Поезда туда не идут - Фёдор Ермолаевич Чирва

Все шло хорошо. Вот теперь бы приехала Саша!

О ней он думал часто. И никак не мог понять, неужели все годы она любила не его, а Макарьева? Отчего же Кондрашов ничего не замечал? Стал замечать уже в деревне, но это он тоже не мог объяснить любовью к кому-то другому.

Если б вернулась она, простил бы он ее заблуждения? Кондрашов этого не знал. Пытался думать, но не получалось. Если она не любила его, жила потому, что вышла замуж, тогда зачем сходиться снова? Ради ребенка? Сложная штука прожить жизнь квартирантами. Но встретиться с Сашей ему хотелось. Выслушать ее, узнать правду. Может быть, погрустить вместе, вспомнив прошлое. Свое прошлое. Но сам искать ее он не хотел. Если б она вдруг приехала в Елес! Ведь никто не знает, почему Кондрашов перестал ездить домой, весь сентябрь неотлучно торчит на участке. Правда, он и раньше не часто отлучался, теперь дел прибавилось, внешне все закономерно. Единственному человеку рассказал он о своей беде — Капитолине Михайловне.

Накануне совещания утром прошел дождь: теплый по-летнему, мелкий. Прибил пыль, обмыл дали степи, расширил горизонт. В этот день можно было закончить укладку бетона на первом шлюзе, но Кондрашов отменил работу, велел всем помыться, побриться, постирать спецовки, почистить машины, чтобы завтра люди и техника выглядели красиво, весело.

После обеда приехал Мухортов. Усталый, мятый. Но довольный.

— Кончил линию, Владимир Борисович! До подстанции довели. Только подсоединить и… — мотнул головой, мол, все!

— Так подсоединяй, Мухортыч! — обрадовался Кондрашов.

— Проверить надо, — возразил тот, но глаза сказали, что ему тоже хочется увидеть на участке свет. И как можно скорее.

— Трансформатор подключен?

— Неделю назад. И вывод готов. Но внутренней линии-то нет! Куда ток пойдет?

Кондрашов сердито сплюнул: не додумались? Собственно, он не ожидал, что линия будет готова к концу сентября.

— А ведь можно проверить! — засмеялся Мухортов. — На подстанции есть прожектор. Повесить на столб и…

— Бери машину, — перебил Кондрашов. — Вези, Мухортыч, прожектор!

Минут через сорок тот привез два новых. Сам надел когти, полез на столб, закрепил. Один повернул стеклом на крайний дом, другой на дорогу к участку. Слез, подключил провода, открыл трансформаторную будку, покопался там.

Неотступно ходил Кондрашов следом, пока Мухортов сказал:

— Все! Завтра опробуем.

— Почему же завтра? — нетерпеливо переспросил Кондрашов.

— Пока поеду на подстанцию, подключу, уже темно будет.

— Но ты же все закончил, Мухортыч! Поедем вместе. Поедем! Ты понимаешь, что такое для нас эти два прожектора? Это не свет, не просто две электрических лампочки, это политика, Мухортыч! Мы должны были строить линию в будущем году, а она уже готова! И не к празднику Октября, как думали, а сейчас готова, раньше срока. Поедем, прошу тебя. Завтра приедет народ, пусть посмотрят, как мы тут разворачиваемся. Садись в кабину, не теряй времени…

— Давай, — устало согласился Мухортов.

Поздно, в сумерках уже, вспыхнули оба прожектора, заливая светом шеренгу домов, дорогу к Елесу. Все повыскакивали из домов — старые рабочие участка, ребята строители, — словно совершилось чудо и прозевать его было бы непростительно.

Утром встречали гостей. Первым приехал Жандарбеков. Вылез из машины, трудно размял плечи, видно, уже наездился за утро по району.

Скоро приехали Пивоваров, Ильяс, главный бухгалтер, начальники отделов треста. Окончательно утрясли план совещания. В первый день двухчасовой осмотр участка, обед, с двух до шести показ комплексной работы на шлюзе, установка опалубки, арматуры, бетонирование. Второй день — совещание: обмен опытом, разговор о передовых методах, о рациональном использовании техники.

— Подготовился ты толково, — похвалил Ильяс Кондрашова. — Шефу понравилось.

— Представь, — признался Кондрашов, — я совершенно не готовился. Дела шли своим чередом.

— Но участок не узнать!

— Через год он будет еще лучше. Все течет, все изменяется.

— Готовим тебя к значку отличника! Пока разговор между нами.

— Лишь бы в трест не переводили, — пошутил Кондрашов.

— О тресте больше нет речи, — пообещал Ильяс. — Семья как, в порядке? Не настаивает жена на переезде?

— Все сейчас зависит от меня, — неопределенно ответил Кондрашов. Значит, Ильяс не знает, что Саша уехала и он сейчас одинок.

Показались машины с представителями строительных участков.

— Иди, встречай гостей, — сказал Ильяс.

30

За окном шел дождь, третьи сутки подряд, не особо настойчиво, то затихая, то снова начиная моросить. Но прогноз радовал: с половины октября ожидалась ясная теплая погода до конца месяца.

Было еще светло, но на столе Жандарбекова горела лампа. В печи весело потрескивал саксаул, из приоткрытой створки шло тепло. Рабочий день окончился, в райкоме сидели только они — Жандарбеков и Кондрашов. Говорили о будущем степного края, о залежах газа, недавно открытого изыскателями, километрах в тридцати от районного центра, о новом рыболовецком хозяйстве на Сыр-Дарье.

Кондрашов заехал решить свои дела по участку, да разговорились, засиделись.

— Хорошо прошло совещание, — говорил Жандарбеков. — Честно говоря, я не совсем ясно представлял практический показ комплексной работы строителей.

Понравилось всем, Кондрашов знал. Пивоваров хвалил участок публично, хотя скуп был на похвалы, все знали.

— Завтра заканчиваем второй шлюз, — сказал Кондрашов. — Сразу же на створе перекроем Елес, пустим всю воду в водохранилище. За осень, зиму и весну наберем не меньше миллиона кубометров. Может, больше, если весенний паводок будет, как в этом году.

— Вы уверены, что новое обязательство реально?

— Три с половиной года? Управимся. — И рассмеялся: — Получается здорово. Строительство совхоза первоначально было рассчитано на шесть лет, вы знаете. Мы сократили срок на два года. И еще на полгода. А я уже думаю о новом сокращении сроков.

Створ готов, сделана половина дамбы, оба шлюза, через неделю произведем взрыв, положим землю на дамбу обвалования. Это восемьдесят процентов всех гидротехнических работ. Готова линия электропередачи, вчера подвели проводку ко всем домам. Собрано четырнадцать домов. Что остается? Строительство второй половины дамбы, поселка, сооружение канала и оросителей. За зиму мы не торопясь заложим фундаменты под дома, зачистим дамбу обвалования, возможно, покопаемся на основной дамбе. Весною начнем сборку домов, а все механизмы и бетон — на дамбу, на канал и оросители. На третий год останется зачистка хвостов. За две зимы и два летних паводка наберем в водохранилище не менее трех с половиной миллионов кубометров воды. Этого достаточно, чтобы начать орошение полей. Третья зима даст нам возможность поднять уровень воды в водохранилище до проектной отметки. Потому есть все основания полагать, что за три года управимся. Надо управиться, Джубан Жандарбекович!

— Было бы превосходно! — воскликнул Жандарбеков. — На днях мы пошлем на участок несколько коммунистов. Есть хороший электросварщик,