, могущественная монополия, которой принадлежит Начальник, у всех на слуху. Вы его даже может быть видели по телевизору, если с вами случается еще такая проруха, смотреть телевизор. Было время, когда Начальника показывали по центральным каналам, когда он приезжал с докладом к президенту. Да, да, да, в том самом кабинете, где всех докладчиков снимают, он тоже засветился. Все, больше ничего выдавать не могу, а то людей, которые мне рассказали эту историю, поувольняют с барабанным боем.

Как она там очутилась, наша Лана, в этой могущественной корпорации? Очень просто, Лана была сотрудницей пресс-службы Начальника. Вы думаете, это такая уж фантастика, устроиться работать в наши монополии? Нет, ничего особенного в резюме у Ланочки не было. Закончила эконом, маман подсуетилась, трудоустроила, потом командировку предложили молодым специалистам длительную, никто в далекую провинцию с материка не захотел, а Лана полетела. И вот она, прекрасная, стоит с фирменным бейджиком на груди, встречает гостей в сверкающем зале, и даже успевает скинуть фото маме в небольшой сибирский город, чтоб мама посмотрела, какая дочка стала королева, какое платье у нее шикарное, какие губы…

За губы маман ее отчитала:

– Сейчас так бы и убила!.. Что ж ты творишь? Я из кожи лезла! Учила тебя! На приличную работу впихнула! А ты? Губяки раскатала! Все! Больше ничего не знаю! Чтоб через год ты у меня была тут с мужем и с ребенком! Вот тогда я скажу – королева! А щас ты мне не королева, щас ты мне дура размалеванная!

С этой четкой установкой Лана приступила к работе, в корпорации она отвечала за сувенирную продукцию. А что вы думаете? Все прям туда из Гарварда идут? В эти