Тепло родных степей - Рамазан Шайхулов

– довольная, счастливая, раздевшись, ополоснув руки в ванной, проходила на свое место во главе стола. Затем, улыбаясь, время от времени лаская, похлопывая по спинкам, нюхая макушки, целуя в щечки подбегающих к ней внуков, смотрела на всю возню разновозрастных гостей, пришедших в дом ее младшенькой дочери и зятя Назира.

Хоть аже и не выражала никаким образом своего неудовольствия, неприятия, но все боялись ее осуждения, старались все делать так, чтобы она не разозлилась. Хотя никто и никогда не видел ее злой. Лишь иногда нахмурит она брови, сомкнет уголки губ и чуть отвернется. Но этого было достаточно, чтобы утихомириться и подумать о своем поведении.

Совсем другая жизнь наступила, когда папе Назиру институт купил трехкомнатную квартиру почти в центре города, в шаговой близости от родни, и это общение приобрело совсем другой характер. В это время дядя Мурат выделил им участок возле своей дачи в конце города в степи, рядом с отвалами рудника. Они всей семьей через день ходили туда пешком. Сейчас Залине очень хотелось повторить этот путь, показать это детям и мужу. Так как эти неблизкие походы врезались в ее память на всю жизнь.

Сначала они шли туда через город, мимо трех крайних девятиэтажек, оказывались в пригородном поселке, который народ иронически прозвал «Бедняцкий»: он стремительно вырос, когда дали свободу предпринимателям, и хозяева этих двух-трехэтажных особняков были отнюдь не бедняками.

Город – характерные запахи перегретого на солнце бетона, асфальта, вонь машин и выхлопных газов, сутолока многочисленных прохожих – оставался далеко позади. Потом начиналась степь. Залина никогда не забудет эти совершенно другие запахи – свежий, терпкий, необычный аромат трав, ковыля. Это легкое дуновение теплого ветерка, бескрайний купол синего неба, ощущение простора, раздолья. После городских теснин это был совершенно другой мир. Свернув с еще пахнущего городом асфальта, они выходили на степную тропинку, ведущую на их участок. И этот отрезок дороги был особенно мил Залине – мягкая земля, источающая вековой запах степи, трава, щекочущая лодыжки, ощущение свободы в просторной степи.

Пока папа с мамой возились на грядках, они с сестрой играли в свои игры. Домой шли уже в сумерках, когда солнце уходило за горизонт, голубое небо окрашивалось во все оттенки красного, розового и фиолетового. Затихал ветерок, и уже в степи властвовали другие запахи. Уставшие от долгой ходьбы, они, счастливые и довольные, дома тут же засыпали, когда за окном уже была полная темнота.

Они переехали в Башкирию, когда ей было одинадцать лет. Оттуда часто приезжали в город детства с родителями, но, став уже взрослой, после замужества, Залина долго не могла приехать сюда и потому очень хотела пройти по этим дорогам, увидеть ночное звездное лето. Как-то они уже ночью подъезжали к городу, когда после развала Союза и при наступившей разрухе езда по практически разрушенным дорогам была пыткой, долгой и опасной. Папа вышел что-то посмотреть у машины – на этих колдобинах она ломались часто. Но через минуту он, не входя в салон, выключил двигатель, все фары и позвал:

– Идемте смотреть на звездное небо – такое никогда не увидите!

Оно на самом деле Залину ошеломило – вокруг ни одного зарева от населенных пунктов, абсолютная темнота. На небе ни облачка, ни туманности, и на нем – мириады звезд, звездных скоплений, объемный Млечный Путь, спутники и нередкие в это время года метеориты. Папа стал показывать созвездия и рассказывать истории о них, мифы и легенды. Вот такое небо ей особенно хотелось увидеть и в этой поездке.

Позади долгое ожидание проезда через две таможни с километровыми вереницами легковых и грузовых машин, и вот они – настоящие казахстанские степи! Жаль, думала про себя Залина, что нет сейчас в степи тюльпанов. С ностальгией вспоминала ту весеннюю поездку с родителями из далекого северного городка в пору цветения этих степных красавиц.

Радовали хорошо отремонтированные, а где-то совсем новые дороги. Радовали бывшие совхозы у дорог: они светились новыми современными зданиями, ухоженными улицами, работающими элеваторами. И когда уже углубились в совсем дикие степи, мужа Залины вовсе ошеломила ровная, как стол, степь – до самого горизонта, вкруговую бесконечная степь, и на всем этом протяжении ни одного населенного пункта. И у него – впервые попавшего сюда – появлялось и чувство страха, чувство потерянности в этом огромном пространстве вперемешку с восхищением и ощущением какого-то космоса.

Впереди показалась возвышенность. На самом гребне отец, едущий впереди, включил поворотник, замедлил движение, и все поняли, что он предлагает остановиться. Как только вышли из машин, их окутал, подхватил, обласкал теплый степной ветер, яркий солнечный свет и обилие свежих запахов. С этой высоты открывалась головокружительная панорама: голубые дали, невидимые на ровной местности.

Все буквально окунулись в этот мир. Сейчас верилось, что земля на самом деле шар, потому как горизонт был не прямым, а мягко изгибался по форме сферы.

– Удивительно, мы сейчас едем по дороге, навигатор нам показывает все – куда ехать, сколько проехали, сколько осталось и во сколько прибудем на место. А как раньше без этих дорог и навигатора передвигались на такие расстояния, ведь до самого горизонта нет ни одного ориентира? – заговорил, приложив ладонь к глазам, разглядывая дали, муж Залины.

– Это меня поражает каждый раз, – подхватил Назир. – Каким надо обладать чутьем, знать природу, характер ландшафта – как он меняется при перемещении, ход солнца и расположение звезд, чтобы по ним ориентироваться. И каким нужно обладать мужеством, чтобы пуститься в такие дальние переходы. Какая у них была пища, что не портилась по дороге, и как они сохраняли воду, чтобы не умереть от жажды в этом безводном пространстве? Все было приспособлено, продумано до мелочей. Вот это народ!

– А у Мухтара Ауэзова в книге «Путь Абая» описывается, как, прознав, что в таком-то роду, в такой-то местности есть невеста, достойная статуса жениха, шли ее сватать караваном больше месяца, – подхватила тему Наргиза, срывая пахучие степные цветы и составляя из них букет. – Десятки дней там праздновали сватовство и шли обратно также больше месяца. Потом на свадьбу так же долго шел караван невесты. Вот были поездки! А мы сейчас на своих машинах да по таким дорогам покоряем эти расстояния меньше чем за сутки.

И все замолчали, любуясь и поражаясь этой бесконечности. Пофотографировались, побродили, вдыхая непривычные запахи.

– Кто не видел эти степи, тот не поймет душу казаха, его щедрот, широты души. Ведь каждый добравшийся к ним родственник или случайный путник были для хозяев дорогими гостями, принесшими издалека новости. И потому