Полдень XXI век 2002 №2 - Журнал «Полдень XXI век»

но нигде не сказано, что они проводят отдельно от родителей весь день. В «Новой Атлантиде» Фрэнсиса Бэкона описан пышный праздник семьи, на котором все домочадцы и лично король восхваляют отца многочисленного семейства, а сам отец благословляет своих детей и внуков, дает им советы и при необходимости помогает выпутаться из затруднений.

В западных утопиях детей также не обобществляют («Люди как боги» Герберта Уэллса), это происходит только в антиутопиях («Дивный новый мир» Олдоса Хаксли).

Итак, идея интерната как идеального места воспитания ребенка — порождение советской фантастики{4}.

Здесь не проходит ссылка на ужасную участь детей в алкогольных, нарко-зависимых или, попросту, чересчур авторитарных или невротических семьях. Современные интернаты также далеки от идеала. Но мы ведь говорим не о том, что есть, а о том, как должно быть.

Понятно, что обитатели Утопии желают своим детям только блага. Понятно, что они не будут использовать детей для «отыгрывания» своих застарелых комплексов — у них таких комплексов просто нет. Понятно, что они не пожалеют ни времени, ни сил, чтобы вырастить детей достойными людьми. Понятно, что при необходимости они с энтузиазмом будут учиться в «Школах материнства и отцовства», дабы не навредить детям из невежества.

И все-таки детей у них отбирают.

Похоже, так упорно помещать детей будущего в интернат заставляют писателей-фантастов по меньшей мере две идеи:

недоверие к дедуктивному (восходящему от частных случаев к более или менее общим закономерностям) опыту каждой семьи и предпочтение индуктивного (от общих постулатов к частным методикам) опыта педагогической науки;

вера в изначальную «недоброкачественность» ребенка. В некоторое загадочное сопротивление материала, которое необходимо победить. «То, что наиболее естественно, то наименее всего подобает человеку».

Понятно, что подобное мнение возникло из-за некоторых социальных, политических и идеологических соображений. Однако соображения эти давно потеряли силу, а странные педагогические идеи до сих пор будоражат умы.{5}

Вероятно, беда в том, что как российская культура, так и психология с педагогикой были отлучены на семьдесят лет от основного потока и в результате не только пошли своим путем (что не всегда плохо), но и потеряли возможность видеть себя со стороны и вступать в здоровую полемику с оппонентами (а это уже чревато). В частности, совершенно не получил у нас развития детский психоанализ, и таким гениальным психологам, как Выгодский, Эльконин или Гальперин, оказались доступны, по сути, лишь бихевиористские и социологические методы исследования.

Однако фантаст на то и фантаст, чтобы брать интуицией и воображением там, где отказывает точное знание. Если у вас есть ребенок, если вы проводите с ним достаточно времени и стараетесь подойти к процессу воспитания непредвзято, руководствуясь не теорией, а конкретным «жизненным материалом», это без сомнения избавит вас от многих иллюзий и натолкнет на некоторые здравые решения.

Почему же лучшие умы и сердца Отечества до сих пор считают детей маленькими животными, а детство — тяжелой болезнью, требующей немедленной госпитализации?

2. Ребенок — чудовище

Рассказывает одна мама:

«Увидела на лотке журнал “Счастливые родители”. Не удержалась, спросила: “Это что, про спящих детей?”»

В унисон с ней отзывается отец, оставленный на сутки наедине с годовалой дочерью: «Хороший ребенок — спящий ребенок».

Еще одна многодетная, а потому более опытная мама его поправила: «Хороший ребенок — смеющийся ребенок, а спящий ребенок — ангел».

В этом что-то есть. Спящий ребенок (любого возраста) действительно вызывает лишь умиление. Мы видим, насколько он беззащитен, мал, несовершенен, и чувствуем готовность сделать все ради его счастья. Однако ребенок просыпается, и мы с удивлением обнаруживаем в себе совсем иные чувства: тревогу, раздражение, гнев. В его глазах мы читаем упрямство, самоуверенность и готовность противостоять нашим благим намерениям. Он ведет себя так, что мы понимаем: надо начинать воспитание немедленно, иначе «мы его потеряем».

Перед вами отрывок из книги Леонида Пантелеева «Наша Маша»:

«...Были у меня сегодня с Машкой и огорчения. Да, как это ни странно на первый взгляд, а отношения с десятимесячной дочкой у меня довольно сложные.

Иногда мелькнет в ее глазах бесенок, очень хорошо знакомый мне. Упрямство, настырность, дух противоречия... Казалось бы, смешно говорить обо всем этом, когда речь идет о десятимесячном ребенке. Но тем не менее я могу утверждать это: характер девочки уже очень отчетливо виден.

Играем с ней. Она у себя в кроватке, ходит, поднимает игрушки, передает их мне. Настроена благодушно, улыбается, счастлива, что я рядом. И вдруг выскакивает откуда-то бесенок. Машка засовывает палец в рот. Это ей вовсе не требуется, она уже давно вышла из того возраста, когда ребенок все, что подвернется под руку, сует в рот. При этом она смотрит на меня с вызывающей, наглой улыбкой. Дескать, ну что ты скажешь? Вот хочу, сунула и буду держать палец во рту сколько душе угодно.

Я говорю:

— Нельзя!

Она засовывает палец еще глубже. Я выдергиваю изо рта ее руку.

Она тотчас же сует ее обратно.

Повторяться это может до бесконечности.

Говорят: "Бить надо по ручке в таких случаях". Нет, бить я ее не буду ни при каких случаях. Но как побороть это демоническое упрямство? Пока я вижу только один способ: я поворачиваюсь и выхожу из комнаты. И тотчас же за спиной раздается жалобный рев. За день это повторяется раза три.

Иногда, когда бесенок дремлет, бывает и по-другому.

Машке действительно понадобилось сунуть палец в рот. Мало ли зачем — зачесалась десна, в зубик что-нибудь попало. Девочка уже тянет палец ко рту и вдруг вспоминает что-то, быстро взглядывает на меня и — отдергивает пальчик...

Показалось, что поняла...»

Да, воспитание начинается (должно начинаться) гораздо раньше, чем думают многие родители. «Она еще маленькая» — самая страшная, самая вредная, антипедагогичная формула, какую только может выдумать человек, имеющий дело с детьми.

Действительно, ситуация ужасающая. Не иначе как злой демон посоветовал маленькой девочке засунуть свой собственный палец в свой собственный рот. Какая наглость — полагать, что можешь сама распоряжаться собственным телом (а ведь это практически единственная «собственность» ребенка до года). Разумеется, ее отцу виднее, когда это движение вызвано суровой необходимостью, а когда оно — проявление врожденной испорченности натуры. И родитель тут же находит средство спасения. Нет, он не бьет ребенка, ведь побои могут вызвать у малыша с сильным характером еще большее сопротивление. Он просто оставляет девочку одну, тем самым сообщая ей: «Если ты не позволишь мне себя контролировать, я не буду о тебе заботиться». При этом девочке 11 месяцев, то есть она недавно перешагнула через 8-месячный