Огни в Снежном - Николай Васильевич Угловский

Размышления Григория Александровича прервал телефонный звонок. Лицо Разгулова сразу приняло обычное хмуро-деловое выражение. Трубку он взял неохотно, с видом человека, оторванного от важного дела.

— Начальник лесопункта слушает.

— Привет, Григорий Александрович, — услышал Разгулов знакомый, чуть охрипший, но попрежнему веселовозбуждённый голос замполита. — Лапин, говорит, узнаёшь?

— Ну, как же, Иван Фомич! — улыбнулся Разгулов. — Каждый день, почитай, разговариваем, да чтоб по голосу не узнать? Вот только хрипоты у вас вчера, кажется, не было. Простыли, что ли?

— Да нет, зачем простывать? С Акимовым тут часто ругаться приходится, вот и охрип. Он, ведь, мужик шумливый, и я тоже не из молчальников.

— Так вы, значит, на Березовском сейчас находитесь? Как там у них?

— Неплохо. Недоделок ещё порядочно, но самое трудное уже позади. Слыхал, наверно, как тут Акимов в первое время комбинировал? Два мастерских участка на две смены перевёл, а третий взял да и расформировал. Дескать, иначе где же людей брать? Видал, какой находчивый! Пришлось, конечно, всыпать ему за такую «находчивость», хотя вообще я находчивых начальников люблю… Люди, понятно, нашлись, сейчас все три участка в две смены работают. Да ещё и резервы остались. У вас, наверно, тоже резервы не все исчерпаны, а?

— Что вы, Иван Фомич! Поваров, и тех в лес направили, откуда же ещё черпать? — поспешно сказал Разгулов и даже плечом пожал, как будто Лапин мог его видеть. «Знаю я эти штуки! Вам только скажи про резервы, потом ни одного специалиста не допросишься», — пронеслось в голове.

— Про поваров ты помалкивай, все они раньше в лесу работали. Захваткин, к примеру, курсы трактористов окончил, какой из него кулинар? Скажи-ка, не разучился он держаться за руль?

— Надо полагать, не разучился, раз с самим Кукановым взялся соревноваться.

— Вот видишь. А вы его на кухню упрятали. Акимов здесь всех подсобных рабочих учит, а Снежному и подавно без этого не обойтись. Вам же в январе специалисты для пятого механизированного участка потребуются.

— В том-то и вопрос, Иван Фомич… — Разгулов расстегнул верхнюю пуговицу гимнастерки, облегчённо поворочал толстой шеей. — В январе мне надо, кроме того, три мастерских участка в новые делянки перебазировать, а там ещё ни одного метра «усов» не проложено, Как мы, допустим, без дорожников обойдёмся?

— Подумайте с Пелевиным — найдёте выход. Или приехать помочь?

— Что вы, Иван Фомич! — обиженно прогудел и трубку Разгулов. — Да разве бывала, чтоб я помощи просил? Управимся, будьте спокойны. Я сегодня же скажу Пелевину насчёт подготовки новых делянок. А пятый участок… что ж, хоть через неделю шлите тракторы и электростанцию, люди будут.

— Да я знаю, что люди у вас есть, не об этом речь. Я говорю, чтоб вы их заранее готовили, подучили как следует. Ладно, я ещё Пелевину позвоню. Кстати, сезонные обязательства у вас не пересматривались? У Акимова, например, уже пересмотрены, и у них сейчас обязательства гораздо выше, чем у ваших участков. Выходит, обгоняют вас соседи, а?

Разгулов насторожённо сдвинул брови: не улыбается ли в эту минуту замполит одним уголком рта и, быть может, подмигивает Акимову, наверняка присутствующему при разговоре. Мысль о том, что начальник Березовского лесопункта всерьёз задумал обогнать снежнянцев, сначала смутила Разгулова, но потом он развеселился. Удобно усевшись, он не без иронии пробасил:

— Прыткий народ в Берёзовке появился, что и говорить. Не успели наш метод перенять и уже за лаврами тянутся. А старые-то долги их где? Обязательства пересмотреть — дело нехитрое, а вот с годовым планом у них как? Процентов на девяносто вытянут, а?

— Представь, уже вытянули. Денька через два начнут сверх ста процентов лес давать. Неужели не знал? Вот уж это никуда не годится. Всегда надо знать, что делается у соседей, а то и не заметишь, как окажешься позади. Акимов завтра собирается не менее шестисот кубометров отгрузить, уже и заявку на шестьдесят платформ сделал.

— Вон как! — Разгулов, собираясь с мыслями, легонько покашлял. — А я, Иван Фомич, в аккурат перед вашим звонком хотел диспетчеру звонить, чтоб он завтра сто платформ на мою ветку поставил.

Он произнёс это так, словно сто платформ были обычной нормой потребности лесопункта в подвижном составе, и сам удивился естественности своего голоса. «Акимов дал шестьсот, а я тысячу дам, коль на то пошло», — зло подумал Григорий Александрович.

— Подожди-ка, — Лапин помолчал, очевидно, подсчитывая что-то в уме. — А хватит у тебя лесу на сто платформ? Есть у тебя на верхних складах какой-нибудь запас?

— Есть, есть запасец, — самодовольно проговорил Разгулов. — Да и выработка у нас растёт прямо по часам, Иван Фомич. Поднажмём завтра, и сотни платформ окажется мало. Это наш подарок к Новому году будет, понимаете?

— А ты с мастерами говорил насчёт этого подарка? С Пелевиным посоветовался?

— Да тебе, Иван Фомич, вагонов, что ли, жалко? — деланно рассмеялся Разгулов.

— Не жалко, если вы сумеете их во-время загрузить. Имей в виду, выработка растёт на всех лесопунктах, сейчас каждая платформа на счету. Малейший простой может поломать весь график. В общем, позвони диспетчеру, узнай, сможет ли он завтра дать Снежному сто платформ.

— С диспетчером я договорюсь, не беспокойтесь. Все будет в порядке.

— Вот, вот, чтоб порядок не нарушался… Мастера ещё не вернулись с делянок? Кто из них сейчас первенство держит?

— Панкратов, кто же ещё! Он как пошёл вперёд с самой осени, так и до сих пор всех за собой тянет.

— Устинова, что же, помирилась с этим? Вы с Пелевиным помогаете ей, или только «разносите» на совещаниях?

— Нет, нет, в этом не грешен, Иван Фомич. А Пелевин, между прочим, с первого дня над ней шефство взял, помогает, так сказать, от всего сердца. — Григорий Александрович многозначительно хмыкнул. — Так что обижаться ей на нас не за что.

— Ну, ну. Приеду, проверю… Что ещё нового есть? Сколько сегодня отгрузили, не знаешь?

— Пока сведений нет, Иван Фомич. Во всяком случае, побольше, чем вчера.

— Тракторы теперь все на ходу?.. А лебёдки как?

— Подходяще. Вот только на погрузке однобарабанные лебёдки прямо не отходя приходится чинить.

— Это те, которые вы из старья собрали? Ну, ничего, скоро электрокраны получим. Вам в первую очередь дадим.

— Спасибо, Иван Фомич, — просиял Разгулов. — Вот тогда-то мы покажем темпы! А лебёдки мы можем Акимову отдать, пускай пользуется.

— Зачем? У него свои есть, новенькие… Ну, будь здоров. Передай Сергею Павловичу привет, скажи — если понадоблюсь, пусть звонит в Берёзовку.

Григорий Александрович медленно повесил трубку, шумно вздохнул. Отирая со лба пот, повернулся к окну.

Вечер. За стеклом, в полосе света, беспорядочно кружились снежинки.