Дитя Нептуна - Клэр Уингер Харрис

Майлс Джон Брейер, Клэр Уингер Харрис

Дитя Нептуна

A Baby on Neptune 1929

Предсмертное желание

Нельзя не признать, что межпланетная связь всё еще находится в зачаточном состоянии; тем не менее, в этой области уже достигнуты поразительные успехи. Начавшись со скромных опытов Герца в 1887 году, прогресс шел не всегда ровно, но непрерывно. Сотни блестящих умов посвятили этой работе всю свою жизнь. На этом долгом пути было немало эпизодов, полных подлинного человеческого драматизма. Об одном из них и пойдет речь в этом повествовании.

История любого великого достижения отмечена вехами — знаменательными этапами, каждый из которых связан с именем гения. За Герцем последовал Маркони, примерно в 1896 году воплотивший существующие теоретические знания на практике, создав вполне работоспособный беспроволочный телеграф. Его сменил де Форест[1], разработавший около 1900 года трехэлектродную вакуумную лампу, сделав беспроводную телефонию коммерчески оправданной. Затем на протяжении полувека не происходило ничего из ряда вон выходящего; усилия ученых были сосредоточены главным образом на увеличении мощности передатчиков и расширении диапазона радиоволн.

Лишь в 1967 году Такач в Будапеште экспериментально подтвердил предположение ученых о том, что радиоволны, будучи электромагнитными волнами той же природы, что и свет, могут отражаться и преломляться. До Такача у нас не было подходящих материалов для отражения и преломления радиоволн. Используя гигантские кристаллы алюминия, выращенные в Канзасском университете Х. К. Ф. Смитом, и придав им нужную форму, Такач сумел сфокусировать радиоволны с такой же точностью, с какой лучи кинопроектора фокусируются на экране.

С помощью своей четырехмильной проекционной системы он сфокусировал радиоволны такой интенсивности, что их можно было принять на Марсе. Два года спустя были зафиксированы сигналы с Марса, Венеры, а также со стороны Сатурна и Юпитера. Вот как стремительно развивались события.

Вскоре было неопровержимо доказано, что эти сигналы представляют собой попытки разумных существ связаться с нами. Однако к тому времени, когда удалось хотя бы приблизительно понять их смысл, в живых не осталось никого, кто застал бы открытие Такача. Лишь в 2099 году молодая воспитательница детского сада из Корпус-Кристи, штат Техас, мисс Женева Холлингсворт, опубликовала в журнале The Scientific Monthly статью, в которой содержался ключ к пониманию посланий, принимаемых земными приборами в течение ста тридцати лет. Представления о числе, размере, ритме, геометрии, положении в Солнечной системе и периодах обращения настолько просты и настолько хорошо изучены, что поражает сам факт: на их осмысление потребовалось более века.

Хотя основная концепция была проста, разработка действующей системы связи оказалось делом чудовищно сложным и кропотливым. Малютки мисс Холлингсворт давно не было в живых, когда межпланетный код наконец обрел завершенную форму. Если бы она могла увидеть, какие пугающие масштабы приняла её скромная идея, воплощенная на практике, она бы содрогнулась от ужаса.

Однако к началу 2300 года уже велся вполне уверенный обмен сообщениями с Марсом, Венерой, четырьмя лунами Юпитера и одной из лун Сатурна. Лишь с Нептуном была связана одна загадка. Астрономы признавали: физические условия на небесных телах, от которых поступали внятные послания, вполне допускали существование разумной жизни. Но живые существа на Нептуне! Это казалось немыслимым. Эта мрачная и далекая планета была слишком холодной и темной. И всё же оттуда шли сигналы. Являлись ли они посланиями разумных существ — или нет? Никто не знал. Во всяком случае, до сих пор никто не сумел их расшифровать. В приемниках слышались лишь шумы. Но эти шумы были слишком единообразны, слишком настойчивы и ритмичны, чтобы списать их на случайность или не связанные с проявлениями жизни природные явления. Они требовали объяснения — того или иного рода.

Затем, в 2345 году, состоялось первое успешное межпланетное путешествие. За тридцать пять лет до этого отважный исследователь по фамилии Бьеркен отправился к Луне на трансгеодезическом катере, но с тех пор о нём никто ничего не слышал. Поэтому сейчас взоры всего мира с жадным любопытством обратились в сторону Рекса Далтона, физика из Кентукки, 7 января стартовавшего к Венере. Радиостанции, ещё мгновение назад наперебой передававшие последние сообщения о приготовлениях к старту, внезапно разнесли сенсационную новость: в опасном путешествии Далтона будет сопровождать Майрон Колби, знаменитый английский астроном.

Экспедиция Далтона и Колби стало событием, оставившим глубокий след не только в летописях астрономии и физико-математических наук, но и в истории биологии, ибо оно доказало ошибочность прежнего человеческого представления, согласно которому эволюция, развиваясь на двух разных мирах, неизбежно должна идти параллельными путями.

«Пионер» — так называлось космическое судно Далтона — опустился в насыщенную водным парами атмосферу Венеры. Изумлённые пассажиры сквозь прозрачные стенки корабля увидели странное зрелище: под бледными ветвями гигантских, волокнистых, похожих на пальмы растений лежали тысячи огромных червей!

У них были большие головы с выступами, вероятно, служившими им органами чувств. Если совокупность органов чувств образует лицо, то лица этих существ были жуткими и отталкивающими. Они двигались с поразительной живостью — непрерывно дёргались, извивались, стремительно метались взад и вперёд, переплетаясь друг с другом и проскальзывая между соседями. Казалось, они были заняты какой-то чрезвычайно важной деятельностью: многие манипулировали блоками, палками и какими-то предметами, лежавшими возле них. Земляне содрогнулись от отвращения при виде этой склизкой массы.

Через несколько минут корпус их корабля нагрелся так сильно, что ради собственного спасения им пришлось включить холодильную установку, предусмотрительно захваченную именно на такой случай. Подняв корабль выше, они некоторое время кружили над поверхностью, высматривая города, разумных существ, хоть какие-нибудь признаки цивилизации, но, не найдя ничего, кроме склизких тварей, снова опустились на поверхность. Поблизости от них копошилось ещё одно скопление необычайно деятельных червей. Внезапно в их рации прозвучало сообщение, переданное межпланетным кодом:

— Эй! Вы — разумные существа в хрустальной сфере, что свалилась с неба?

Далтон ответил кодированным сообщением:

— Мы — люди с планеты Земля. Где нам вас найти?

Оба мужчины в немом изумлении замерли, когда рация отозвалась:

— Вы уже среди нас, вы смотрите на нас. Выходите. Мы хотим рассмотреть вас поближе и понять, так ли вы цивилизованны, как мы.

Ученые в замешательстве переглянулись.

- Сначала лучше проверить атмосферу, — предложил Далтон.

К этому они подготовились заранее. Между двойными дверями шлюза располагался отсек, куда во время космического полета складывались все накопившиеся отходы. Сначала открывалась внутренняя дверь, мусор помещали в камеру, и дверь задраивали. Затем с помощью электроприводов