Первые грозы - Лана Кузьмина

— Дурочка, — улыбнулся Лёша и прижал её к себе. — Разве тебя можно разлюбить.

— Была бы я феминисткой, я бы обиделась на дурочку.

— Прости, я же любя, — он потянулся к её губам. — Но если тебе так спокойней, то я обещаю.

За спиной раздался смешок. Лёша отстранился и увидел худого парня неопределённого возраста, который стоял возле мусорного бака и улыбался беззубым ртом.

«Целоваться у мусорки — очень романтично!» — пронеслось в Лёшиной голове, а Яна спросила:

— Славик, это ты?

— Я. А где дядя Вова? — говорил он глухо, глотая согласные.

— Папа дома, — ответила Яна. — Пойдём, тебе еды купим!

Славик закивал.

— Пойдём? — спросила она у Лёши. — Понимаешь, он металл собирает и бутылки, чтобы прокормиться. Брат денег не даёт. Мы с папой часто его кормим, иногда домашнее выносим. Ему деньги нельзя давать: брат отнимет и пропьёт.

— А продукты не отнимет?

— Нет, его они не интересуют.

Лёша подумал, что это очень странно, но при этом как-то правильно. Раньше он никогда не встречал людей, похожих на Яну и её отца. Просто так пойти и купить другому продукты. Необычно, но отчего-то естественно. Лёше понял, что влюбился ещё больше, если только это было возможным.

В приподнятом настроении он вернулся домой. В прихожей его встретила Марина. Она стояла, прислонившись к стене, и ела яблоко. Короткий шёлковый халат не мог скрыть целлюлита на полных бёдрах. Броскому макияжу не удалось сделать её моложе. Она выглядело не просто на свой возраст, она выглядела нелепой.

— Пришёл? Сейчас отец тебе наподдаст! — сказала Марина. Непонятно, шутит или нет. Наверняка шутит. Ничего такого он не делал, чтобы получать выговор.

Отец сидел на кухне.

— Садись, — сказал он. — Нужно поговорить.

Лёша аккуратно опустился на краешек стула. Он не чувствовал за собой никакой вины, но внутри всё же появилось беспокойство.

— Лёша, — отец пристально посмотрел ему в глаза. — Я знаю, ты встречаешься с одной девочкой.

Внутри похолодело. Вот оно. Сейчас он скажет, что Яна недостойна его, что они должны расстаться. Лёша стиснул зубы, приготовившись к борьбе. Так просто он не сдастся! Да и зачем, собственно, он должен это делать? Его жизнь — его правила. Он почти совершеннолетний в конце-концов.

— Эта девочка, — продолжал отец. — Она меня беспокоит. Я не хочу запрещать тебе видеться с ней, но я хочу, чтобы ты во-первых, подумал, нужно ли тебе… насколько она важна для тебя, понимаешь?

Лёша не понимал.

— У неё нестабильная психика, это сразу видно. Прости, но это так. Повторю, я не хочу тебе ничего запрещать, но с таким человеком рядом очень непросто. К тому же, отец-алкоголик.

— Он не алкоголик! — не выдержал Лёша. — С чего ты вообще взял?

— Я знаю, что он в завязке, — отец вздохнул. — Но это ничего не отменяет.

— Пап, Владимир Николаевич никогда не пил.

— Владимир Николаевич? Какой Владимир Николаевич?

— Залесский. Ты же про него сейчас говоришь?

— Нет, — возразил отец. — Я вообще-то Жвалевского имею в виду.

Лёша улыбнулся.

— Ты думал, я с Аней встречаюсь? Да мы просто дружим. А встречаюсь я с Яной, — добавил он тихо. — Залесской.

— Я знаю её отца. Работает у нас на заводе. Хороший человек. И дочь у него, думаю, хорошая.

— Пап, она учится в Елисаветинской гимназии. Ты не против?

— Это важно?

— Ну, ты же знаешь, кто там учится.

— Конечно знаю. Более того, я помню ту историю с аварией, в которую попала Яна. Мы ещё всем заводом деньги собирали.

— И тебе всё равно?

— А тебе? — отец снова пристально посмотрел на Лёшу. — Если тебе не всё равно, то лучше заканчивай. Потом больнее будет.

— Мне неважно, — твёрдо ответил Лёша. — И мы никогда не расстанемся.

Отец наконец улыбнулся:

— Молодость. Мне когда-то тоже так казалось. Знаешь, я тогда уже на заводе работал, ещё простым бухгалтером. И была у нас девушка, Катя. Совсем молоденькая. Жила с бабушкой и братом. Ему лет четырнадцать что ли было. Родители умерли. Знаешь, как я влюбился? Жениться собирался. А потом она меня бросила. Просто так. Разлюбила, говорит. Разве такое может быть? Чтобы на пустом месте? Потом замуж вышла за местного алкоголика.

— А ты на маме женился, — добавил Лёша. — Ты её хотя бы любил? Ну, хоть немного? Маму?

Лицо отца потемнело.

— Лёша, — сказал он. — Ну, зачем об этом? Зря я всё-таки разоткровенничался. Не стоило разговор затевать.

— Просто скажи «да».

— Да! — ответил отец, но Лёша ему не поверил.

Глава 36

Витя рвался в деревню, но у отчима постоянно находились какие-то дела: очередная перестановка в крохотной однушке, ремонт машины, покупка посудомойки и везде требовалось присутствие Вити. Он словно издевался и не хотел его отпускать. Ещё и в отпуск пошёл как назло.

Потому Витя и старался, как можно меньше времени проводить дома. В этот раз ноги его привели, почти неосознанно, к окну Тамары. Там во дворе, под самым этим окном столпотворение. У Вити внутри всё похолодело поначалу. Мало ли что случиться могло, не молодая всё-таки женщина. Потом он услышал музыку, скрипящую, наверное из патефона или как там эта штука называется. И люди не волнуются, а радуются. Смотрят, как танцует пара. А пара эта, Витя глазам своим не поверил, Яна и Лёша.

Музыка смолкла, люди начали аплодировать. Лёша, красный как рак, поклонился. Яна присела в поклоне.

— Вот видите, — прозвучал из окна голос Тамары. — Нет ничего сложного в том, чтобы выступать на публике.

— К свадьбе готовитесь? — съязвил Витя. — Или просто так, побираетесь?

— Эх, Виктор, — произнесла Тамара. — Мы просто тренируем независимость и раскрепощённость. В известных пределах конечно же.

— Удачно?

— Если судить по цвету лица Лёши Бочкина, то не очень, — вздохнула Тамара.

— Просто в квартире места мало, — пояснил Лёша. — Ты же помнишь, что Витальевна каждый год на выпускной заставляет вальс репетировать?

— Лично я танцевать не собираюсь, — фыркнул Витя. — Вот ещё! Заняться нечем!

— Тебя и не возьмут, а я отличник.

В окне показалась Шурка.

— Ну, что? Следующую ставить?

— Хватит на сегодня, — решила Яна. — В следующий раз потренируемся.

— А где эта, сеструха твоя психическая? — Витя поймал укоризненный взгляд Тамары и исправился. — Аня где?

— На свиданку умотала. Накрасилась, вся из себя такая, — Шурка изобразила процесс нанесения помады и туши. — К этому, Поселягину.

— К Портнягину что ли?

— Может, и Портнягину.

— Ха! — сказал Витя. — Ну, не на свиданку она намылилась. Шёл я сейчас мимо его квартиры. Там музыка на всю улицу.

— Скажите, Виктор, — задумчиво произнесла Тамара. — А не тот ли это Портнягин, с которым вы за гаражами сидели?

— Ну, он, а что?

— Нужно срочно идти спасать нашу Аннетт! — Тамара сдвинула в сторону горшки с цветами, уселась на подоконник и