Леди пепла - Мелисса Рёрих

сироты за пределами Черного синдиката получали еду и одежду. Насколько это в моих силах. Потому что они имеют такое же значение, как и дети, которых пытается спасти Скарлетт.

Теперь лицо Тавы покраснело совсем по другой причине – от гнева. Поскольку Каллан не нашелся с ответом, она продолжила:

– Но я, увы, не она и даже не могу выбраться из своего треклятого дома, как множество раз проделывала она. Едва ли мои усилия способны в значительной мере что-то изменить, но и то немногое, что я делала, свелось на нет. У меня не получается попасть куда нужно из-за стоящего на пути Финна.

В комнате воцарилась тишина. Каллан провел рукой по подбородку, не зная, с чего начать. Во-первых, он никогда не слышал из уст Тавы подобных слов. Он взглянул на Финна, который молча потягивал виски и с интересом поглядывал то на своего принца, то на его леди.

– Тебе есть что сказать по этому поводу? – спросил его Каллан.

– Нет, – ответил Финн, откидываясь на спинку дивана, на котором сидел. – Это же ваша мнимая невеста, вам с ней и разбираться.

– Не с чем тут разбираться, – вмешалась Тава, чей тон стал более спокойным. – Просто оставайся здесь, пока я буду доставлять то, что должна.

– Дрейк знает, что вы этим занимаетесь? – спросил Каллан, внимательно наблюдая за девушкой.

Поджав губы, она перевела взгляд на медленно угасающий огонь в камине.

– Нет. Ему и без того забот хватает.

– Тава, трущобы не менее опасны, чем Черный синдикат, – попытался вразумить ее Каллан.

Она насмешливо посмотрела на него.

– Это не так, принц. Они нисколько не похожи. В Черном синдикате полно криминальных авторитетов, наемников и нелегальных торговцев. А в трущобах живут люди, о которых забыли, потому что они больны, бедны или одиноки, и до их существования никому нет дела.

– Даже если и так, сейчас это опасно, – воскликнул Каллан, решив попробовать другую тактику. – Все знают, что мы обручены. Вас могут похитить с целью выкупа. – Она открыла было рот, чтобы возразить, но не успела, поскольку он продолжил: – Речь не о бедняках из трущоб, а о тех, кто хочет продвинуться по социальной лестнице и готов ради этого нанять вышеупомянутых преступников и воров.

Обдумывая его слова, Тава прикусила внутреннюю сторону щеки. Тяжело вздохнув, она опустилась в кресло, на которое был накинут плащ. Впервые она показала, как сильно изматывает ее их соглашение. Прошла всего неделя, но придворная жизнь уже брала свое и высасывала из нее свет.

– Финн, не мог бы ты оставить нас на несколько минут?

– Конечно, – согласился тот, ставя опустевший стакан обратно на тележку. – Вернусь через час.

Кивнув, Каллан дождался, пока за ним закроется дверь, и повернулся к Таве. Она смотрела на тлеющие в камине угли, подперев подбородок одной рукой, а другой теребила свой духовный амулет на цепочке из слоновой кости.

– Тава, вы хотите прекратить наше соглашение? – спросил он, переходя прямо к делу.

Ее глаза расширились, когда она встретилась с ним взглядом.

– Нет, Каллан. Прошу прощения, если заставила вас так подумать.

– Пожалуйста, не извиняйтесь. Моя жизнь, поступки, которых от меня ждут, опасности, с которыми я сталкиваюсь и в которые втянул вас, потому что вы связаны со мной, – это не мелочи, Тава. Они тяжким бременем ощущались бы на плечах любого человека, особенно того, кто с детства не привык их выносить, – ответил Каллан.

– Я выросла в том же обществе, что и вы, – возразила она.

– Да, но все же воспитание благородной дамы и наследника престола разнятся. Более того, если семья леди надеется выдать ее замуж за королевскую особу, то ее подготовка также будет отличаться от вашей.

– Все это я понимаю, – вздохнула она. – Повторяю, я не собираюсь уклоняться от нашей договоренности. Просто оказалась не готовой к тому, что личная охрана будет мешать моей деятельности в трущобах. Но я что-нибудь придумаю.

– Я не прошу вас не ходить туда, Тава, но возьмите сопровождающим Финна. Или Дрейка. Или меня.

– Вам нельзя. И Финну тоже. Даже мой брат не подходит, – ответила она, возвращая взгляд к еле теплящемуся пламени.

– Почему?

– Потому что вы наследник престола, Финн – королевский гвардеец, а Дрейк – дворянин и командующий войсками, – пояснила она так, словно это было очевидно.

– Но и вы тоже высокого происхождения, – сухо заметил Каллан.

– Верно, однако долгое время я сопровождала Скарлетт в ее вылазках. Благодаря ей люди узнали меня и стали мне доверять.

– Выходит, мне доверять не будут, потому что Скарлетт не брала меня с собой? – с горечью воскликнул он.

Окинув его быстрым взглядом, Тава поднялась на ноги и потянулась за плащом.

– Нет, вам они доверять не станут, потому что вы королевская особа.

– Они не доверяют своему правителю?

С ее губ сорвался невеселый смешок.

– Увы, Каллан, подданные не доверяют ни Короне, ни королю, который, кажется, позабыл о них и которому нет дела до того, есть ли у них еда, кров, одежда. Они не доверяют людям, которые насмехаются над ними в ответ на просьбы накормить их голодающих детей.

Каллан отступил, пораженный жестокостью ее слов. Она успела надеть плащ и теперь направилась к двери.

– Куда вы?

– Есть ряд особо нуждающихся семей. Они больны и несколько дней не принимали лекарство. Хочу доставить им отвар, – пояснила Тава, потянувшись к дверной ручке, но Каллан не дал ей ее повернуть.

– Разрешите мне пойти с вами.

– Я только что объяснила, почему это невозможно, Каллан.

– Я не могу позволить вам пойти туда одной, Тава. Больше не могу.

– Что же вы в таком случае предлагаете?

– Я замаскируюсь, спрячу свое лицо. Обитателям трущоб необязательно знать, что я наследный принц. Финн может сделать то же самое.

– Не сработает, – возразила Тава, покачав головой.

– Это ваш единственный выход, Тава.

Окинув его долгим взглядом, она смирилась с тем, что он не отступит.

– Ладно, – вздохнула она, взмахом руки веля ему надеть плащ.

Он не сводил с нее глаз, боясь, что она выскользнет за дверь без него, стоит на мгновение отвернуться. В его жизни такого было предостаточно.

Через несколько минут они разыскали Финна, и Каллан ввел его в курс дела. В столь поздний час в коридорах замка было тихо, а те немногие стражники, мимо которых они проходили, вопросов не задавали. Когда они оказались на улице и вдохнули морозный зимний воздух, Каллан направился было к конюшням, но Тава схватила его за руку и покачала головой.

– Мы пойдем пешком. Если прибудем верхом или в карете, все сразу догадаются о вашем высоком