Путешествие в Тибет. Жизнь, нравы, обычаи - Сарат Чандра Дас

Женщинам не должно позволять бродить по цзону; цзонпонь должен искоренять любовные интриги. Он должен заботиться о содержании правильной курьерской службы и наблюдать за тем, чтобы удобствами ее пользовались лишь лица, снабженные подорожными (лам-иг). Если кто-либо из иностранных или пограничных торговцев не предъявит паспорта, то его надлежит задержать. Всякие сведения, которые цзонпонь получит о каком-нибудь деле, должны быть сообщаемы в Лхасу»[392].

Как было уже сказано выше, калони и цзонпони отправляют судебные функции[393]. Однако в монастырях Сэра и Дабун настоятели их судят все меньшие проступки, совершенные в стенах монастыря, более же серьезные передаются на рассмотрение управления регента и калоней. Во всех прочих монастырях только нарушения установившихся обычаев подлежат разбирательству монастырских властей.

Вошло в обычай, чтобы обе стороны – как обвиняемый, так и обвинитель – подносили судье подарки. Когда дело рассмотрено, судья назначает сумму (тим-тэг), которая должна быть внесена истцом и ответчиком в равных частях. Ссоры по общему правилу решаются деревенскими старейшинами, но дела в общем возникают редко, так как тибетцы – мирный, добродушный, повинующийся законам народ и очень легко поддаются убеждению[394].

Амбань, т. е. императорский китайский агент в Тибете, является главою тибетской армии. Его китайский штаб состоит из помощника амбаня, двух лао-е и казначея (погпонь)[395]. Имеются также один тибетский главнокомандующий (магпонь), шесть дахпоней[396], или дивизионных командиров, шесть рупоней, командующих полками, и много второстепенных офицеров.

Амбань является посредником во всех сношениях тибетского правительства с Китаем. Он решает все недоразумения политического характера между различными самостоятельными владениями Тибета и лхасским правительством; он же раздает титулы и почетные награды туземным офицерам; но теоретически его власть не распространяется на внутреннее управление страною. Обыкновенно амбань проживает в Лхасе, причем ежегодно производит осмотр непальской границы до Тинри-цзона. Иногда эту обязанность выполняет его помощник, и тогда сам он осматривает военные склады и войска в разных цзонах[397].

Политические сношения между Китаем и Тибетом в настоящее время очень тесны, и императорская дипломатическая агентура, учрежденная в Лхасе в первой четверти ХVIII столетия, уже превратила Тибет из покровительствуемого государства в страну, вполне подвластную Китаю. Оба амбаня являются начальниками милиции и присваивают себе верховную политическую власть в стране. Назначение двух амбаней для наблюдения за политическими интересами страны, вероятно, основано на том принципе, чтобы один служил соглядатаем другого. Как и в Китае, это вошло в обычай и в Тибете.

Амбани являются страшилищами для тибетцев, которые ненавидят их всею душою[398]. Выезжают ли амбани из Лхасы для совершения увеселительной экскурсии или для служебного осмотра, они силою заставляют бедных поселян доставлять им продовольствие и средства для передвижения и требуют от них всякого рода личных услуг. При этом население лишается своих лошадей и яков, которые гибнут в большом числе по дороге вследствие немилосердного обращения с ними многочисленных слуг амбаней. За свои потери и убытки сельское население не получает никакого вознаграждения, и никакие жалобы на этого рода притеснения не принимаются судами, которые находятся под председательством лам. Цамба и овцы в подобных случаях также отнимаются насильно у народа, который, не будучи в состоянии перенести притеснений, не раз восставал коллективно против слуг амбаней, когда дело решалось цзонпонями, являющимися обыкновенно креатурами амбаней.

Но и это еще не все. Каждый китайский или маньчжурский солдат или купец, едущий в Тибет, запасается паспортом в Пекине, что облегчает ему путешествие и дает возможность достигнуть места назначения безопасно и без всяких расходов[399]. То же самое бывает и с теми, кто отправляется из Тибета в Китай, причем паспорт выдается только амбанем. Счастливый путешественник, чувствующий за собою авторитет амбаня, извлекает из своего паспорта всевозможные выгоды и никогда не упускает случая пустить в ход свою плеть, если поселяне медлят исполнением его требований.

По крайней мере один из амбаней должен делать ежегодно визит Таши-ламе, чтобы поговорить с ним о государственных делах, причем его, как представителя китайского императора, принимают с знаками величайшего почтения. Амбань обязан сделать низкий поклон Таши-ламе, сложив ладони; когда же он приблизится к трону ламы, то подносит ему шарф; Таши-лама с своей стороны преподает ему благословение, прикасаясь своею рукою к голове амбаня и садит его по правую руку от себя на почетное сидение. После краткого взаимного обмена комплиментами разговор переходит на состояние здоровья императора, благополучие народа и виды на урожай текущего года. Амбаня всегда сопровождают переводчики, знающие монгольский, китайский и маньчжурский языки, а Таши-лама также имеет своих переводчиков.

Когда амбань появляется на улице, его несут в желтом кресле, причем его сопровождает многочисленная свита, несущая знаки его высокой должности.

Из дахпоней двое живут в Лхасе, двое – в Шигацэ, один – в Чжэньцзе и один – в Тинри-цзоне. Трое из шести рупоней принадлежат к Центральному Тибету, а трое других – к Западному.

Регулярная армия состоит из 6000 человек, из которых 8000 находятся в строю, а остальные 3000 живут дома, получая половинное содержание. Состоящие на действительной службе служат 3 года, получая в месяц по две унции серебром. По истечении срока службы они возвращаются домой и перечисляются в ополчение (юл-маг), из которого они во всякое время могут быть призваны на действительную службу. Обыкновенно солдаты не имеют формы, хотя некоторые и носят черную китайскую куртку. Вооружение их составляют кремневые ружья, лук и стрелы, длинные пики и пращи (ордо).

Кроме регулярной армии, правительство в случае надобности может созвать все силы страны[400]; тогда каждое семейство должно доставить в армию по одному вполне экипированному и снабженному продовольствием человеку, а каждый землевладелец посылает по одному человеку с каждого кана[401] принадлежащей ему земли и слугу, который должен нести продовольствие солдата. Калони, цзонпони, дахпони и другие начальствующие лица выставляют известное число всадников (та-маг), причем все, имеющие лошадь, зачисляются в этот род войска.

Помимо расходов на содержание армии (каждый рядовой китаец получает по 14 рупий и 30 сур цамбы в месяц, а каждый тибетец – 21/4 рупии в месяц), тибетское правительство должно платить 50 000 рупий на содержание дипломатической агентуры, исключая жалование амбаню. Тибетское правительство, как и весь народ, стонет под тяжестью этих чрезмерных и бесполезных расходов, но сохранение этого порядка считается необходимым для защиты святых лам от посягательств английского, непальского и кашмирского правительств. Непал и Кашмир являются союзниками Тибета, в то время как самое имя Англии внушает страх чиновникам, особенно же монахам, так как англичане считаются непобедимой нацией и воплощениями гигантов (лхамаинь), которые ведут борьбу с богами. В Тибете существует вера в то, что через