Оллингтонский Малый дом - Энтони Троллоп

Тут доктор Крофтс позволил себе спросить, в связи с каким недомоганием потребовалась его помощь.

– Я как раз к этому подвожу, – сказал граф. – Мне говорят, что привычка спать после обеда крайне опасна.

– По крайней мере она не в редкость, – ответил доктор.

– Вот и я так думаю, но леди Джулия вечно меня за нее бранит. И, честно сказать, я, наверное, чересчур крепко засыпаю в кресле. Порой сестра не может меня добудиться – по крайней мере так она утверждает.

– А какой у вас аппетит за обедом?

– Отличный. Знаете ли, я никогда не ем ланч, чтобы уж пообедать, так пообедать. Я выпиваю от трех до четырех стаканов портвейна…

– И потом засыпаете?

– Именно так.

Нам, возможно, незачем вникать, какой именно совет дал ему доктор, но во всяком случае граф выразил желание увидеться с ним снова.

– И вот что, доктор Крофтс. Я сейчас один. Что, если вы заедете ко мне завтра на обед и, коли я засну, сможете сказать, преувеличивает ли леди Джулия. Строго между нами, мне не совсем верится в ее утверждение, будто я… храплю, знаете ли.

То ли граф при докторе ел меньше обычного, то ли присоветованная баранья отбивная в полдень оказала желаемое действие, то ли разговаривать с доктором оказалось интереснее, чем с леди Джулией, мы не знаем, но граф в тот вечер торжествовал. За все послеобеденное время его веки смежились от силы раз или два, а после большой чашки чаю, которую обычно выпивал в полудреме, он и вовсе взбодрился.

– Да-да! – воскликнул он, вскакивая и потирая глаза. – Мне куда лучше. Я люблю вздремнуть после обеда, не буду таить, но в постель надо красться тайком, будто делаешь что-то позорное. А моя сестра считает преступлением, буквально преступлением спать в кресле. Сама-то она никогда носом не клюет! Кстати, доктор Крофтс, вы знакомы с мистером Кросби, которого Бернард Дейл привез в Оллингтон? Леди Джулия сейчас гостит с ним в одном доме.

– Я раз видел его у миссис Дейл.

– Он ведь женится на одной из ее дочек?

На это доктор Крофтс объяснил, что мистер Кросби помолвлен с Лилиан Дейл.

– Ах да. Милая девушка, как мне говорили. Вы знаете, Дейлы с нами в родстве. Моя сестра Фанни вышла за их дядю Орландо. Мой зять не любитель путешествовать, поэтому я редко его вижу, однако, разумеется, мне небезразлична его семья.

– Они мои старинные друзья, – сказал Крофтс.

– Там же две девушки, если не ошибаюсь?

– Да.

– И мисс Лили – младшая. Старшая еще замуж не собралась?

– Насколько я слышал, нет.

– Тоже очень миловидная девушка. Помню, я виделся с нею у ее дядюшки. Не удивлюсь, если она выйдет за своего кузена Бернарда. Ему, как вы знаете, достанется именье. И он мой племянник.

– Я не совсем уверен, что браки между двоюродными – это хорошо.

– Такое, знаете ли, бывает часто, и для семьи так удобнее. Полагаю, Дейл должен дать им приданое, и так он сбудет одну с рук без лишних расходов.

Доктор Крофтс смотрел на дело несколько иначе, однако не хотел чересчур настойчиво спорить с графом.

– Младшая, – сказал он, – сама о себе позаботилась.

– В смысле мужа себя нашла? Но, полагаю, Дейлу придется что-нибудь за ней дать. Они еще не поженились, и, судя по тому, что говорят, этот малый может оказаться скользким типом. Он не женится на ней, если Дейл не выделит ей приданое. Вот увидите. Мне сказали, что в замке Курси у него еще одна на примете.

Вскоре после этого Крофтс сел на лошадь и уехал, пообещав графу снова отобедать у него в ближайшее время.

– Мне будет очень удобно, если вы заглянете примерно в такое же время, – сказал граф, – а поскольку вы холостяк, вам это наверняка не составит труда. Приезжайте в четверг в семь, хорошо? И осторожнее по дороге. Темно, хоть глаз коли. Джон, открой доктору Крофтсу первые ворота.

И граф удалился в постель.

Крофтс весь обратный путь думал об оллингтонских девушках. «Он не женится на ней, если Дейл не выделит ей приданое». Неужели мир докатился до того, что мужчину нужно подкупать, чтобы он сдержал слово? Неужели в людях не осталось романтики… рыцарственного благородства? «В замке Курси у него еще одна на примете», – сказал граф. Так нынче мужчины говорят о женщинах, однако сам Крофтс настолько преклонялся перед девушкой, которую любил, что не смел открыть ей свои чувства, дабы не повредить ее житейскому благополучию.

Глава XXI. Джон Имс сталкивается с двумя приключениями и в обоих выказывает недюжинную храбрость

Лили нашла послание своего милого идеальным. Она не знала точно, сколько идет корреспонденция из Курси в Оллингтон, поэтому не очень горько разочаровалась, когда письмо не пришло в первый же день. Впрочем, утром она сходила на почту – убедиться, что письмо не осталось там.

– Да что вы, мисс, их все доставили, вы же знаете, – сказала почтмейстерша миссис Крамп.

– Но я подумала, одно могли забыть.

– Почтальон Джон был у вас сегодня, отнес газету вашей матушке. Я не могу доставлять людям письма, если им не пишут.

– Но иногда же они остаются на почте, миссис Крамп. Он не пошел бы с одним письмом, если бы ничего больше на нашу улицу не было.

– Пошел бы. Я бы ни за что не позволила ему оставить здесь даже газету, не то что письмо. Незачем вам ходить сюда за письмами, мисс Лили. Если он вам не пишет, я не могу его заставить.

И бедная Лили ушла домой огорченная.

Однако на следующий день письмо пришло, и все вновь стало хорошо. Оно не показалось Лили чересчур коротким или недостаточно нежным. Прочитав, что Кросби уехал раньше времени, чтобы избежать мучительного расставания, она улыбнулась, погладила бумагу и возликовала, что все-таки сделала по-своему. И она поцеловала строчку, в которой Кросби писал, что счастлив был провести с ней последние мгновения. Словам, что в Оллингтоне ему было лучше, чем в Курси, она поверила безусловно и очень им обрадовалась. Когда он обвинил себя в приверженности свету, она извинила его, сказав себе, что в этом отношении он почти так же безупречен, как в остальных. Разумеется, человек, живущий в Лондоне и вынужденный добывать себе хлеб в светской суете, не таков, как деревенская девушка, но разве то, что он полюбил такую девушку и выбрал ее себе в жены, не самое верное свидетельство, что свет его