Цельсиус - Андрей Гуртовенко

– Он настоящий, – сказал подошедший ко мне Котомин.

Я повернулась и недоверчиво посмотрела на него.

– Оригинал, – Котомин старался держаться нейтрально. Но все же не смог скрыть самодовольства: после всех ухищрений ему наконец удалось меня заинтересовать.

Я снова посмотрела на шезлонг. Немного наклонила голову, чтобы разглядеть его основу: золотой прямоугольник. Ширина прямоугольника равна диаметру опорной дуги каркаса. Расположение ножек в точности соответствует квадрату гармонического разложения. Если каркас снять с основания, получится кресло-качалка. Гениально.

Я провела пальцами по благородной, немного поехавшей складками коже сиденья. Стальной каркас был прохладным, с царапинами на черном лаке. Рассмотрела аккуратное клеймо и серийный номер возле изголовья. Похоже, действительно настоящий.

Котомин вернулся к столу. Я еще немного постояла возле шезлонга и присоединилась к нему. Мы встретились с олигархом глазами. Теперь, когда он был уверен, что я от него никуда не денусь, у него даже поубавилось масла во взгляде. Вот что значит настоящий гурман. Очевидно, он собирался получать удовольствие. Медленно и со вкусом.

Котомин был гладко выбрит и источал едва уловимый аромат кардамона. Он был без пиджака, и это дополнительно подчеркивало его прогрессирующую полноту. Вообще, миллиардеру не помешала хотя бы пара тренировок в неделю. Это он точно может себе позволить.

Следующие полчаса мы мило болтали. Обо всем подряд. И ни о чем. О превратностях судьбы обитателей дальневосточных морей. Оказавшихся в конце концов на наших с ним тарелках в одном из домов в элитном районе Санкт-Петербурга. О балтийской парусной регате, в которой Котомин принимает участие каждый год. О частном острове, который можно арендовать на пару недель за вполне приемлемые деньги. О том, что у него до сих пор нет собственного самолета. И о планах построить новую яхту. Не такую, конечно, большую, как у Абрамовича. Но все равно огромную. По сравнению с той, которая у него сейчас.

Разговор плавно подводил нас к развязке. К тому, зачем Котомин просил меня приехать к нему домой. К тому, зачем я сегодня здесь появилась.

– Как там, кстати, наш договор поживает? – спросила я наконец. – Надеюсь, ваш юридический отдел теперь полностью удовлетворен?

Вместо ответа Котомин протянул через стол руку и накрыл ею мою ладонь. Меня едва не передернуло – рука Котомина оказалась влажной и слегка маслянистой. Точь-в-точь как его взгляд.

– И что это все значит… Вальдемар? – я посмотрела ему прямо в глаза, не мигая.

– Можешь звать меня Вальдек, – сказал Котомин.

Вальдек? Серьезно?

– Руку убери свою, Вальдек.

Котомин не пошевелился.

– Жанн, мы же оба понимаем, зачем ты сегодня сюда приехала…

– Я приехала сюда, чтобы забрать подписанный договор на дизайн яхт-клуба. Руку свою убери.

Котомин снова не пошевелился, и я резко сбросила с себя его отвратительно влажную ладонь.

– Зря ты так, Жанн, – сказал олигарх, он перестал самодовольно улыбаться. – Правда. А что, если мы так и не подпишем сегодня договор? Что, если твое бюро в первый раз потеряет клиента? И завтра все ваши потенциальные заказчики об этом узнают?

– Ты мне угрожаешь… Вальдек?

– Нет. Просто хочу, чтобы ты понимала расклады, – сказал Котомин. – Понимала, что, если мы сегодня не договоримся, у меня не будет больше причин скрывать правду. Правду о том, почему мы на самом деле отказались иметь дело с R.Bau.

– Да, Вальдек, и почему же вы отказались? Мне и самой интересно это узнать.

Котомин сделал паузу. Но не торжественную, нет. Было видно, что он просто не любит раскрывать карты.

– А ты сама разве не знаешь, Жанн? Потому что гендиректор R.Bau давно уже пропил себе все мозги. Настолько, что даже не в состоянии появиться на деловой встрече и просто поставить подпись на договоре.

Я с изумлением уставилась на олигарха. Так он знал? Все это время знал?

Пазл сложился. Внезапно, без предупреждения. Осознание негромко сдетонировало в голове. И почти сразу пыль от взрыва начала оседать. А вместе с ней постепенно исчезало изумление. Замещаясь концентрированной дымящейся яростью.

Все-таки недаром мне казалось, что здесь что-то не сходится. С самого начала казалось. Русланом, получается, манипулировали, умело и цинично. Как именно – не слишком даже важно. Скорей всего, просто подложили кого-нибудь в постель. Подобрали типаж, на который Руслан западает. И все. Через это вынудили его подписаться на дизайн яхт-клуба. А накануне подписания контракта спровоцировали его запой и выставили неблагонадежным бизнес-партнером. Рассчитывая – и не без оснований – что я встану на защиту репутации компании. Встану, да, но ведь не лягу же?

Я медленно поднялась из-за стола. Как же мне не хватало сейчас моего льда…

– Если это все, что у тебя есть, Вальдек, то я разочарована. В любом случае, это твои слова против наших, только и всего. Думаю, мы как-нибудь это переживем. И уж точно обойдемся без твоего дизайн-проекта.

Котомин покачал головой. Ни для кого, сам себе.

– Жанн, при чем здесь вообще ваш долбаный дизайн? Ты в зеркало себя видела вообще?

Я машинально поправила волосы. Стрельнула глазами в направлении зеркальной поверхности, встроенной в стену слева от меня.

Котомин смотрел на меня в упор. Так же, как тогда. При нашей первой с ним встрече в бюро. Когда я внезапно почувствовала себя голой. Абсолютно незащищенной.

– Я увидел тебя в первый раз в декабре, на церемонии «Человек года». Ты была там с Русланом. И потом еще на паре презентаций. Но уже тогда, в декабре, я дал себе слово. Пообещал себе, что когда-нибудь, в один прекрасный день ты будешь моей…

Котомин помедлил. Но я не реагировала. Никак.

– Самым сложным было найти подход к Руслану. Моя служба безопасности потратила целый месяц на то, чтобы изучить его привычки, предпочтения, образ жизни. Но дело того стоило. Ну а все остальное – дело техники. Я заманил Руслана к себе на яхту, напоил его, и он проиграл мне в покер свою компанию. Которую я великодушно согласился ему вернуть. Но только при одном условии – в обмен на тебя. В противном случае R.Bau будет ликвидировано.

Котомин замолчал и выжидающе на меня посмотрел. Я усмехнулась и покачала головой. Он что, действительно думает, что я поверю во весь этот бред? Котомин пожал плечами, дошел до стены. Открыл дверцу шкафа, за которой обнаружился небольшой сейф. И через минуту небрежно бросил на стол передо мной документы в красной пластиковой папке. Я взяла их в руки и пробежала глазами первые страницы. Затем аккуратно вернула папку на стол.

Доигрался все-таки Руслан. Когда-нибудь это должно было случиться. Когда-нибудь должен был появиться кто-то, кто