Иван Пророк ХХ века - Борис Федорович Споров

разбегутся. Но легче от зверей не становится. Не может человек спокойно жить без правды. Хотя и чувствует он, что правда была с ним рядом, как брат родной, а вот когда, где? – не вспомнить. Потому и не может разобраться, где правда – где ложь. Слишком уж много лжи, так что зачастую выдают ее за правду. И даже говорят: у каждого своя правда, значит, всяк человек – правда. А с общей правдой на земле, мол, не прожить, тоска заест.

* * *

Вот и бегал в лесу от дерева к дереву Беспокойный человек – и плакал, когда вдруг деревья зашумели, да так, что шишки с елей и сосен посыпались на землю. Заяц, закинув на спину уши, убежал вон. Белка юркнула в дупло, но тотчас и высунула мордочку: что там? А там ничего: шумит лес, пригибаются деревья, как будто по ним идет некто невидимый. Но скоро все стихло – и тогда прозвучал повелительный голос:

– И что ты все бегаешь? Остановись.

Беспокойный человек остановился и невольно оглянулся по сторонам.

– Кто здесь? – спросил он, но ответа на вопрос не получил.

– Ты плачешь – душа твоя плачет: ты ищешь и не находишь… И не найдешь. Для этого необходимо знать, что есть правда… Ты плачешь потому, что ты утратил правду, ты знал ее, видел ее, ходил с нею рядом, но отказался, отвернулся от нее, забыл ее… Я сделаю так, что ты не будешь плакать – ты вновь станешь Мальчиком Витей и до тех пор будешь таковым оставаться, пока не найдешь отвергнутую правду и не ответишь на вопрос: что есть правда?

И вновь зашумел лес, посыпались с елей и сосен шишки…

Беспокойный человек запрокинул голову, он хотел увидеть того, кто говорил. Смотрел и смотрел вверх и какое-то время не замечал, что он уже Мальчик Витя.

Жалобы зверей

И Мальчик Витя уснул возле пня. Вокруг был теплый мох, сон так одолевал, что глаза как будто склеились, а голова сама собою клонилась. Сладкий сон, такого он не помнил в своей жизни. Даже когда вокруг собрались лесные звери – и они рычали, ворчали, хрюкали, лаяли, пищали, визжали, – Мальчик спал. И тогда сказал Миша-медведь:

– Долго ли мы будем ждать?

Лиса прищурилась и с улыбкой предложила:

– И без него обойдемся…

– Без него… – хлопая одним ухом, хныкнул заяц.

– Так ведь ты, Кума, всех за уши обведешь, а Зайчишке и последнее ухо отхряпаешь, – басовито рыкая, отозвался медведь.

– Да уж, да уж, верно говоришь, Миша, – пропела Лиса. – Это ты травой кормишься, а я уже и мышей всех перевела.

– И не только мышей, – напомнил старый Еж, на всякий случай распушив иголки.

– Да разбуди его, товарищ Волк! – рявкнул Миша.

Волк клацнул зубами, запрокинул вверх морду и взвыл так, что трава волнами пошла.

Мальчик проснулся, протер кулаками глаза, открыл глаза – и засмеялся:

– Сколько вас! – и начал считать, загибая при этом на руках пальцы. Кулаки оказались сжатыми. – Во сколько! Не хватило! – И он потряс кулаками над головой.

Волк тявкнул и холодно сказал:

– Мы сбежались сюда, чтобы ты рассудил нас… Садись на пень и рассуди.

– Но я не влезу на этот пень, он слишком высокий, – с удивлением сказал Мальчик Витя.

Подошел Миша, поднялся на задние лапы, а передними подхватил Мальчика, посадил его на пенек и сам сел рядом на землю, так что их глаза были одинаково высоко.

Лось добродушно покивал рогами.

Подошел товарищ Волк, сел на собственный хвост по другую сторону от Мальчика и злобно произнес:

– Есть жалобы от Зайца и от Ежа. Послушаем, а рассудит нас он, – и мотнул пастью в сторону Мальчика.

Кабан гневно хрюкнул:

– И от меня жалоба!..

Лось ударил копытом в землю, даже зазвенело копыто:

– И от меня!

– Что же ты замолчал, товарищ Волк? – Миша показал зубы. И Волк тоже показал зубы:

– Не дошел черед… Начнем с Ежа.

Еж фыркнул и старчески закряхтел:

– Лиса бесстыжая загубила Ежиху с ежатами…

– Как?! – тявкнула Лиса. – Могу ли я такого колючего и гадкого?!

– Лисавета, не бреши… Знаем, как ты это проделываешь. – Миша зевнул и поскреб когтями свою грудь.

– А теперь Заяц, – продолжил собрание секретарь, товарищ Волк.

– Я протестую – это ущемление прав и клевета! – протявкала Лиса, и хвост ее поднялся трубой.

– Не лай! – гневно рыкнул Миша. – Заяц, ты что молчишь?

– А что говорить – все и так видно. – И Заяц потряс единственным ухом. – Лиса отгрызла.

– Ну, не могу – достал меня и этот клеветник! Да из его ушей только сапоги шить!

– Значит, на сапоги и оттяпала, блудница. – Миша оскалил зубы и зарычал. – Молчать!.. Кто еще?

Лось покачал рогами, тем самым говоря: «А еще я».

– Волк увел моего лосенка…

Волк так и клацнул зубами.

– Он же один по лесу болтался. Думали, приблудный.

– Ты, товарищ Волк, пастью думаешь, – бычась, сказал Лось. – Смотри, подвернешься под копыто…

– Все понятно. Кто еще?

Кабан хрюкнул, и клыки его навострились:

– Товарищ Волк с друзьями кабаниху уволокли…

– Хулиганы, молодежь, резвятся. – У Волка и слюнки из пасти тянулись: хороша, знать, была кабаниха.

– Все. Жалобы обсудили. – Миша зевнул. – Хулиганство, факт: Кабаниху у Кабана уволокли… Однако для нас это обычное дело.

Товарищ Волк оскалил зубы, и все поняли: и Кабана уволокут.

– Не можем мы выпутаться из наших дел… Муравейник. А мне куда, в какую сторону шарахаться… – Миша сокрушенно покачивал головой. – Рассуди нас, мы тебя давно знаем, верим тебе.

Звери навострили уши, они были готовы выслушать правильные слова. А Мальчик сидел на пне, весело болтал ногами и с улыбкой смотрел на зверей. Все они казались ему красивыми и добрыми – и даже товарищ Волк, с круглыми белыми большими зубами, представлялся другом детства.

– Рассудить вас я не смогу, – начал Мальчик Витя, – потому что вы живете в лесу по законам леса: кто сильный, тот и прав. Не Медведю же Лиса оторвала ухо, а Зайцу. И товарищ Волк знает, кого съесть, – лосенка, потому что Лось может копытом зубы почистить… Люди не едят друг друга, но часто друг друга убивают. Одно другого не лучше. Вы могли бы договориться – не задирать слабых. Но придет зверь из другого леса и сделает то, чего не делаете вы. И еще – главное: в лесу нет врачей – вы погибнете от болезней. Ведь поймать легче больного, больных и ловят. Умейте защищаться и хорошо бегать. А еще и сказать нечего…

Звери зашумели: одни были довольны, другие шипели от