Солдаты Сумерек - Владимир Валериевич Стрельников

десятков, не меньше. И что самое страшное: двигались они все совершенно одинаково. Как будто отражения в зеркале. Вот тут-то я и смекнул, что дело было не чисто. Это же натуральный колдовской морок! Кто-то из этих всадников Шансона был чародеем. Послушники начали отбиваться от волков, но их удары были бесполезны. Мороку-то что будет! Но и эти призрачные волки ничего не могли им сделать. Хотя истошный крик слева показал, что хотя бы часть зверей была настоящей. «Плевать на волков! Людей бьём!» — заорал я. А те продолжали стрелять по ногам нашим мальчишкам. То один, то другой обездвиженными падали на дорогу. Но часть послушников всё-таки смогла броситься вперёд. Да там и было-то всего футов сорок. И вот тут этот чародей себя проявил. Как шарахнул синей молнией в Анри Веснушчатого. Того аж разорвало изнутри. Тогда-то я и понял, кто ворожил оборотням — сам Серый Странник. Только его чародейский меч мог бить синей молнией.

— Что за Серый Странник? — голос шевалье д`Бира неожиданно осип. Он только сейчас понял, насколько непосильную задачу взялся выполнить.

— Была, командир, такая тварь. Уже без малого полтораста лет на свете шастала. Постоянно меняла обличья, мороки наводила ещё те. Вроде бы и не служила напрямую Врагу рода человеческого, но зато всю богомерзкую волшбу по свету собирала, да осваивала. Эта синяя молния её персональным чудом была. Больше никто пока такого знания не проявлял.

— Почему ты говоришь «была»?

— Да грохнул я её. Как ту молнию увидел, так и понял — вот она, наша главная цель. А оборотни эти без Серого Странника так, тьфу и растереть. Саму же богомерзкую тварь надлежало изничтожить любой ценой. Вот я сам на него и кинулся. Обличьем-то на сей раз Странник плюгавеньким маскировался. Толстячок такой невзрачный. Но меч свой приметный, тонюсенький спрятать не удосужился. Больше всего я боялся, что он и меня синей молнией приложит, что не успею. Пока бежал, лишь об одном молился — успеть! И Господь снизошёл, до меня, грешного. Как свинью на вертел я этого Странника на своё копьё нанизал. Да так к дубу и пришпилил. Как же он заверещал! А бочонок-то, что Вы взять разрешили, я за спиной всегда носил. Тогда же перекинул вперёд, да о башку-то его лысую и рассадил. Странника всего огнесмесью залило. Выхватываю из кармана кремни (они, если помните, у меня в железную полосочку вделаны), да о свой наруч. Видать от азарта так удачно приложил, что искры так и сыпанули. Вот только не учёл, что и сам был в огнесмеси. Так вдвоём с чародеем и загорелся. Но он-то на копье висит, а я вольный. Упал на землю-матушку, и ну по ней кататься. Сбил с себя пламя.

Хельмут замолчал.

— А дальше?

— Не знаю, привиделось или вправду было. Но оборотень тот возле меня оказался. Опять живёхонек, а в руках у него не простая секира, а «Ягерен».

— Какой Ягерен?

— Легендарное оружие драугара Грельфара. Кровушки людской на нём...

Шевалье д`Бир понял, что прежде, чем соглашаться возглавлять «Гнев Господен», ему следовало хотя бы изучить всё, что касалось предполагаемых врагов. Про драугаров он кое-что слышал. Даже имя Грельфара как-то цеплял слух, когда в каком-то трактире посетители травили вечерние страшилки. Вот только воспринималось всё это как-то несерьёзно. Некими сказками для взрослых. А оно вон как вышло! Сказки эти неожиданно прямо на ловцов вышли. И убили их.

— Так тот оборотень был Грельфаром?

— Не думаю, ваша светлость. Секира-то его вся в окалине была, но с новым древком и без алмаза. Сдается мне, что этот оборотень Грельфара как-то победил и оружием его завладел. То есть тоже, вроде нас, сработал. Нечисть истребил... Вот этим «Ягереном» он по мне и звезданул. Да так, что я, не хуже вас, отключился. Когда очнулся, Серого Странника на дубу уже не было. Куда он делся — не знаю. Если бы сгорел, то хотя бы скелет должен был остаться. Ребята наши валялись посечённые, и все — без оружия. Некоторых вообще не было. Как я понял, живых шансоновцы в плен взяли. На месте их рубки с отрядом отца Арно я нашел этот обломанный топор, привязал его к палке и пошёл обратно. Так на Вас и набрёл.

Хельмут грустно замолчал. Да и что можно было ещё сказать. Неожиданно он насторожился, свернул в чащу и ломанулся напролом.

— Что ты делаешь?!

— Тише, командир. По дороге кто-то едет. Если это шансоновцы, нам с ними лучше не встречаться. Вообще ни с кем сейчас лучше не встречаться. Надеюсь, глубоко в лес они за нами не полезут.

* * *

Когда почуявшие Вольфа собаки Шансона зашлись истошным лаем, измученный Володька не выдержал и радостно расхохотался. Наконец-то они были дома! Но неожиданно волк с силой ударил его в грудь, и не ожидавший такой подлости барон кубарем покатился по мерзлой земле. Буквально в следующую секунду над ним что-то звонко щелкнуло. Слегка повернув голову, Феоктистов рассмотрел зловещее оперение стрелы, глубоко вошедшей в ствол дуба.

— Кажется, попал! — донесся со стороны предполья неуверенный голос Логина, одного из бывших латников де Шансона.

«Не понял! У них там что, переворот, что ли опять?» — с тоской подумал Володька, стараясь не выдать себя неосторожным движением.

— Сиди, карауль, а я предупрежу сэра Грома! — донесся знакомый баритон Дэниэла Скотта.

— Эй, Скотти! Что за придурочные шутки? — решился подать голос Феоктистов. Затем осторожно поднялся и перехватил меч обеими руками:

— Я сэр Владимир Кальвадосский Волк! Второй владетель этого феода. И я спрашиваю — по чьему приказу меня обстреляли?!

— Кто-кто?! Сэр Волк? — впереди, словно из-под земли выросла фигура командира латника. — Это действительно Вы?

— Нет, блин — конь в пальто! Конечно, я! Какого хрена? Что за пальба?

«Молодцы!» — мысленно похвалил стражников рыцарь: «Второй из засады не вылез, держит меня на прицеле». Скотт осторожно приблизился. Пока он шел, Феоктистов постарался незаметно спровадить Вольфа. Зверь оказался толковым и быстро юркнул за ближайший куст. Стражник долго недоверчиво осматривал ободранную, обожжённую фигуру, заляпанную засохшей кровью и грязью. Впрочем, «Ягерен» за спиной был наилучшей визиткой.

— Сэр Волк!!! — наконец радостно закричал Дэниэл. — А мы уж Вас и увидеть не чаяли!

— Отбились, с Божьей помощью. Еще восемь живых со мной. Даже трофеи и пленники имеются!

— Извините. Но мы сегодня