Оставь надежду - Наталья Александровна Веселова

Понятливый Вася моментально снялся с места, оба они незаметно растворились среди деревьев и деловито зашагали прочь, стремясь скорей уйти на безопасное расстояние. Когда оранжевые блики костра уже едва-едва мелькали позади, Жека остановился и огляделся. Они стояли на узкой, заваленной мусором дороге, бежавшей между низкими строениями по типу рыбацких хижин, а невдалеке виднелось за деревьями приземистое здание, напоминавшее барак, где, тем не менее, светились в серой мгле зажженные окна.

– Во блин, неужели здесь люди живут? – изумился Вася.

– А ты думал… Ладно, нет, кажется, никого… Смотри, – еще раз повертев головой,

Жека вытащил из глубокого брючного кармана нечто, завернутое в плотную серую тряпку. Протянул, развернув, Хлыщу на ладони:

– Вот.

Вася жадно схватил – и рука его непроизвольно опустилась:

– Блин, тяжелый какой… Не знал, что такой тяжелый, чуть не выронил… А холодный-то!

– Осторожней ты! – прикрикнул Жека. – Еще покалечишь кого из нас!

– А он – что… – и цепкая Васина рука дрогнула.

– А ты думал! – повторил Жека. – Под завязку. Уж проверил: разбираюсь, сам знаешь…

– А можно еще подержать? – как дите, спросил Хлыщ.

– Держи, – великодушно разрешил Жека.

Он призадумался и прислонился к березке, в упор глядя на завороженного приятеля…

– Вот оно каково – смерть в руках держать, оказывается… Она, наверное, такая и есть, как он… Тяжелая и холодная… – вдруг изменившимся голосом произнес Жека, но сразу встрепенулся и потряс головой: – Давай, хватит. Потом еще раз достанем.

Бережно завернул, убрал в карман и тщательно застегнул свой, как специально удлиненный, пиджак.

– Нормально, – кивнул Вася, – не видно. Только смотри, чтоб какая из баб прижиматься не начала. А то почует, враз заорет и…

– А почему, ты думаешь, я не танцевал сегодня со всеми и не тусовался? – огрызнулся Жека.

– Ну ладно, – закрыл тему Вася. – Вещь обмыть надо, и – обратно, а то без нас уплывут. Пересчитывать сегодня, сам понимаешь, не будут.

– Идет, – Жека полез к приятелю в карман за бутылкой, а Хлыщ достал из Жекиного пиджака стаканчики.

– Ну, давай, Жека, за него, в общем. Чтоб служил тебе, как деду твоему, верой и правдой. Чтоб не подвел в трудную минуту. Ну, ты знаешь…

– Заметано! – Жека пожал другу руку, и они торжественно выпили.

Хлыщ вытер губы рукавом и пошатнулся:

– Черт, плохо пошла. Перебрали, кажется… А ты это… В деле-то когда его испытать думаешь?

Даже в темноте он увидел, как сверкнули Жекины глаза:

– А что? Давай сейчас, а? Пойдешь? Район, кажется, что надо – не прибежит никто. Найдем, где потренироваться…

– А мне попробовать дашь? – ревниво спросил Вася.

Но испытать приобретение все никак не получалось. То в самый ответственный момент в опасной близости слышались человеческие голоса, то не находилось подходящего неодушевленного объекта. Один раз, правда, пересекла им путь опасливая полосатая кошка, и Жека дернулся было в ее сторону, но наметившийся в ветинститут Хлыщ повис у него на руке:

– С ума спятил? Чем она виновата?! А вдруг котята у нее?!

Жека одумался:

– Действительно, живодер я, что ли…

Четверть часа спустя им попалась наглая кудрявая дамочка, которую они решили мимоходом невинно разыграть, изобразив ночных грабителей. Но дамочка оказалась с норовом и успела едва ли не затоптать Васю острыми каблуками, а Жеку чуть не убила тяжелой сумкой, хрястнув его со всего размаху прямо по кумполу. Они долго с криками преследовали кудрявую по узким переулкам, пока мамзель вдруг не исчезла, как сквозь землю провалилась, оставив им на память свое оружие – миниатюрную остроносую туфлю на тонком каблуке с железной набойкой. Нева почему-то оказалась совсем рядом, и обиженный Вася запустил свою добычу туда, справедливо посчитав, что это его законная месть за проявленное мамзелью зверское с ним обращение. Они допили водку, сидя в кустах на траве, после чего благоразумный Вася принялся тянуть Жеку назад, на поиски утерянной пристани, но на того нашел пьяный кураж, и он все рвался в другую сторону, еще лелея надежду найти подходящее местечко для полигона.

– Уплывут без нас – мы тут вообще пропадем, – урезонивал Хлыщ разошедшегося не на шутку друга.

– Не, они надолго завелись, до утра дурью промаются, – сопротивлялся Жека, устремляясь на шатких ногах в призрачную даль. – Глянь, как красиво.

Перед ними в низине, вырастая прямо из легкого тумана, возвышался розовый трехэтажный дом с редкими освещенными окнами, а за ним стелилось, будто подернутое молочной пеной, бескрайнее поле.

– Свалка, – определил Вася.

– Да нуу?! – обрадовался Жека. – Так это же то, что мы ищем! Ни одна собака не узнает!

– Слушай, давай лучше вернемся. В следующий раз.

– Следующий, следующий, – махнул руками Жека. – Когда он еще будет! Да мы быстро! Раз, два – и в дамках.

– Как бы не вышло, как с той дамкой, – предостерег Вася. – У меня нога до сих пор горит.

– А у меня – душа! Душа горит! Все, Хлыщ, идем на свалку! – и Жека ломанулся вниз по пологому склону холма, продираясь сквозь редкие кусты.

Хлыщу осталось только поспевать за ним, и через минуту они оказались в зарослях перед домом.

– Давай кустами пройдем: мало ли, кто из окон подсмотрит, – внес ценное предложение Вася, и они, крадучись, насколько это возможно для двух очень нетрезвых людей, стали пробираться по запущенному газону.

– И живет же здесь кто-то… – бормотал Жека, косясь на розовый дом. – Я бы не смог, страшно ведь… Ни хрена себе, райончик… А ведь живут люди – и ничего…

– А вон и баба на первом этаже в окне, – расплылся в улыбке Вася. – В синем платье… Занавеску вешает… Прозрачную…

Жека без интереса глянул и – остановился. Помотал головой. Глюк, что ли, после сегодняшнего?

– Ты чего застрял? – тормошил Хлыщ.

– Слышь, Вася…

– А?

– Я до чертей, по-моему, допился. Посмотри-ка еще раз на бабу… А то мне уже везде Сиротка мерещится – такую свинью подложила, сволочь, – неуверенно попросил Жека.

Хлыщ добросовестно вгляделся и просиял:

– Точно, Сиротка! И в том же платье, что на ней вечером было! Она! Господи, неужели она в этом доме живет…

– Подожди… – крутил головой Жека. – Какое платье… На