Записки акушера. Истории из роддома - Анастасия Седова

Плод, к сожалению, мертв

Даша обратилась в приемное отделение роддома самостоятельно.

– Я не чувствую шевелений ребенка.

– Как давно?

– Со вчерашнего дня.

– Вы обращались к своему врачу в женскую консультацию?

– Нет.

– Почему?

– Там очереди.

Для начала приставляю трубку к животу. Срок 37 недель, плод лежит головкой вниз. Ищу сердцебиение ниже пупка: с одной стороны, с другой. Ничего не улавливаю.

Врач УЗД в это время в послеродовом, будет минут через 10. Пытаемся найти что-то датчиком КТГ – местами только пульс женщины, 78–84. Частоты, характерной для сердцебиения плода, нет.

Приходит специалист УЗД. Прикладывает датчик:

– К сожалению, ничего нет.

– Может, вы посмотрите подольше? Как вы можете так вот сказать за минуту?

– Я уже посмотрел. Плод, к сожалению, мертв. Его сердце не сокращается.

– Я вам не верю.

– Это ваше право.

Врач УЗД уходит.

– Вам нужно ложиться в стационар. Проходите, вас сейчас оформят.

– А, да. Хорошо.

В этот момент звонит телефон, меня дергают в родблок. Ухожу.

В родблоке внезапно быстро родила двойня, второй плод был в тазовом предлежании. Врачу, который вел роды, потребовалась небольшая помощь.

Когда мы освободились – двойняшки благополучно родились – я стала звонить в приемное отделение. По времени Дашу уже должны были оформить и поднять.

– А ее нет.

– Как нет?

– Ну я пришла из родблока, и ее нет.

Даша попросту сбежала. У нас, правда, остались ее данные по протоколу УЗИ. Позвонили в женскую консультацию, где она наблюдается. Огорошили лечащего врача известием. Вернее, двумя неприятными известиями.

Во-первых, у его беременной антенатал. Во-вторых, эта самая беременная с антенаталом теперь где-то бегает.

Как мы выяснили позже, Даша пошла за подтверждением диагноза в частную клинику. Снова не поверила. И поехала с мужем в другую область. Сразу попасть в перинатальный центр они не смогли, записались на платное УЗИ только через 3 дня (по какой причине они не сказали о предварительном диагнозе или о срочности исследования – загадка).

В итоге Даша, которую с собаками уже искали, вернулась в наш роддом. В соседней области ей даже не предложили госпитализацию – по крайней мере, с ее слов. А может, она просто также ушла – молча.

Даша рожала через естественные родовые пути. Очень сильно измененный, мацерированный плод с аутолизом передавали в патанатомию в специальном контейнере, чтобы ничего не вытекло. Причиной внутриутробной гибели оказалась плацентарная недостаточность. При росте 52 см вес плода был всего лишь 2400 г – задержка внутриутробного развития.

К сожалению, бесследно длительное хождение с мертвым плодом для Даши не прошло. После родов началось серьезное кровотечение и даже потребовалась полостная операция – накладывали гемостатические швы на матку, перевязывали маточные сосуды. Консервативными методами, увы, остановить кровотечение не получилось.

Выписали Дашу мы на 7 сутки, сохранив матку всеми правдами, неправдами и антибиотиками с кровоостанавливающими. К сожалению, дальнейшей судьбы этой пациентки я не знаю. Надеюсь, ей все же удастся без проблем забеременеть, выносить и родить здорового ребенка.

Я не буду делать ей аборт

Фатиме было 25 лет, когда она пришла в интернатуру.

Интерны, как известно, занимались всяким-разным. Однако в большинстве случаев молодежь все же старалась побольше попробовать руками – если они планировали дальше оставаться в профессии и если врачи отделения давали такую возможность.

Фатима была единственной, кто ни разу не сделал аборт в гинекологическом отделении. Даже по медицинским показаниям – а таких прерываний было немало, учитывая уровень больницы.

Где-то прикрывалась болезнью, плохим самочувствием, необходимостью идти на лекции…

Собственно, врачи особо и не настаивали. К особо ценным (считай, блатным) пациенткам интернам приближаться не разрешали, а за оставшихся была битва. Так что полгода гинекологической интернатуры пролетели довольно быстро.

Все остальное Фатима делала: раздельные диагностические выскабливания, ассистенции на полостных операциях, даже высиживала длительные операции на «низах» при опущениях. Истории она тоже писала весьма сносно, быстро исправляла, что было нужно исправить, и практически никогда не спорила. Возможно, именно поэтому ее оставили работать в этом отделении.

Первые рабочие дни шли гладко. А потом в отделение легла пациентка на аборт. Самый обычный, по желанию, без каких-либо показаний. Срок – 9 недель.

Заведующая щедрой рукой отдала пациентку Фатиме. Свежая партия ординаторов еще не поспела, а Фатима была самой молодой среди коллектива. «Пусть руку набивает».

Фатима же отнесла историю обратно заведующей.

– Извините, я не смогу вести эту пациентку.

– Почему?

– Я не буду делать ей аборт.

– С чего бы это?

– Мне религия не позволяет.

Пауза.

– А зачем тогда в гинекологию пришла?

– Помогать.

– Вот и помоги этой женщине, Фатима. Она пришла именно за помощью.

– Она пришла за грехом. Я не буду в этом участвовать.

– Ты же врач, как ты можешь отказать?

– Могу.

Фатима развернулась и ушла. Очень смелый поступок для вчерашнего интерна. Я бы сказала, нонсенс.

Пациентку отдали другому доктору.

Когда ситуация повторилась, заведующая отделением грозилась написать докладную на молодого доктора. И написала: мол, должностные обязанности в полной мере не выполняет, вышестоящее руководство ни во что не ставит…

Начальники в ситуации разобрались, выслушали всех и… Приняли сторону молодого врача. С тех пор к ней с абортами никто не приставал.

Что правда, проработала Фатима в той гинекологии меньше года. Потому что часть коллектива ее изживали. Аргументы были весьма логичными: почему кто-то должен делать ее работу? Выполнение аборта – часть профессиональных обязанностей врача-гинеколога. А если все врачи откажутся? Женщины подпольно опять будут делать?

Фатима ушла.

С опытом работы в крупной многопрофильной больнице Фатиму довольно быстро взяли в частный медицинский центр. Они специализируются на лечении бесплодия – вот там-то Фатима себя и нашла. Она очень въедливо изучает проблемы пациентки, выслушивает, назначает лечение и имеет неплохие результаты. Видимо, каждому в этой жизни свое место.

Очень любит черчение

Яне было всего несколько часов от роду, когда мать от нее отказалась. Спустя месяц здоровую девочку удочерили. Информацию о родителях усыновителям, естественно, не дали. Сказали лишь, что мать была не в браке, написала официальный отказ, и девочку можно без проблем удочерить.

Приемные родители Яны были счастливы: им удалось получить здоровую девочку младенческого возраста. У супружеской пары с детьми не получалось, а ЭКО они делать не хотели. Тем более, в те годы это было весьма дорого.

Яна росла абсолютно здоровым ребенком. Художественная школа, танцы, отличная учеба в школе общеобразовательной – родители буквально пылинки сдували с девочки.

Потом девочка превратилась в девушку: в возрасте 14 лет случилось менархе, пошли первые