Молчание вдвоем - Вера Александровна Колочкова

Конечно, видок у меня еще тот, – виновато проговорил Макс, будто услышав ее мысли. И тут же добавил торопливо: – Может, мы встретимся вечером, а? Посидим где-нибудь… Нам ведь есть что вспомнить, правда?

Она улыбнулась неопределенно, пожала плечами. Не хотелось ей с ним встречаться и вспоминать ничего не хотелось. Да и чего там вспоминать, господи? Детскую их дружбу? Которая могла бы и во что-то большее перерасти, если бы она Женю не встретила?

Неужели могла бы? И что? Теперь бы Макс был ее мужем – такой вот?.. И жила бы она здесь, на этой богом забытой городской окраине?

Внутри даже передернулось что-то, как все это представила. А Макс снова спросил с улыбкой:

– Расскажи хоть, как живешь. Я слышал, ты за того самого парня замуж вышла? Того рыжего стройотрядовца?

– Да. За него и вышла.

– И что?

– Да ничего. Все у меня нормально. А ты что хотел услышать?

Макс пожал плечами, ничего не ответил. Помолчав, проговорил тихо:

– Да уж… Мало мы тогда этому стройотрядовцу наподдавали. Надо было еще…

– Что? – удивленно переспросила она. – Как это наподдавали? В каком смысле?

– Да в прямом. Он разве тебе не пожаловался?

– Нет. А ну давай рассказывай, что там было?

– Да ничего особенного, в общем. Подождали его около общежития да отколошматили как следует. Я даже испугался, когда он упал и встать не смог. Лежит как мертвый. Думал, и впрямь убили.

– И сколько вас было?

– Да не помню, человек пять пацанов.

– Из нашего класса?

– Не-а. Я других пацанов попросил, уже взрослых. Они как раз на стадионе тусовались, выпивали, на гитаре бренчали. Подошел, попросил. Мол, приезжий мою девчонку отбил. Непорядок, однако?

– Да как ты мог, Макс? Пятеро на одного? Как ты мог?

– А чего он… Так ему и надо было! Только, видать, все равно не понял ничего. Точно, мало мы ему тогда наподдавали, надо было больше!

Она молчала, глядела на него с неприязнью. Даже говорить ничего не хотелось – противно было. А Макс воспринял ее молчание по-своему, снова спросил с надеждой:

– Так пойдем вечером посидим где-нибудь, а? Ты надолго приехала? К отцу, да?

– К отцу. А сидеть с тобой я не хочу, понял? Особенно после того, что ты мне рассказал. Тем более со мной дети приехали. Куда я от них уйду?

– Ну так отец посидит с детьми. Может, все-таки найдешь время?

– Нет!

– Что, гордая стала, да?

– А ты женат, Макс?

– Да, конечно. Куда ж денешься…

Он произнес это с такой тоской, что ей вдруг смешно стало. И даже хохотнула коротко, но Макс опять понял ее смешок по-своему, проговорил быстро:

– Да, я женат. Но если ты скажешь… Я ведь все время о тебе думал, Саш. Если бы не этот стройотрядовец тогда… Если только ты скажешь…

– Что я должна сказать? Ты о чем, не понимаю? И вообще… Мне идти надо, извини. Меня дети ждут.

Повернулась, чтобы уйти, но он испуганно схватил ее за руку, проговорил жалобно:

– Подожди, Саш… Давай поговорим еще, пожалуйста.

– Да не о чем нам говорить, Макс!

– Ну Саш…

Она чувствовала, как внутри закипает раздражение – чего привязался? Но в то же время не хотелось ему грубить, зачем эмоции тратить попусту? И потому высвободила из его рук свою ладонь, молча ушла, не оглядываясь.

Шла быстро, будто боялась, что Макс ее догонит. Когда завернула за угол, обернулась – нет, не идет за ней, можно выдохнуть. И пошла медленнее, соображая, куда еще можно пойти. И вдруг резануло по сердцу – на кладбище надо съездить, к маме! Вон и такси едет, можно остановить.

Пока ехала в такси, снова включила телефон. Ага! Опять куча непринятых вызовов! И все от Жени! О, вот он снова звонит!

Отвечать? Не отвечать?

Нет, не получится у нее говорить с ним.

Телефон замолчал и тут же зазвонил снова. Но это был не Женя. Соня звонила, институтская подруга. Отвечать тоже не очень хотелось – ведь Соня была приглашена на ту проклятую медную свадьбу. И тоже начнет ей неприятные вопросы про мачеху задавать!

Но все же ответила. Вдруг у Сони что-то случилось, вдруг помощь нужна?

– Господи, Сашка, ну наконец-то… Куда ты пропала? Ты в курсе, что тебя Женя искал, всех обзвонил, всех на уши поставил? Ты где вообще? С тобой все в порядке?

– Да, со мной все хорошо. Я к отцу погостить уехала. Сейчас вот на кладбище к маме еду.

– Понятно… А почему ты Жене не сказала, куда уехала? Даже записку ему не оставила! Ты с ним поссорилась, что ли?

– Нет, это не ссора. Просто так получилось. Не важно, в общем.

– Да как это не важно? Интересная ты… Хотя я поняла, кажется. Это из-за твоей мачехи, да? Как-то она странно выступила тогда, на вашем празднике, что-то про соседскую девочку такое сказала… И про Женю… Ты из-за этого уехала, что ли? Если так, то я вообще тебя не понимаю. Ты ж вроде не дура.

– Хватит, Сонь. Я не хочу это обсуждать. Это мое дело. Договорились?

– Да ладно, не психуй. Я же действительно тебя не понимаю! Такой парень тебе достался, а ты…

Соня вздохнула и замолчала, а она вдруг вспомнила, что Соня давно уже мечтает выйти замуж и не скрывает этого, и даже зависть свою к замужним подругам особо не скрывает, хотя и называет это все белой завистью. Вот и сейчас бедная Соня снова вздохнула и проговорила тоскливо:

– Все-таки ты дура, Сашка, честное слово. Жила себе и беды не знала. Не понимаешь, что это значит – быть одной. Эх, мне бы такого Женю, уж я бы его от себя не отпустила!

– Так возьми, – чуть насмешливо, чуть небрежно произнесла она.

А Соня тут же и подхватила:

– Ты это серьезно? Ты что, прям серьезно решила от Жени уйти? Ну так и сказала бы ему об этом прямо, чего прячешься-то? Даже смешно получается! Мол, я от тебя спрячусь, а ты постарайся меня поищи, побегай за мной? Так, что ли?

– Я сама разберусь, что мне делать, Сонь. Не надо мне дурацких советов давать, ладно?

Она сразу хотела начать на кнопку отбоя, но услышала торопливый последний Сонин вопрос:

– А почему сразу дурацких? Так и скажи ему: хочу развестись с тобой, Женя.

Женя

– Молодец, Евгений! Как всегда, все отлично!

Шеф закрыл папку с документами, глянул на него с улыбкой. Потом чуть склонился вперед, спросил заговорщицки:

– Может,