"Фантастика 2026-178". Компиляция. Книги 1-22 - Екатерина Насута

Андрея вдруг осенило: да князь же просто сгорает от любопытства! Ему смертельно хочется увидеть, что в итоге вышло из первоначальной не слишком складной задумки!

Инженер, не говоря ни слова, подошел к воротам, отодвинул засов и навалился плечом на здоровенную четырёхметровую створку. Рядом то же сделал князь, не побоявшись испачкать куртку и занозить ладони. Со скрипом воротина распахнулась настежь, впуская в ангар яркий солнечный свет. Зашли двое помощников, по команде приподняли хвост аппарата. Андрей упёрся в крыло с одной стороны, князь — с другой, и вчетвером они потихоньку покатили планер к старту. Следом, едва не подпрыгивая на ходу, шагала Варя, неся под мышкой шлем и гогглы.

За то, кто первым полетит на новом аппарате вышел спор. Да такой, что если бы не князь, дело могло дойти до драки. Но Владимир Анатольевич сперва стукнул кулаком, пресекая распри, а после объяснил специально для дочери: скорость полёта будет больше, и нагрузки на рули соответственно увеличатся. И кто знает, сколько силы потребуется для управления аппаратом. А потому первым полетит тот, кто элементарно сильнее.

Погода была идеальна для испытания. Ветра почти нет, облаков — тоже. По наскоро сколоченной лесенке Андрей поднялся на крыло планера, забрался в кабину, пристегнул ремни, надел шлем, опустил на глаза очки. Глубоко вдохнул, успокаивая нервы, потом резко выдохнул, отгоняя все посторонние мысли. Повернул ключ, запуская парогенератор, нажал кнопку, зажигая горелку перегревателя. Подождал, пока стрелка манометра дойдет до нужного деления и двинул вперед рычаг подачи пара. Пропеллер медленно, словно нехотя, провернулся раз, другой, быстрее, и вскоре слился в один прозрачный круг, со свистом рассекая воздух. Аппарат тронулся с места и бодро побежал по специально подготовленной полосе, слегка подпрыгивая на небольших кочках. Правда, взлетать не спешил.

Андрей ещё добавил пара, доведя рычаг до двух третей от максимума. Приподнялся хвост, убавилась тряска, но уже было видно: для взлёта полосы не хватит. Пилот убрал пар до минимального, пропеллер остановился и планер стал замедлять ход. Следом бросились зрители. Добежали, отдышались, помогли развернуть аппарат.

— Что случилось? — первым делом спросил Тенишев. — Ты ведь почти оторвался!

— Скорости не хватило, — ответил Андрей. — Сейчас попробую со старта полный пар дать, должно получиться.

И, повернувшись к Варваре добавил:

— Запиши, нужен реверс паровика для торможения. Это сделать несложно и недолго, зато не придётся ждать, пока планер сам остановится.

Девушка послушно черкнула в блокноте.

Зрители и болельщики отошли в сторону, и Андрей плавно двинул рукоять пара от себя до упора. Стало слышно, как ходят поршни паровика, засвистел пропеллер. Планер тронулся и побежал вперед, с каждой секундой разгоняясь всё сильней. Вот снова приподнялся хвост, но колеса отрываться от земли не спешили. Чутьём, наитием угадав правильное действие, Андрей слегка потянул на себя ручку управления, и прыжки по кочкам сразу прекратились.

Веретенников опустил глаза и увидел, как уходит вниз земля. Навскидку, он сейчас летел на высоте пятидесяти метров и, судя по бьющему в лицо ветру, очень быстро. Гораздо быстрее обычных для мобиля шестидесяти миль в час. Не успел Андрей и глазом моргнуть, как под ним промелькнул ангар, затем трек. Очередная гонка прекратилась сама собой, люди выскочили из мобилей и глядели ему вслед. Да и на стоянке возник немыслимый ажиотаж.

Пора было возвращаться обратно, и попытаться вернуть планер на землю. Но на такой безумной скорости это делать было страшновато. Андрей убавил пар до двух третей и сразу почувствовал: встречный поток воздуха заметно ослаб. Он плавно двинул левую педаль, и аппарат так же плавно развернулся в обратную сторону. А там, на полосе перед ангаром, князь и Варя обнимались, прыгали, махали руками — в общем, творилось полнейшее безумие. Да и помощники в стороне не остались, хотя выражали свои эмоции куда как более сдержано.

Увидев, что планер полетел в другую сторону, толпа гонщиков бросилась следом. К счастью, бежали они намного медленнее, чем летел аппарат. Андрей пролетел с запасом, развернулся, прицелился на полосу и стал понемногу убирать пар, сбавляя скорость. Когда рычаг дошел до половины, планер начал валиться на крыло. Пришлось добавить паровику немного оборотов и дальше действовать ручкой. Плавно, как привык, он опускал аппарат ниже и ниже. Вот под колёсами промелькнуло начало полосы. Пилот чуть убрал пар, аппарат просел и, наконец-то, коснулся колёсами земли.

Андрей сдвинул рычаг пара на себя до упора, выключил паровик и покатился по инерции, чувствуя, как из-под шлема течет по лбу струйка пота, а пальцы мелко подрагивают. Навстречу ему бежали Тенишевы, отец и дочь, оба помощника, а за ними из-за ангара выхлестывала на лётную полосу толпа гонщиков.

Наконец, планер остановился. Это произошло крайне удачно, как раз в тот момент, когда у помощников кончились силы. Но лесенку до аппарата они дотащить сумели. Веретенников, держась за борт кабины, вылез на крыло, на подгибающихся ногах спустился на землю и тут же попал в объятия Тенишева. Владимир Анатольевич, даром, что разменял шестой десяток, сдавил инженера так, что у того хрустнули рёбра.

— Молодец! — кричал князь. — Герой! Сегодня напьюсь вдрабадан! Эх, гуляй, рванина!

Он повернулся к дочери, обнял и её, правда, аккуратнее.

— И ты молодец, вы оба молодцы! Вы даже не представляете, что сегодня сделали! Нынче родилась новая эпоха, а вы двое — её, этой эпохи, родители.

— А ты? — лукаво спросила Варя у отца.

— А я — так, не то акушер, не то повивальная бабка. Немного помог облегчить роды.

К этому моменту толпа добежала до стоящего посреди полосы планера. Было удивительно, но совершенно посторонние люди кричали и радовались ничуть не меньше князя. И ведь состоятельные господа, в дорогих костюмах, многие с родовыми перстнями на пальцах, но все будто обезумели. Кричали «Ура!», бросали в небо шляпы и кепи, и даже гонщицкие шлемы. Каждый хотел прикоснуться к аппарату и похлопать по плечу пилота. А потом кто-то крикнул:

— Качать его!

И не успел Андрей опомниться, как его подхватили на руки и подбросили вверх, в пронзительно-голубое небо. А потом еще и еще раз, пока князь не прекратил вакханалию. Его зычный голос перекрыл крики толпы:

— Довольно, господа. Отпустите, наконец, молодого человека. Лучше помогите откатить самолёт к старту.

Инженера поставили на землю, и даже не уронили. А потом облепили конструкцию, словно муравьи, и торжественным шагом, как на параде, направились в сторону ангара. А Веретенников поплелся следом, понимая, что взмокли не только волосы под