Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

Когда она, нехотя, приземлилась на место Райана, я даже улыбнулась ее подобному поведению и не удержалась:

— Я тоже очень рада тебя видеть, Оддэт, — тихо похихикала я.

Когда химичка наконец-то разобралась с тем, что натворил Тэд, который покраснел сильнее, чем покрасневший от стыда помидор, она наконец-то раздала нам задания и чуть ли не перекрестилась, надеясь на нас и наши знания, которые она вливала в нас целых три месяца.

Мы с Оддэт приступили к работе. Сначала все было более или менее нормально, но потом, когда я решила, что нужно переходить к следующему заданию, а Оддэт настаивала на том, что мы еще не закончили с первым, мелкая ссора переросла в нечто большее.

— Ну конечно, Солэнклэр! — Чуть ли не на весь класс воскликнула Оддэт. К счастью, все галдели, да и химичка периодически включала ультразвук (пищала так, что аж колбы лопались), так что особенно выпад Оддэт замечен не был. — Ты же знаешь все лучше всех и всегда!

Я уставилась на Оддэт, как на умалишённую, ведь прекрасно поняла ее неприкрытый намек на то, что она вообще-то совсем даже не о химии.

— Оддэт, что происходит? — Тихо спросила я.

Раздражение читалось во всем: в том, как она швырнула свою ручку на стол, пнула свою сумку каблуком, когда клала ногу на ногу, как вздыхала яростно и ожесточенно. Но спустя несколько мгновений в ее голове как будто бы пронеслась целая буря мыслей, которые ей с некоторых пор начали греть душу, и вот она уже расслабленно улыбнулась, взглянув на меня несколько загадочным и неопределенным взглядом.

— Что ты имеешь в виду? — Ласково поинтересовалась она.

— Я имею в виду твои смены настроений, — объяснила я. — Мне казалось, мы все выяснили.

— Выяснили, — хмыкнула Оддэт и покачала головой. — Да уж, конечно выяснили.

— Оддэт, — я придвинулась к ней чуть ближе, — зачем ты так? Я же ничего плохого не делала, зла тебе не желаю. Мы же раньше дружили, почему ты внезапно так сильно изменилась?

Оддэт продолжала некоторое время с интересом разглядывать доску, якобы сверяясь с заданиями, но я знала, что она раздумывает над моими словами. Больше она не злилась, это было скорее что-то, что она знала. Мне это не нравилось, потому что я в действительности не знала, о чем она там думает. Вдруг еще одна петля и она снова дуется без причины?

— Знаешь, Вилу, — внезапно заговорила Оддэт и меня удивила ее «Вилу», — еще год назад я так загонялась на тему учебы, популярности и прочей чепухи. Мне было так важно соответствовать, быть своей. Но знаешь, что? Ведь это же все так неважно, когда есть вещи гораздо более серьезные и важные, чем эта шелуха.

Шелуха? Я была удивлена слышать эти слова от Оддэт сейчас, ведь эта «шелуха» была для нее смыслом жизни. А теперь? Что же у нее случилось?

— Более серьезные — это какие? — Осторожно поинтересовалась я у нее.

Оддэт лишь ухмыльнулась и смерила меня несколько брезгливым взглядом. Да, это было неприятно, особенно, если учитывать, что именно такими взглядами одаривали Оддэт те, кто не принял ее признание как белый флаг и до сих пор продолжают видеть в ней предателя мирового масштаба.

— Что я тебе сделала?! — Не выдержав, выпалила я.

— Ты? Мне? — Удивление было притворным, но как хорошо сыграно. — Да ничего особенного.

— Тогда чего ты смотришь на меня то волком, то так, как будто я последний слизняк на земле?

— С чего ты это взяла? Мир вообще-то не вертится вокруг тебя.

— Да я это знаю, — отмахнулась я, — тогда чего ты дуешься?

— Вилу, не говори глупостей, я не дуюсь. Это ребячество.

— А ты у нас, прям, внезапно стала такой взрослой, так ведь?

— Что это еще должно означать?

Оддэт, и правда, держалась так, будто бы умудренный опытом родитель разговаривает с нерадивым дитем.

— А то, что ты ведешь себя так, будто за лето прибавила лет двадцать. Оддэт, пожалуйста, просто скажи мне, что происходит. Я уже устала от твоих бесконечных драм и беспочвенных обвинений.

— Да-а-а, это говорит мне та, кто строил все свои отношения на абсолютной лжи, — с укором протянула она.

— О чем ты?

— А о том! — Вспышка гнева была какой-то чересчур агрессивной. Я даже не ожидала от Оддэт такого. Но по принципу действия ее внезапных изменений, через мгновение она уже снова была той, кем ей так хотелось казаться. — Ты считаешь, что знаешь все на свете, думаешь, ты можешь принимать решения за других, знаешь меня, о чем я думаю, что меня волнует, так ведь?

— Я этого не говорила…

— …но дело в том, что ни черта ты не знаешь, Солэнклэр! Ты всегда только притворялась и ничего больше.

— Оддэт! — Все пыталась призвать ее рассказать мне правду, а не говорить пустыми загадками я.

— Да, я была глупой, когда доверяла тебе, когда рассчитывала на твою поддержку и не подозревала, какие у тебя истые мотивы.

— Какие еще мотивы?

— Но знаешь, что? Теперь ты должна запомнить одно: ты не единственная во всем мире, кто хочет чего-то достигнуть и чего-то добиться.

— Да о чем ты говоришь?!

— А о том! О твоей бесконечной лжи! О твоих секретах, о которых ты всегда умалчивала! О том, как ты притворялась и обманывала всех вокруг!

— Когда я тебя обманывала?

— Не притворяйся больше! — Злость стала очевидной. — Я знаю, кто ты и зачем ты сюда приехала! — Мне захотелось крикнуть на Оддэт и заткнуть ее, ведь ее ор уже становился более очевидным и еще чуть-чуть и все будут слушать. — Ты оказалась хуже их всех. Да, меня ненавидели, да, меня гнобили и избегали, смотрели как на мусор, оскорбляли и подстраивали отвратительные приколы! Но! Они, по крайней мере, были честны! А ты!

Выдохшись, Оддэт смогла только покачать головой и отвернуться. Ее колотило в приступе гнева, это было странно, но более очевидно, чем ее лицо «я спокойна и умиротворена». Было ясно, что внутри нее бушует буря, зачем же тогда она пытается показать мне, будто это совсем не так?

— А что я? — Спокойно уточнила у Оддэт. Она только взглядом в меня стрельнула. — Ты ведь забываешь все то, что я сделала для тебя, так ведь? Да, я не идеальна, но давай начистоту: когда я лично тебе напакостила? Когда я тебя макнула в грязь и обвинила тебя в том, что ты лгунья и стукачка? Когда я тебя гнобила и избегала, смотрела как на мусор или оскорбляла? Я, конечно, понимаю, что не святая, но давай начистоту: я старалась быть