Четыре года до Солнца - Алексей Котейко

– Ну, вон та. В третьем ряду, у окна, с краю, – уточнил француз.

Ирландец посмотрел в указанном направлении. У окна сидела миниатюрная шатенка, сосредоточенно нахмурившаяся и внимательно слушавшая каждое слово лектора. Девушка скрестила на груди руки и от напряжения даже покусывала ноготь большого пальца.

– Старательная какая! – оценил Леон.

– Или голодная.

– Тоже может быть, – усмехнулся француз. – Ну, у меня в рюкзаке ещё много всего осталось! Всего-то месяц потерпеть.

– …жёлтый карлик Альфа Центавра A – звезда того же типа, что наше Солнце, но ярче и крупнее него. Вокруг неё вращается семь планет, из которых три расположены в зоне обитаемости, и все три заселены таури. Именно заселены, – капитан сделал паузу, ещё раз оглядывая кадетов. – Там кислородная атмосфера, пригодная и для нашего дыхания. Херренкимзе – ближайшая к звезде, немногим больше Земли, планета тысячи островов, как называют её сами таури. Здесь нет материков, только большие и малые острова среди преимущественно мелководных морей…

– Я думал, нам будут рассказывать про оружие и технику, – вполголоса заметил Гилфрид. – А не школьный курс астрономии.

– Погоди, ещё расскажут, – утешил его Арно. – Это ты у нас, похоже, всезнайка. Посмотри вокруг – тут некоторые будто в первый раз слышат об Альфе Центавра и таури. Некоторые, кажется, даже не знают, что Земля – планета, а не одно из поселений.

– …Линдерхоф. Невысокие горные системы, озёра и леса. Таури колонизировали эту планету, по всей видимости, последней, и природа её осталась практически нетронутой. Наконец, Нойшванштайн…

– «Большая Берта», – проворчал Леон.

– Почему «Большая Берта»?

– Десантники прозвали. Какой-то немец из экипажа первой межзвёздой экспедиции назвал планету в честь замка в родной Баварии.

– Это я знаю, – нетерпеливо заметил Гилфрид.

– Я читал, что замок Нойшванштайн считается одним из самых красивых строений на Земле, – вмешался Юхан. – Только он вроде как ненастоящий замок – ну, в смысле, он никогда не был крепостью и…

– Короче, – прервал шведа Арно. – У немцев в своё время были огромные пушки, которые они называли Берты. Не помню точно, в какую-то из мировых войн. Ещё до колонизации Марса и Венеры. Говорят, стреляли снарядами в несколько тонн, сносили любое укрепление, как карточный домик. Ну а Нойшванштайн до своего «физического» открытия на месте назывался Альфа Центавра A b. Вот шутники из десанта и перекрестили его в «Большую Берту». Мол, такой же опасный, и к тому же в пять раз больше Земли.

Леон поймал неодобрительный взгляд капитана и тут же смолк, чинно выпрямившись на скамье. Лектор выждал паузу, сверля француза глазами. Затем продолжил:

– Таури происходят от здешних рептилий. По оценкам наших учёных, так могла выглядеть разумная раса на Земле, если бы ей дали начало, скажем, троодоны…

Глава 5. Космическая геополитика

С тех пор, как человечество пережило свою последнюю мировую войну, армия всегда была вне политики и вне отдельного государства. Однако не следует верить тем, кто называет Солнечный Альянс «государством внутри государства» и «серым кардиналом трёх планет».

Забота армии – это благополучие и мирная жизнь всего населения Солнечной системы, а, заглядывая в будущее – и всех человеческих миров. Армия – самый яркий и выдающийся пример бескорыстного служения людям. Пример упорядоченной и чётко работающей системы, в которой общее благо всегда стоит превыше любых личных интересов.

Г. О'Тул «Полвека в строю: воспоминания звёздного маршала»

Гилфрид украдкой оглядел ряды слушателей. Арно был прав: для немалой части новобранцев тема лекции оказалась настоящим открытием, словно они вовсе не посещали школьные уроки. Другие, как сам О'Тул, слушали вполуха, поскольку информация была им знакома. Третьи – таких было меньшинство – внимали каждому слову капитана, будто тот ставил им боевую задачу.

– Таури уже несколько столетий используют межпланетные перелёты и вполне освоили свою звёздную систему. Четыре из семи её планет вне зоны обитаемости, но и на них есть большое количество добывающих и производственных комплексов.

Повинуясь движениям руки с манипулятором, на экране сменяли друг друга кадры фотосъёмки, сделанные спутниками-шпионами. В основном это были безжизненные пейзажи внешних планет, на которых тут и там виднелись скопления едва выступающих над поверхностью куполов.

– Сделав пояс Акерана своей базой, мы теперь можем более эффективно наносить удары по промышленной инфраструктуре таури. В нашем распоряжении оказался ценный источник необходимых ресурсов, и уже сейчас на астероидах идёт строительство опорных пунктов. В будущем там смогут проходить ремонт наши космические корабли, разместятся системы снабжения – причём значительную часть всего необходимого мы начнём производить на месте, а не доставлять с того же Мимира, и тем более из Солнечной системы.

– Кроме людей, – едва слышно проворчал себе под нос Арно.

– Наконец, – продолжал капитан, – до сих пор наши рейды к трём планетам таури носили лишь эпизодический характер, и не давали ощутимого эффекта. Свои обитаемые миры противник окружил мощной защитой, чтобы взломать её, нам потребуется привлечь гораздо большие силы, чем те, что уже задействованы в операциях.

– И да здравствует звёздный десант, – не скрывая ироничной насмешки в голосе, прошептал француз.

– Звёздному десанту отводится в этом вопросе ключевая роль. Нет никакого смысла уничтожать пригодные для жизни планеты и превращать их в отравленные радиацией пустыни. Таким образом, наступление на таури в первую очередь будем вести мы – высаживаясь на поверхность трёх миров – и планетарные силы космического флота. Лёгкие летательные аппараты и преимущественно химическое, либо электрическое, оружие.

– К тому же тысяча флажков, отправленных родне вместе с соболезнованиями, стоят дешевле одной кварковой бомбы, – Леон покусывал нижнюю губу. Заметив обеспокоенный взгляд Гилфрида, француз дёрнул щекой и криво усмехнулся:

– Да я так. Не бери в голову.

– Каждый из вас сможет внести вклад в общее дело. Звёздный десант – это щит и меч Альянса. Те, кто отправятся в систему Альфы Центавра, окажутся на передовой, но и вклад тех, кто встанет на страже мирного труда и жизни в Солнечной системе, не менее значим, – капитан оглядел зал, однако особого энтузиазма его слова у кадетов не вызвали. – Вопросы? – сухо поинтересовался лектор.

Поднялось несколько рук – и в том числе подняла руку приглянувшаяся Леону шатенка. Капитан благосклонно кивнул ей и девушка встала, хотя даже стоя оказалась не очень высокой.

– Сэр, зачем нам Альфа Центавра? – голос у шатенки был звонкий, и Арно, с отсутствующим видом пялившийся на экран, тут же ожил, будто его тоже заинтересовала тема вопроса.

– Кадет?

– Амалия Невельская, сэр.

– Хороший вопрос, кадет, – капитан ещё одним кивком усадил девушку на место. – Мы, люди, не искали этой войны. Не