Тайна голубого стакана - Алексей Васильевич Попков

– Ну, а теперь осталось совершить одну пустую формальность – подписать вот этот документ.

В руках иностранца появилась автоматическая ручка.

– На слово не верите? – полюбопытствовал Подкорытов.

– Не в этом дело, – иностранец беспокойно заморгал глазами, – документ с вашей подписью необходим для денежного отчета. Поймите, нас ведь тоже проверяют.

– Ну, тогда что поделаешь? – Подкорытов больше не противился и, внимательно прочитав документ, не спеша, размашисто подписал его и поставил крупными цифрами дату.

У иностранца вырвался откровенный вздох облегчения. Схватив подписанное обязательство, он спрятал его в папку и, не глядя на Бориса, достал из портфеля пачку денег, пересчитал их, положил на стол и уже повелительно сказал:

– Это вам аванс: здесь пять тысяч рублей. Берите и помните: теперь вы в наших руках и никуда не денетесь! А за услугу, даже пустяковую, мы платим очень щедро и денег не жалеем.

Борису ничего другого не оставалось, как спрятать деньги в карман, что он и проделал, ожидая дальнейших указаний.

Иностранец развалился на стуле, закурил, забросил ногу на ногу и, выпуская дым кольцами, удовлетворенно улыбаясь, произнес официальным тоном:

– Представьте себе, гражданин Подкорытов, – он небрежно стряхнул пепел с папиросы, – мы будем откровенны, как коллеги по работе, я заранее знал, что вы дадите согласие сотрудничать с нами. А ваш отказ и разыгранная драка – это только прием! – Заметив, что Борис собирается возражать, иностранец жестом руки остановил его: – Не беспокойтесь, мы это расцениваем только с положительной стороны. Наши люди должны всегда действовать осмотрительно, разумно – в этом уже залог успеха…

– Но все-таки я хотел бы услышать более конкретный ответ: что вам от меня нужно? – Подкорытов смело взглянул в глаза иностранцу.

– Пожалуйста; прежде всего наблюдательность и умение делать выводы на основе логического рассуждения. Раз вы к нам явились по вызову, значит, сами проявили заинтересованность. А когда долго отказывались и не сразу соглашались, – изучали обстановку…

– Не стану возражать. – Подкорытов встал. – Время на исходе, мне пора возвращаться на рудник, я жду задание.

Иностранец тоже поднялся с места:

– В самое ближайшее время вы обязаны выяснить, куда девался дед Мошков, и поставить нас об этом в известность. Кроме того, следить за квартирой водовоза, Петра Афиногеновича. Если он появится на руднике или же на заимке деда Мошкова, также немедленно сообщить нам: в крайнем случае придется прибегнуть к радикальному средству и уничтожить его. Препарат для этого вы найдете у себя дома на столе. Больше я вас не задерживаю, можете возвращаться на рудник…

Выйдя на улицу, Подкорытов невольно усмехнулся: «Проверяют, не иначе, раз такое пустяковое задание дали, – подумал он. – Сразу предложить ответственное дело не решились, боятся. Ну что же, задания почти совпадают. А это уже хорошо».

Глава двадцать третья

Подкорытов, направляясь к автобусной остановке, упорно раздумывал, с чего и как начать выполнение полученных заданий.

Постепенно он забыл о недавних переживаниях, глаза его оживились, ему стало почти весело.

Эти задания его очень устраивали не только потому, что они совпадали с поручением Кустова. Главное, что ему теперь были известны планы людей, работающих на этого иностранца. Теперь он, не навлекая подозрений врага, может осмотреть все самые отдаленные уголки тайги.

Нужно только постоянно помнить предостережение Кустова и держаться начеку.

Не спеша, перейдя с одной стороны улицы на другую, выяснив, таким образом, что за ним не следят, Борис, не доходя до автобусной остановки, свернул в парк и, найдя тенистую беседку, устало опустился на скамью.

Решив не возвращаться сегодня домой, Подкорытов принялся, прежде всего, обдумывать план розысков Мошкова.

На рудник он приедет пораньше. С утра надо успеть сходить в тайгу и осмотреть шурф, канавные работы, а потом постараться встретиться с Николаем и подробно расспросить мальчика, когда и куда ушел дед. Ведь прошло уже дней шесть, если не больше, с тех пор, как исчез Мошков, время немалое. А по сообщению Кустова, ушел старик налегке, без продуктов…

«Может быть, нарвался на медведя и стал жертвой несчастного случая, – подумал Борис, но тут же отверг это предположение, – нет, такой оплошности с дедом произойти не может, здесь, надо думать, что-то совсем другое».

Прежде всего, придется осмотреть территорию, прилегающую к руднику, начиная от Лысой горы и кончая шурфом Дорогина, за которым особенно тщательно наблюдала Ковригина в последние дни, может быть, встретятся хоть какие-нибудь следы деда, а это значительно облегчит его поиски.

Придется побывать и на медвежьем увале, куда иногда и в летнюю пору любил старик заглядывать. Гнилое болото тоже пропустить нельзя, хотя искать там тяжело, местность топкая, дед хотя и бывалый человек, но и он ошибиться может: провалился, переправляясь, вот и погиб бесследно. Ну, а последняя надежда на пещеру. Здесь без риска уже не обойтись, в крайнем случае придется путешествовать без мальчика…

Отдыхая в беседке, Подкорытов до мелочей восстанавливал в памяти цепь таинственных событий, которые произошли за этот короткий срок на руднике. При загадочных обстоятельствах отравилась неизвестно откуда появившимся арбузом, как только что сообщил незнакомец, Ковригина, так же как и Гущин водой. Нет сомнений и в том, что исчезновение лесника является звеном той же цепи событий.

Бесспорно, все это связано с открытием Галины Васильевны. Бесспорно, враг разузнал о ее последних работах, хотя хранились они в строжайшем секрете, даже ему она не сочла возможным и необходимым сообщать какие-либо подробности…

Как это ни сложно, но и ему, Борису Подкорытову, видимо, тоже предстоит сыграть немаловажную роль в раскрытии всех этих загадок…

Вспомнив о вещах, найденных у него в столе, и отравлении Ковригиной, которое иностранец считает делом его рук, Подкорытов иронически улыбнулся.

«Ничего, потерпим до наших дней, а время придет, – проговорил Борис мысленно, – оно не за горами, тогда узнаем, кто из нас лучше умеет “проницательно наблюдать и логически мыслить”».

Геолог ночевал в городе у знакомого, а на рудник вернулся с первым автобусом только утром.

Не успел Подкорытов подойти к двери геологического бюро, как встретился лицом к лицу с Николаем Мошковым. Лицо мальчика было заплакано.

– Борис Георгиевич! Почему вы так долго не приходили? – сказал мальчик, трогательно вытирая кулаком бегущие из глаз слезы. – Меня к вам послал Кустов. Я несколько раз был у вас на квартире, на шурф бегал… Дедушки все еще нет… Значит, его на самом деле убили?

Пропустив перед собой Николая в комнату, Подкорытов усадил его на стул и, стараясь успокоить, принялся подробно расспрашивать.

Николай рассказал, как он нечаянно подслушал разговор на конном дворе,