Путешествие в Тибет. Жизнь, нравы, обычаи - Сарат Чандра Дас

Когда далай-лама достигает совершеннолетия, для которого установлен 18-летний возраст, регент, в присутствии калоней, начальников и знати подносит ему печати для духовных и светских дел. С начала XIX столетия далай-ламы не достигали совершеннолетия, и регентство существовало беспрерывно[381].

Помощником регента является часаг, назначение которого также подлежит утверждению китайского императора. Он обладает огромной властью и иногда отправляет функции самого регента. Ни одно ходатайство по какому-либо официальному делу не достигает регента, не пройдя предварительно через руки часага. У него находится на хранении большая печать, и, когда бумага заготовлена главным секретарем (кадун), часаг прикладывает к ней печать. Слово часаг значит «ситечко для чая», и сановник, который носит это имя, должен являться мерилом и образцом доблести[382].

Совет министров (Kalon Shag lengya)[383] состоит из четырех мирян и одного монаха, избираемых пожизненно. Первоначально было только четыре калоня, но недавно преобладающее влияние духовенства заставило великого ламу назначить в совет одного духовного, который и занимает первое место в зале совещаний (кашаг). За ним следует калонь Крипа. Совет заседает ежедневно от 9 часов утра до 2 часов пополудни и обсуждает политические, судебные и административные дела. Он рассматривает представления цзонпоней и управления лхасского тимпоня, известного под названием «Черного суда» (Нагца-шар)[384]. Министры сидят, поджав под себя ноги крест-накрест, на толстых подушках, положенных на высоких сидениях, имея перед собою на маленьком столике чашки чаю, которые наполняются придворным солпонем. Секретари и писцы находятся в соседних комнатах. Министры и все чиновники их управления получают обед за счет государства.

Для вознаграждения министров, которые жалования не получают, отводятся поместья (лоньши)[385]. Им не предоставлена привилегия пользоваться носилками (пхэб-чям); обладают ею только амбани, далай-лама, Пань-чэнь-лама и, в некоторых случаях, регент. Одежда калоней состоит из желтой туники; шапки они носят монгольские с коралловыми шариками наверху[386].

Когда должность калоня делается вакантной, регент, по совещании с калонями, избирает 2–3 генералов (дахпонь) и посылает их имена к оракулам Начун и Лхамо сун-чион-ма в Потале, для того чтобы получить их отзыв. Одобренное оракулами лицо утверждается в должности.

В литературном слоге министры называются чьин-сан, или дунь-на-дунь, но в разговорном языке они известны под именем калонь, или шапэ, причем к их именам обыкновенно присоединяется титул са-ван («могущество страны»), так как они выбираются из богатых и могущественных дворян. Когда они исполняют обязанности судей, их называют шалчэпа; когда же они фигурируют в качестве защитников, их называют шуленьпа.

Прежде жен чжялбо и дэси титуловали лхачам, но в настоящее время этот титул дается только женам калоней. Их сыновья титулуются лха-срэ, т. е. «принц».

В управлении калоней[387] состоят 4 секретаря (кадун), выбирающихся из дункхоров[388], и один главный канцелярский чиновник (кабшопа). Этим секретарям подчинены 175 дункхоров, т. е. светских чиновников, состоящих в непосредственном заведовании ципоня, т. е. чиновника по счетной части.

Дункхоры выбираются из наилучших учеников Ютогской школы, где воспитываются сыновья дворян и передовых людей страны. Для изучения счетоводства они состоят пять лет на службе в Счетном отделе, или Ци-кхане, после чего командируются для исполнения различных обязанностей, особенно по финансовой части; наиболее же опытные в них назначаются цзонпонями, т. е. префектами.

Жалованья, присвоенного дункхорам, с трудом хватает на их содержание; но так как они принадлежат по большей части к зажиточным семействам, то этот вопрос для них значения не имеет[389]. Дункхоры носят особую прическу, отличающую их от других чиновников.

Те из сыновей богатых и выдающихся лиц в Лхасе, которые, поступив в духовное звание, желают посвятить себя общественной службе, обучаются в Потальской школе Цэ-лабдра и по выходе из нее делаются цэ-дунами, т. е. чиновниками-монахами. Число последних не может превышать 175. На всех ответственных и требующих надежных лиц местах имеется по два чиновника, а иногда и больше, из которых по крайней мере одним является цэ-дун. Так, в канцелярии потальского казначея находятся два цэ-дуна и один дункхор; в казначействе Лабрана также находятся два цэ-дуна и один дункхор, и т. д. Цэ-дуны назначаются на эти должности на три года.

Цзонпоням или префектам вверяется в подчиненных им цзонах гражданская и военная власть. Они решают гражданские и уголовные дела, собирают подати, причем последнее производится под наблюдением карчжя из управления калоней. Имеются 53 области (цзон) и 123 уезда под управлением цзоннеров.

В каждом цзоне находятся по два цзонпоня[390], причем оба они пользуются во всех отношениях одинаковою властью. В военных делах они подчиняются генералам и амбаням. Они ежегодно отдают амбаням отчет о состоянии военных запасов в их областях, а также показывают искусство своего войска в стрельбе, езде верхом и других атлетических упражнениях на годичном смотре, производимом амбанями и дахпонями[391]. Амбани жалуют им для ношения на парадных шляпах голубые или хрустальные шарики.

Управление цзонпоня состоит из двух дункхоров и двух цзоннеров («смотрителей складов»), управляющих уездами, и из известного числа низших служащих. Начальники деревень (цопонь), старосты (мипонь), старейшины (чжяньпо), которые все избираются на 1 год, также находятся под начальством цзонпоня.

В каждом цзоне есть два склада – карчжя, т. е. запасный магазин, и цзонь-цзо, т. е. хранилище цзона. Ключи от первого хранятся у калоней; он открывается только один или два раза в году. Правительство ежегодно посылает чиновника для проверки счетов цзонпоня и сборщиков податей (кхралдупа) и принятия от них собранных ими сумм. У цзонпоней так же, как и у калоней, имеются чжа-гир и цзон-ши, заменяющих им жалование.

Следующая выписка из сочинения, озаглавленного Шэраб донбур, т. е. «Отрывки мудрости», могут представить некоторый интерес:

«Всякий раз, когда обращаются с просьбою или требованием, таковые должны быть тщательно рассмотрены. Беспристрастие должно в одинаковой степени выказываться по отношению ко всем классам, к большим и малым, ламам и мирянам. Цзонпонь должен быть справедливым всегда, не поддаваясь задабриванию или опасению критики. Вопросы правосудия, обложения миссэров (простолюдинов) и принудительных работ должны быть разрешаемы на основании правил (ца-циг), действующих в каждом цзоне. Деревни, дома и жители должны ежегодно пересчитываться и осматриваться, и результаты подсчета сравниваться с прошлогодними цифрами. Покинувших свои дома цзонпонь обязан возвращать обратно, в особенности же миссэров, которые пробыли в отлучке не более пяти лет. Служащие и рабочие цзона не должны быть привлекаемы цзонпонем к исполнению его частных работ; число слуг, которых ему дозволяется держать, установлено правилами ца-циг. Цзонпонь должен относиться хорошо к миссэрам и без основательных причин не вступать в пререкания с соседними цзонпонями, так как от этого могут пострадать государственные интересы. Он не должен позволить захватывать общественную землю; землевладельцы (гэрпа) не