Происки любви - Владимир Михайлович Алеников

Так что же их тогда всерьёз объединяет? Настя?

Да, как же быть с Настей?…

– Так что, Витя, делаем? Чего ты задумался? – услышал он неожиданно Люсин голос.

Виктор оглянулся с виноватой улыбкой.

Люся, скептически поджав губы, сидела рядом, позади него в выжидательной позе разместился Стрельцов, который появился позже, уже во время просмотра.

– Не знаю, – искренно признался Гордин. – Ничего пока не могу сказать. Вроде неплохо, но чего-то не хватает.

– Пойдём перекурим это дело, – предложил Игорь.

– Пойдём, – облегчённо согласился он.

– Вить, нам надо кое-что обсудить, – начал Стрельцов, как только они разместились в курилке.

– Давай, – без энтузиазма отреагировал Гордин, – обсудим.

– Ты ведь тогда серьёзно сказал насчёт Олеси, ну, в смысле как бы дал мне отмашку, да? Сказал, что у вас всё закончилось, что я даже жениться на ней могу?..

– И что? – насторожился Виктор.

– Да или нет?

– Ну да, а в чём дело?

– Да ни в чём, просто мы с ней ходили в театр там, в ресторан, довольно много времени вместе провели. Ну, и потом так получилось… В общем, как-то само собой… Короче, я знаю, тебе неприятно это будет услышать, но я хочу, чтобы ты всё знал как есть… В общем, потом, короче, я у неё ночевал… – Игорь подождал немного, чтобы посмотреть, как Гордин отреагирует на эту впечатляющую новость, но поскольку никакой особой реакции не последовало, то он продолжил: – И вчера тоже мы с ней встречались. Она, конечно, необыкновенная девушка. Я с ней впервые в жизни чувствую себя так… полноценно, что ли… Мне с ней всё интересно. И, мне кажется, ей тоже. Мы с ней одинаково всё воспринимаем. Мы знаешь, три часа гуляли, на двери смотрели…

– На какие двери? – не понял Гордин.

– На разные. У старых домов такие двери есть потрясающие. Вот мы их и рассматривали.

– И что же?

– Да, ничего, просто классно, понимаешь?

Выражение «классно» неприятно резануло Гордина. Это было Олесино словечко.

– Понимаю, – через силу улыбнулся он.

– В общем, ты ведь знаешь, что мы с Олей подали на развод, так что уже недолго осталось. Короче, у меня серьёзные планы по отношению к Олесе… Так вот вдруг получилось… Если ты не возражаешь, конечно… Я сам не ожидал. Я хочу тебе сказать… В общем, я тебе очень благодарен, Витя!

Гордин пожал плечами. Происходящая сейчас драматическая перипетия была вполне предсказуемой, Олеся его, в общем-то, предупреждала, но он тогда не отнёсся всерьёз к этой возможности.

Как, однако, далеко всё зашло…

И с какой невероятной скоростью накатываются на него эти события!..

– А как насчёт диалога? – поинтересовался он.

– В каком смысле? – не понял Игорь.

– В смысле на этот раз есть диалог?

– Ах, вот ты о чём, – улыбнулся оператор. – Ну, если серьёзно, то есть, да ещё какой. Мы с ней болтаем без умолку.

– О чём же это?

– Да обо всём буквально. Такое ощущение, что наговориться не можем.

– Вот как? – удивился Гордин.

Болтовнёй без умолку он с Олесей похвастаться никак не мог. Основное своё время (выпадавшее из реальности!) они проводили в постели. А там было не до разговоров.

– А что ты вообще о ней знаешь? – спросил он. – Ты хоть знаешь, например, кем она работает?

– Всё, что нужно, я знаю, – серьёзно ответил Игорь. – Я чувствую, что она мне подходит. И потом, у меня, в конце концов, интуиция есть. А то, чего не знаю, выясню, как говорится, в процессе. А работает она танцовщицей в каком-то клубе, правильно?

Виктор молчал, не зная, что отвечать.

Стрельцов по-своему истолковал это молчание.

– Ты хочешь сказать, что она не просто танцовщица, что она стриптизёрша, да? Я это подозревал. Но это не страшно. Она в любом случае с этими танцами завяжет, я с ней уже об этом говорил. Я хочу, чтобы она фотографией занялась.

– Чем? – окончательно поразился Гордин.

– Фотографией. Я её сам буду учить. У неё, знаешь, такое видение особое, это не часто бывает. Ей только надо в технике поднатаскаться… Я вот хочу сегодня поехать, камеру ей купить, а то я свои посмотрел, ей для начала они никак не подходят. Ну, и «мыльница» её, конечно, тоже не годится. Понимаешь, для начала нужен простой набор…

Гордин рассеянно слушал.

В чём-либо убеждать Стрельцова было совершенно бессмысленно. Ему необходимо увидеться с Олесей.

Причём срочно, немедленно!..

Пока ещё они все окончательно не наломали дров. И так-то не очень понятно, что теперь делать.

В монтажной, когда они вернулись, уже сидел Речевский, что-то оживлённо обсуждая с Люсей.

– Ну что, курильщики, – весело приветствовал он их, – отравились как следует? А у меня для вас хорошая новость. Деньги все уже перечислены, можем приступать. Чего-то не вижу благодарных счастливых лиц! Вы когда будете готовы?

– Мы в общем-то готовы, Володя, но я бы ещё несколько дней попросил, – сказал Гордин. – Надо группу опять собрать, павильон привести в порядок, восстановить кое-что. Давай с понедельника начнём.

– Можно и с понедельника, только не позже, – согласился директор. – Доживём до понедельника, как говорится. Пойдём ко мне, обсудим весь план. И технику, кстати, заодно надо обговорить.

– Вы можете без меня обсудить? – озабоченно посмотрел на часы Виктор. – Игорь полностью в курсе дела, мы с ним всё уже тыщу раз обговорили и расписали. Я просто опаздываю сильно, во ВГИКе у ректора совещание, я обязательно должен быть.

– Как, Игорёк, отпустим его? – добродушно усмехнулся Речевский. – Ну ладно, если должен, так беги. Ты, Вить, береги себя, чего-то у тебя вид усталый. Ты ведь теперь народное достояние, имей в виду. Мне нужно, чтобы ты к съёмкам в самой лучшей форме был.

– Не волнуйся, всё будет в порядке, – кивнул Гордин и обрадованно шагнул к двери.

– Вить, а что со сценой-то решаем? – спросила ему в спину Люся.

– Со стыком этим всё нормально, там как раз получилось… – на ходу, вполоборота, ответил он.

– А вообще?

– А вообще я ещё подумаю. Всем пока.

И он исчез.

Вслед за ним вскоре ушли и Речевский со Стрельцовым.

Люся, так и не услышав ничего определённого по поводу сложенной вчерне сцены, тяжело вздохнула, выражая тем самым подспудное неодобрение своему непредсказуемому любимому режиссёру, достала хрустящее печенье и расположилась пить чай, который как раз вскипел.

Впрочем, долго сидеть в одиночестве ей не пришлось – дверь распахнулась, и в монтажную влетел Юра Федорин.

– Привет! А где Гордин? – спросил он с порога.

– Только что уехал, – спокойно ответила Люся. – Садись, Юра, передохни. Чаю будешь?

– Да нет, спасибо, – озабоченно сказал Федорин. – А почему у него мобильник не отвечает, ты не знаешь?

– Понятия не имею, – пожала плечами Люся. – Может, он его и не включил или дома забыл, я чего-то не заметила, чтобы какие-то звонки были, и сам он, по-моему, тоже никому не звонил.

– А куда он поехал, не сказал, случайно?

– Однозначно сказал. У него во ВГИКе совещание у ректора.

– О, отлично, – обрадовался Юра. –