Меч света - ГоЛеон

– Ладно-ладно, не бубни…

Король подошел почти вплотную. Я уж подумал, что полезет обниматься, но он сдержался, лишь завел руки за спину.

– Ты уже не тот заблудившийся, что дорогу искал, – сказал он. – Возмужал, окреп, команду достойную собрал. Ну, рассказывай.

Во время неспешной прогулки по парку, растянувшейся почти на час, я рассказал королю все. Он слушал молча, лишь изредка кивал, а когда мы вернулись, позволил оставить орлов в королевском стойле, а сам в приподнятом настроении направился к себе.

– Ваше высочество, – окликнул я его перед уходом. – Вы все еще сомневаетесь?

– Думаю, если ты все еще жив и все еще идешь вперед, шанс есть, – бросил он напоследок.

Гёте, не теряя времени, махнул на прощание и убежал домой со словами: «Раньше начну – раньше закончу».

Линель и Донис направились в город, подыскать нам комнаты, чтобы было где остановиться перед дальнейшим путем. А меня все тянуло кое-куда. Очень уж хотелось заглянуть к одному старому знакомому. Тому самому, кто когда‐то отправил по мою душу пару неудачников.

Когда я вошел в трактир, он уже работал: по залу ходили посетители, слышался звон кружек и чувствовался запах поджаренного мяса. За одним из столов сидел Иртас – тот самый охотник, что когда‐то продал мне карту за пять золотых. Он даже не поднял головы; конечно, он меня не узнал. Я и сам едва бы себя узнал. Я уже не тот парень, в джинсах и кроссовках. Словно прошла не пара месяцев, а целая жизнь.

Я подошел к барной стойке и кивнул стоящему за ней парню. Тоже внушительных размеров, но все же не тот, кто мне был нужен.

– Мне бы хозяина увидеть, – спокойно сказал я, стараясь не вызывать лишних подозрений.

– Так я вместо него, – пробасил тот. – Дядька Вэнэр, как уехал тогда, меня за старшего оставил. Вот только с тех пор не вернулся.

– А куда уехал? – не отступал я.

– Да кто ж его знает. – Он всем видом давал понять, что разговор ему не по душе.

– Я знаю, – вдруг откликнулся подвыпивший мужик, сидящий неподалеку.

– Да что ты можешь знать, – отмахнулся парень. – Не слушай его. Набрался, теперь и несет всякое.

– Молчи, щенок, – рыкнул тот, ударив кулаком по стойке так, что подпрыгнули кружки. – Ты еще под стол пешком ходил, когда мы с ним…

Он осекся. Словно провалился в память. Я без слов, жестом, велел трактирщику наполнить ему кружку заново и положил на стойку золотой, прижав его пальцем. Мужик понял намек. И все рассказал.

После неудачного покушения на меня Вэнэр направился к Белому, предупредить его о Страннике. Получается, в ту самую ночь, когда мы с Гёте и Линель разнесли весь их лагерь, он был там. Я тогда не узнал его в суматохе, да и не всматривался в лица. А потом… потом люди Понто всех перебили. Выходит, моего обидчика больше нет.

Я убрал палец, оставив монету на столе, и вышел из трактира, не озвучивая никому то, что случилось на самом деле. Я направился прямиком к Гёте.

Зайдя в дом, застал гнома за генеральной уборкой. Работы еще оставалось немало, но перемены были заметны. Грязная, пыльная берлога, в которой когда‐то жил пьяница, постепенно превращалась в уютное жилище, где раньше жила семья гномов.

– Ты бы сказал, мы бы помогли, – бросил я, поднимая с пола полотенце. Стряхнув с него пыль, я повесил его на спинку стула.

– Вот еще, – буркнул он, как обычно, – будут тут всякие в моих вещах копаться.

Я только улыбнулся. Это же гномы, у них всегда так. Вчера он за тебя в огонь, а сегодня ты уже «всякий» или кто похуже.

– Ну, смотри сам… А где теперь Линель искать?

– Да ясно где, – отозвался он, не отрываясь от дела. – В «Важной птице». Там знать и послы обычно останавливаются, когда к королю приезжают.

Я кивнул и спокойно вышел. Направился к гостинице. Я ее уже видел раньше, правда, тогда решил, что это здание торговой гильдии или какой‐нибудь союз ремесленников.

Я понимал Гёте. Он действительно верит, что скоро его семья вернется домой. А там бардак, запах прокисшего пойла, тяжелый воздух прошлого… Признаться, я разделял его веру. Полностью. Во-первых, я знал: их можно спасти. Правда, пока не знал как. А во‐вторых, другого варианта у нас просто нет. Ни у кого из нас. Разве что у Дониса. Он возродится у камня, при дворе Мораса.

Гостиница «Важная птица» располагалась на центральной площади и сразу бросалась в глаза. Высокое здание с беленым фасадом и крышей, выложенной черепицей цвета красного вина, выглядело так, будто каждый камень в кладке знает цену себе и тем, кто в нем ночует. Над входом, на массивной дубовой вывеске, был вырезан гусь в цилиндре и с моноклем, важно выпятивший грудь. Окна – высокие, с витражами в верхней части, украшенные тяжелыми шторами из бархата. Перед входом – колонны, между которыми шныряли слуги в одинаковых жилетах, стараясь не смотреть никому в глаза. У входа – два широких крыльца с ковровыми дорожками, без единой пылинки на перилах. Тут пахло не едой, как в обычных трактирах, а деньгами и безмятежностью. Даже гусь на вывеске, казалось, всех оценивал, будто заранее знал, кто достоин постоя, а кто лучше бы прошел мимо.

Как только я сделал шаг на лестницу, ко мне тут же подскочил коридорный, молодой, расторопный, в идеально выглаженном жилете, и с почтительным поклоном предложил взять мою сумку. Я – по вполне понятным причинам – отказался и направился внутрь.

В просторном лобби, утопающем в золотистых тонах и ароматах дорогого дерева, восседал Донис. Он с важным видом листал утреннюю газету и с ленивым удовольствием покуривал сигару. Мимо сновали богачи и молодые красотки, бросая на него беглые взгляды. Если бы они только знали, кто он на самом деле, возможно, уже собирали бы чемоданы и искали ближайший выезд из города.

Увидев меня, Донис встал, подошел и демонстративно обнял, будто встречал давнего партнера. Только теперь я заметил на нем безупречно сидящий черный костюм, отполированные до блеска туфли и запонки с каким‐то гербом, явно не местного происхождения.

– Мы позволили себе весь верхний этаж, – пояснил он, заметив мою растерянность. – А костюм… По-моему, неплохо сидит. Что скажешь?

– Скажу, что из тебя вышел бы отличный бизнесмен. Но прямо сейчас я мечтаю только об одном: принять ванну.

Получив от него ключ, я направился в свою комнату.

…Вечером мы все собрались в ресторане на первом этаже. Просторный зал был