Сомнамбула - Бьянка Питцорно

Вы кое-что забыли у матрасника: возможно, для вас эта вещь важна.

Но, поразмыслив, она решила, что, опустившись до их уровня, придаст этим двоим слишком много значения.

Куда лучше было бы просто выбросить «эту гадость» на свалку. Что Офелия самолично и проделала, брезгливо держа петушиную лапу кончиками пальцев, после чего тщательно вымыла руки.

Грека с Баинджей не осмелились спорить. Они знали, что таинственное ремесло синьорины Росси привлекает в ее дом самых знатных донорских дам. И если она с таким спокойствием встретила появление маццины, значит, с подвластными ей силами не управиться ни одной колдунье.

14

Возвращение из будущего

На всякий случай мастер Прото вместо того, чтобы велеть сыну снести матрас обратно в мастерскую, разложил его прямо на полу в квартире синьорины Офелии и, заново вытряхнув из чехла набивку, скрупулезно исследовал каждое волоконце, однако ничего пугающего не нашел. Он винил себя, что недосмотрел за матрасом, пока работал в той части проходного двора, которая примыкала к его складу и отделялась от вестибюля лишь аркой без дверей, куда мог проникнуть кто угодно. Однако, к величайшему облегчению Прото, синьорина Росси не стала его упрекать. Казалось, она уже начисто забыла о происшедшем.

Грека, напротив, отказалась пускать дело на самотек. Несмотря на скептицизм сомнамбулы, она настаивала на мерах предосторожности и в итоге добилась своего: прежде чем ее муж сделал последние стежки, в набивку матраса поместили медальон с образом Мадонны Милостивицы, глубоко почитаемым в Доноре – по преданию, много веков назад она спасла город от чумы, – и несколько листочков маслины с ветви, освященной в церкви в Вербное воскресенье. Вдобавок, будто всей этой защиты было недостаточно, служанка заявила, что первую неделю после того, как матрас снова уложат на кровать, она будет спать на нем сама. Офелия сочла за лучшее не спорить и вернулась на диван. Там ей по-прежнему снились странные сны, теперь, впрочем, не такие пугающие: она больше не стонала во сне, и Баиндже не приходилось вскакивать с раскладушки, чтобы ее будить.

Но однажды ночью ей приснился особенный сон. По переполненной пьяцца д’Италия в час утренних прогулок шла Джизелла – высокомерная и, несмотря на элегантный наряд, довольно нескладная, – ведя на поводке, словно собаку, громадного петуха с разноцветным хвостом. Более того, петух словно бы сам ее выгуливал, выбирая, куда направиться, и гордо выступая впереди. На площади были и собаки на поводках, однако прохожие, казалось, находили абсолютно естественным, что дочь начальника полиции выгуливает владыку курятника.

Потом картинка сменилась, и Офелия очутилась в своей гостиной, только в кресле, предназначенном для клиенток. На ее же собственном месте восседала девочка из снов Анджелики Соро, хотя вроде бы чуть подросшая. Она старательно очиняла перья для автоматического письма, но не простые, гусиные: это были разноцветные перья того самого петуха.

Наяву Офелия отдавала себе отчет, что в жизни не написала ни слова под диктовку предполагаемого духа-проводника, лишь делая вид, что погружается в транс; на самом же деле ответы, выдаваемые за автоматическое письмо, она всегда придумывала сама. Однако во сне ей вроде бы наконец стало ясно, что дух-проводник и впрямь существует: это как раз та самая девочка, сидящая напротив. А значит, все, о чем она говорит, правда.

– Это я надиктовала тебе все написанное прежде. Это я, глава за главой, создаю твою историю, – невозмутимо заявила та. – Герои, события, мысли, чувства, все происходящее – лишь плод моего воображения. Моя фантазия породила тебя, воспользовавшись вырезкой из старой донорской газеты с объявлением о сеансах сомнамбулы, которую моя бабушка зачем-то сохранила.

Признаюсь, сперва я считала тебя не слишком симпатичным персонажем и даже начала описывать как хитрую, лживую плутовку, обманывающую доверчивых людей. Но чем дальше, тем яснее мне становилось, что ты заслужила это право. В конце концов, я сама устроила тебе несчастливый брак с графом, решив, что после такого ты никогда больше не станешь связываться с делами сердечными. В сущности, даже сейчас, когда я, сжалившись, свела тебя с Коррадо, ты по-прежнему можешь вести спокойную, самодостаточную жизнь без мужчины рядом, как делала до сих пор. Сильно сомневаюсь, стоит ли развивать ваши отношения. Не хотелось бы, чтобы они скатились в пошлость и слащавость. Возможно, будет гораздо лучше, если он не ответит тебе взаимностью, если встретит девушку помоложе, посимпатичнее, а главное, своего же круга, если женится на ней, тебя же как подругу попросит стать крестной их детей. Впрочем, не уверена, разрешит ли церковь подобное таинство женщине, публично, в газетах, объявляющей себя сомнамбулой.

То, что случилось в промежутке между твоим побегом из Виброны и прибытием в Донору, я решила не описывать, лишь изредка подбрасывая читателям намеки: пускай сами строят догадки.

Кстати, о религии – просто чтобы удовлетворить их любопытство. Насколько мне известно, донорцы никогда не отличались излишней набожностью и власти над частной жизнью горожан церковь, по сути, не имела. Священники, конечно, не одобряли магнетизм, отказывая на исповеди в отпущении грехов тем, кто его практиковал или к нему обращался. Однако столь откровенное объявление в газете доказывает, что сомнамбула вроде тебя вполне могла спокойно и легально заниматься своим ремеслом, а клиенты вольны были посещать ее – при условии, разумеется, что у них хватило бы средств заплатить за сеанс. В худшем случае в городе просто посмеялись бы над их доверчивостью.

Тебя удивляет, что я перехожу от настоящего времени к прошедшему? Поверь, это не случайность и не грамматическая ошибка. Я не твоя современница, меня еще не существует. Как я уже упоминала во сне синьоры Анджелики Соро, я пока не едина, а разделена на четверти. Части моего генетического кода порознь циркулируют в крови четырех моих бабушек и дедушек, живших в том же городе, что и ты. Чтобы поговорить с тобой сейчас, мне пришлось переместиться в будущее, слить эти гены воедино, а после вернуться назад, в прошлое.

Вижу, ты в замешательстве. Объяснение получилось слишком запутанным? Я употребляю слова, в твое время еще не изобретенные, вроде «генетического кода»? Ничего, не волнуйся. Тебе нужно просто без лишних вопросов следовать тому пути, который я для тебя определю.

Все это время девочка сосредоточенно продолжала очинять петушиные перья.

Наконец невероятно странный сон растворился в туманной дымке и Офелия обнаружила себя уже не в гостиной: она по-прежнему лежала на диване, служившем ей временным ложем, и слушала, как совсем рядом ровно, легко посапывает на своей раскладушке Баинджа. Повернувшись на другой бок и обняв подушку, сомнамбула снова провалилась в сон, на сей раз куда более глубокий. Вторая половина ночи прошла без сновидений, а утром, пробудившись, она почувствовала себя свежей и отдохнувшей. От разговора, который вел с ней