Поезда туда не идут - Фёдор Ермолаевич Чирва

— Интересная работа! — гордо добавил он. — Побудете с нами недельку, сами начнете приглядываться к старине. Может, и откроете что-нибудь: вам хорошо, всегда ездите, строите, часто, наверно, встречаете памятники прошлого?

— Да как сказать? — Кондрашов пожал плечами. — Не часто, но бывает.

— Глаз у вас еще не наметан. У меня тоже не особенно, а Юрка с Владиком — те пуд соли сожрали на этом деле. Еще с нами Костя Линевский собирался, тот тоже три лета провел на раскопках. Но Костя арап, — доверительно признался юноша.

— Как это понимать?

— Найдет черепок и доказывает, будто это инвентарь Александра Македонского. Ни за что не переубедишь!

— Инвентарь?

— Ну, в целом. Посуда там, украшения или снаряжение воина, это у нас идет как инвентарь, под своим номером в описи и так далее.

— А… человека найдете, он как будет значиться?

— Если целый скелет, то экспонат, а череп, к примеру, деталь. В целом тоже экспонат, но не полный. Вот я или вы, что бы мы представляли из себя без головы? Или наши головы без остальных деталей?.. Осторожно! — схватил Кондрашова за руку. — Можно повредить кладку!

Соскоблил палкой землю, достал из кармана жесткую кисточку, очистил то место, где считал, что уже идет кладка стены. Работая, продолжал говорить, поучая Кондрашова.

— Археология — дело тонкое… И нужное не меньше, чем геология, метеорология и другие науки. Только многие не понимают этого. Смеются иногда: покойников, говорят, раскапываем. В корне неверный взгляд. Вот вы, например, строите здесь что-то. Кто узнает тысячи через две лет, что вы строили? Только археологи! — Не замечая улыбки Кондрашова, убеждал его: — Придут, увидят курганы на месте вашей стройки. Стоп! Откуда? Какой эпохи? Начнут копать. И установят все подробно. Интересно будет узнать жителям земли тысячи через две лет, как строились современные плотины, как полагаете?

— Думаю, интересно, — согласился Кондрашов.

— Найдут, например, детали машин, кости, может, и целые скелеты людей, установят средний рост человека нашей эпохи, получат другие данные… — Показал: — Вот этот кусок отвалите, пожалуйста, только осторожно, чтобы… вот так, хорошо… Найдут, и мы с вами тоже можем оказаться экспонатами. Совершенно запросто!

Кондрашов с удовольствием посмеялся бы над ним, но боялся обидеть. Поддакнул.

— Это так. Только теперь хоронят без курганов. Затеряться можно, не разыщут. Или спутают с другой эпохой.

От курганов кто-то прокричал:

— Владимир Борисови-и-и-и-и-ич!

Кондрашову махали. Он положил лопату, сказал, что скоро придет.

С курганов были видны несколько легковых машин, люди у палаток.

Еще с дамбы он узнал двоих: Пивоварова и Жандарбекова. Потом разглядел Ильяса. И председателя райисполкома. Уже вблизи увидел заведующего строительным отделом обкома партии Есенжанова, с ним Кондрашов был давно знаком. Остальных не знал.

Что-то тревожно постучалось в сердце: зачем приехали? Посмотреть, чтобы найти причины для снятия? Все видели, что он идет, но никто не направился навстречу, стояли, говорили, разглядывали подходившего Кондрашова. Когда подошел, услышал голос Пивоварова:

— Ну вот и виновник нашей поездки — начальник участка!

Кондрашов по очереди всем пожал руки. Жандарбеков спросил:

— Не отдыхаете разве сегодня?

Кондрашов ответил, что организовали нечто вроде воскресника, в день отдыха помогают археологам раскапывать старые захоронения.

Пивоваров поморщился, но ничего не сказал.

— Что же, показывайте хозяйство! — выступил из приезжих невысокий, плотный мужчина в белой рубашке с короткими рукавами.

— Что именно? — спросил Кондрашов.

— Все. Что запроектировано, что сделано, что думаете делать в этом году. Базу, жилье, материалы, машины. — Он вышел вперед других, и, по тому, как ему дали выйти, уступили место, как остальные как бы построились за ним, Кондрашов определил, что этот человек старше многих присутствующих по должности.

Что же, подумал Кондрашов, показывать так показывать. Начал:

— Базы, как видите, нет. Никакой. Из материалов только цемент, он хранится в колхозе, там наш бетонный завод. Жилье наше вот, все на виду, — обернулся к палаткам и застыл от изумления и зла: у вагончика на веревке сохло белье, вчера Капитолина Михайловна стирала. Вперемежку висели рубашки и брюки Кондрашова, трико и бюстгальтеры Капитолины Михайловны. Черт ее дернул с этой стиркой! Не было больше времени…

Заметив растерянность Кондрашова, Ильяс спросил:

— Жена приехала?

— Нет… это… археолог, женщина, кандидат наук, — совсем ни к чему пояснил он. — На раскопках она сейчас.

— Значит, содружество.

Мужчина в белой рубашке перебил Ильяса:

— Услуга за услугу — она постирала белье, ей помогают разрывать курганы. Так, говорите, ни базы, ни складов нет? Давайте не торопиться. База вам не нужна?

— Нужна. В первую очередь ремонтная мастерская, склад для горючего, склад для стройматериалов. Площадка для профилактики машин. Помещение для столовой: Хотя бы простой навес. Что-то вроде бани: моемся только в реке.

— Почему вроде бани, а не баню?

Вмешался Пивоваров:

— В летних условиях, Алексей Алексеевич…

— Пусть в летних, — перебил приезжий, — баня все равно нужна. Зимою тем более! Вы же строите на зиму большие планы по Елесу, значит, обо всем надо подумать сейчас. Притом не откладывая! В первую очередь!

— Время еще есть, — вставил Ильяс.

— Вы очень часто ссылаетесь на время, товарищ Кошубаев, — резковато одернул его этот незнакомый Кондрашову мужчина. — И по Елесу, и по другим участкам у вас в запасе масса времени, словно на юге год состоит не из двенадцати, а из тридцати месяцев.

Жандарбеков шепнул на ухо Кондрашову:

— Это из Министерства строительства. Заместитель министра.

— Значит, базы нет, вы нас обманули, товарищ Пивоваров!

— Но, Алексей Алексеевич…

— Но базы-то нет! — громко проговорил заместитель министра. — И жилья нет! Разве это жилье? — показал на палатки. — Поражаюсь, как рабочие терпят до сих пор, не разбежались. Привезти бы вас сюда с главным инженером на месяц, устроить в палатке вашу канцелярию!.. Теперь я понимаю, почему начальник участка так настойчиво просит перевести его в трест. Я бы тоже просил настоятельно, будь на его месте.

— Я не прошу, — сказал Кондрашов.

— Не просите? Уже есть приказ!

— Я увольняюсь.

— Как увольняетесь? Давайте об этом поговорим особо. Мне хотелось бы сейчас начать с проекта. Есть у вас проект?

Кондрашов пошел в вагончик.

— Он увольняется по собственному желанию, — пользуясь отсутствием Кондрашова, сказал Ильяс.

— Вы его вынудили на это! — горячо возразил Жандарбеков. — Он знающий дело инженер, работал начальником строительного управления.

— Отсюда хоть кто сбежит! — поддержал заместитель министра.

Этот воскресный визит обрадовал Кондрашова. Значит, на бюро обкома будет большой разговор о Елесе. Он принес проект створа и дамбы. Повел к створу, стал рассказывать о произведенных работах, о необычном паводке этого лета. Вода в реке упала более чем на метр, но следы паводка все еще были