Сад в Суффолке - Кейт Сойер

Даниял, Эмма и Рози, не сговариваясь, задирают головы в ожидании нового порыва листопада. Но ветер стихает, и ветви снова замирают в безмолвии.

– Ты хочешь детей, Дани?

Этот короткий вопрос вязнет в неподвижном воздухе, как комар в янтаре. Повисает между ними. Рози совсем забыла, как это бывает. Как часто ее сестра подбирает слова таким образом, чтобы выбить у собеседника почву из-под ног.

– Эми… – начинает она, но Даниял открывает рот одновременно с ней:

– Это очень личный вопрос для человека, которого я знаю… – Перехватив поудобнее младенца, он подносит к глазам запястье, чтобы взглянуть на часы, – меньше двенадцати часов.

Он улыбается Рози, поглаживая младенца по спине, и ее сердце, позабыв о гневе, снова наполняется любовью. От облегчения у нее кружится голова. Он так ловко обращается с ее родней – возможно, Рози стоит взять у него пару уроков.

Рози переводит взгляд на Эмму. Где же немедленный колкий ответ? Но, к ее удивлению, Эмма улыбается. И Рози тоже расплывается в улыбке, потому что знает: Эмма увидела то, за что она полюбила Данияла. Сталь под мягкой наружностью. Он перестает гладить ребенка и берет Рози за руку. Кожа у него мягкая-мягкая, и Рози вцепляется в его ладонь, стоя под той самой ивой, на которую в детстве смотрела часами, пока ее израненное сердце обливалось кровью.

Даниял сделал то же самое в день их знакомства. В день, когда наткнулся на нее в подсобке. Он поступил не так, как другие. Не замер в растерянности, распахнув дверь и обнаружив ее в соплях и слезах среди одноразовых фартуков, не ретировался смущенно, прихватив то, за чем пришел. Он хладнокровно присел рядом с ней, дождался, когда она поднимет на него глаза, и помог ей встать с пола. И хотя Рози почти не разглядела его лица за очками и маской, после этой встречи день стал чуточку легче.

– Хорошо, что у тебя есть группа поддержки, Рози. Он мне нравится.

В доме начинается новая песня. На смену сочной электронике – Рози смутно припоминает, что это называется прогрессивный рок, – приходит раскатистая барабанная дробь, звонкий ритм и тягучий гитарный рифф. Рози стискивает ладонь Данияла, и он пожимает ее руку в ответ.

– Я хочу потанцевать под эту песню со своей девушкой. Эмма, ты не могла бы…

– Конечно. Давай сюда мелкого.

– Не «мелкого», Эми. Его зовут Альби.

– Альби. Мелкий. Какая разница? Идите, а то все пропустите.

26

Рози знала, что работа порой не оставляет людям выбора, но, хоть убей, не понимала, как можно добровольно согласиться жить в Лондоне.

Дорога от отцовской квартиры до больницы занимала всего сорок пять минут быстрым шагом, при этом на метро ехать было почти столько же, а на автобусе, бывало, и дольше. Конечно, в Глазго тоже хватало пробок и проблем с общественным транспортом, но там Рози дышалось свободнее. Шире улицы, больше неба. Природа с ее бескрайними холмами всегда была рядом, только руку протяни, и это успокаивало. В Лондоне ее со всех сторон обступали бетонные стены; в Глазго путь от квартиры до университета пролегал через парк и реку, а ранним утром она могла за всю дорогу до кампуса не встретить ни души. В Лондоне даже в сезон отпусков люди были повсюду независимо от времени суток. Люди, толпы людей входили и выходили из зданий, закрывающих собой небо. Некоторые из этих зданий Рози могла бы назвать красивыми, но на каждый шедевр архитектурного искусства по пути от отцовской квартиры до района Блумсбери приходился десяток самых уродливых построек, которые она видела в своей жизни.

Она сняла рюкзак с плеча и достала из переднего кармана телефон. Ни одного сообщения от Мо.

Она покачала головой. Дальше так продолжаться не может.

Надо было соглашаться, когда тот молодой врач накануне вечером зазывал ее в бар.

Мо явно о ней не думает, так с чего бы ей думать о нем? Все говорят, что ей надо полюбить в первую очередь себя. Наслаждаться юностью и свободой.

С этими мыслями она открыла сообщения и начала печатать: как погода, как отдыхается. Нажала «Отправить» и немедленно преисполнилась глубочайшим презрением к себе.

Стремление всеми средствами заставить Мо ее полюбить отдавало одержимостью. Она ведь даже не была уверена, так ли он ей нужен. Ну какое у них двоих может быть будущее? Мо хотел завести детей. Она была категорически против. Он полетел в отпуск с приятелями, даже не подумав об углеродном следе, который оставил их самолет. Так ли ей хотелось быть с человеком, который почти не интересовался ее жизнью, чьи представления об идеальном отдыхе сводились к неделе на пляжном курорте, где можно планомерно заниматься саморазрушением, не задумываясь о том, как твои действия сказываются на окружающей среде?

Она вздохнула, на секунду подняла глаза от телефона, чтобы удостовериться, что не врежется в кого-нибудь на ходу, и открыла список контактов. Долистала до имени Мо, нажала «Удалить».

Удалить этот контакт?

Она ткнула кнопку в правом верхнем углу панели и решительно захлопнула крышку.

От осознания свободы по спине побежали мурашки.

Жизнь слишком коротка, чтобы тратить время на человека, который умеет только брать и ничего не дает взамен.

Так говорила Лиззи. По крайней мере, смысл был такой.

При мысли о Лиззи к горлу, как обычно, подкатил ком. Нёбо словно натянулось, гортань сдавило. Рози снова открыла телефон, нашла последнее сообщение, которое писала Мэри, и набрала новое:

Доброе утро! Шла на работу и вспомнила про тебя. Чем планируешь сегодня заняться? Ты же по четвергам не работаешь? Я бы на твоем месте взялась за сад. Смотрели с папой на прошлой неделе «Мир садовода». Монти Дон сказал, сейчас крайний срок сажать стручковую фасоль. Посади немножко, пожалуйста! Как раз должна поспеть к моему приезду перед началом учебного года. Как там Лиззи? Люблю тебя:* Р.

Она отправила сообщение и сразу представила голос Эммы: «Опять простыню накатала? Действительно, кому нужна электронная почта, если можно набрать три тысячи слов эсэмэсками?» Конечно, она была права. Рози уже привыкла, что телефон дробит ее сообщения на несколько частей, но электронную почту как будто никто не читал. Сослаться на пропущенную эсэмэску было гораздо сложнее, потому что Рози включила у себя уведомления о прочтении.

Она набрала еще одно сообщение:

Кстати, смотреть МС с папой оч весело, потому что он страшно