Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2 - К. Рэдлиф

бушевала безумная ярость, смешанная с отчаянием. Ученики никогда не наблюдали его таким, поэтому осторожно отступали, пряча взгляд. Но Линь Яну было на них все равно. Он видел только одного человека.

– Линь Цзо. – Голос Линь Яна был низким и хриплым, и имя брата прозвучало как приговор.

Линь Цзо медленно обернулся, чуть улыбаясь уголком губ.

– Линь Ян, наконец-то ты соизволил вернуться. – Его рука инстинктивно легла на рукоятку собственного меча. – Пришел поблагодарить за проведенную уборку?

Линь Ян не стал ничего говорить. Он просто сдвинулся с места с неестественной скоростью. Искра Рассвета со свистом рассекла воздух, желая просто разорвать в клочья. Линь Цзо парировал удар, но тот был нанесен с такой силой, что отбросил его назад на несколько шагов, заставив сцепить зубы от боли в запястье.

– Кто дал тебе право?! – прошипел Линь Ян, наступая. – Кто позволил тебе жечь что бы то ни было?!

– Он дал мне право! – огрызнулся Линь Цзо, отскакивая. – Своим предательством! Я лишь привел приговор в исполнение! Ты должен благодарить меня!

– Ты ничего не знаешь! – рыкнул Линь Ян, заставляя брата отступать под градом ударов. – Если я сказал ничего не предпринимать, значит, ничего не предпринимай.

– Знаю я достаточно! – Линь Цзо язвительно рассмеялся, едва отражая удары. – Знаешь, что было самым забавным? Он ведь пришел, идиот. Посмотрел на сожженное поместье, развернулся и улетел. Мне понадобились все мои силы, чтобы не сорваться на Туманный склон и не прикончить его там же на пепелище.

Эти слова попали в цель точнее любого клинка. Ярость Линь Яна, и без того закипавшая, достигла точки кипения. Цзэ Сюлань все видел. Он видел, как уничтожают его дом, и ничего не мог сделать, разве что стоять и смотреть. Мысль о том, что должен был чувствовать в тот момент Цзэ Сюлань, обожгла Линь Яна изнутри сильнее любого пламени.

– Замолчи! – Ярость Линь Яна достигла пика. Он сделал обманный маневр, молниеносно сменил стойку и с силой, против которой не устояла бы даже скала, выбил меч из руки брата. И тот с грохотом отлетел в сторону.

Линь Цзо отшатнулся, но было поздно. Кулак Линь Яна со всей мощи врезался ему в солнечное сплетение.

– Кха!

Воздух с хрипом вырвался из легких Линь Цзо, и он сложился пополам. Захлебываясь и едва заставив себя сделать вздох, он рухнул на колени, судорожно хватая ртом воздух.

Линь Ян стоял над ним, молча наблюдая. Его грудь быстро вздымалась от тяжелого сбитого дыхания, а по лицу струился пот. Он смотрел на брата, но мысли его были уже далеко.

– Ты… выбрал его… – с трудом выдохнул Линь Цзо, держась за живот.

Но Линь Ян уже не слушал. Ему нужно было немедленно улететь и найти Цзэ Сюланя, пока тот не сделал с собой чего-нибудь от отчаяния или пока не ушел так далеко, что его будет не найти.

Линь Ян уже собрался оттолкнуться от земли, чтобы взмыть в воздух на своем мече, как вдруг на площадку спустился с меча перепуганный наставник из низины Послушания. Его лицо было белым как мел, а глаза выпучены до такой степени, словно вот-вот вывалятся.

– Старейшина Линь, мастер Линь! – закричал он, падая на колени перед ними, не обращая внимания на их вид и на поверженного Линь Цзо. – Барьер… Великий Барьер…

Он задыхался не в силах выговорить.

Линь Ян замер, чувствуя, как ледяная рука сжимает его сердце. Все остальное мгновенно ушло на второй план.

– Что с барьером?

– Он трещит, – выдохнул наставник, и в его голосе слышались слезы паники. – Со стороны озера Ледяной скорби. Чуть дальше поместья. Я был в лесу, когда увидел… Услышал!.. Кажется… кажется, вот-вот рухнет!

Воздух на площадке стал густым и тяжелым от напряжения, даже Линь Цзо поднял голову, забыв на мгновение о своей боли. Если рухнет барьер, то не только Пепельный хребет будет уничтожен, но и вся страна окажется под угрозой исчезновения.

Линь Ян закрыл глаза. Личная месть, боль и отчаяние тут же были отодвинуты на второй план. Собравшись с мыслями, он скомандовал:

– Поднимай тревогу. Собирай всех, кто может держать меч. Лети к Хэ Фэнь и скажи, чтобы она готовила оборонительные формации. Отправьте гонцов во все города, чтобы не было ни одной школы или клана, которые бы не слышали новость. Остальные ордена тоже пусть присылают своих людей.

Проследив, как наставник улетает, Линь Ян перевел взгляд на Линь Цзо:

– Ну что, доволен? Ты выгнал единственного, кто мог подлатать и восстановить барьер! Где его теперь искать?

– Хочешь сказать, это я виноват в крушении ордена? – фыркнул хозяин горы Стремлений, вставая на ноги. – Да ты сам ничем не лучше.

Линь Ян ничего не ответил, потому что тот был абсолютно прав.

Глава 82. Этот мастер испортил первую брачную ночь императрице

Как бы Цзэ Сюлань и его ученики ни торопились, урезая время отдыха до минимума, на торжество они не успели. Пышная императорская свадьба отгремела всего на несколько часов раньше, чем они вошли в город. Стояла глубокая ночь, и даже случайных прохожих уже было не встретить на улицах Тяньшу. К стенам Города Дракона гостей провожала только безразличная к человеческим торжествам луна, похожая на отполированный нефритовый диск.

Стража узнала Цзэ Сюланя сразу, хоть и смутилась его совсем не торжественного вида, и поспешила пропустить. В стенах дворца шум пира давно утих, сменившись ночной тишиной. Лишь редкие патрули императорской стражи нарушали безмолвие, передвигаясь взад-вперед и поскрипывая недавно обновленным снегом.

Яо Вэньмин, Юнь Цзяо и Минь Ли были настолько уставшими, что тут же завалились спать, как только их проводил перепуганный евнух. А вот Цзэ Сюлань стоял у двери скромного гостевого павильона в Западном саду, рассматривая блестящую серебром в свете луны крышу. Казалось, совсем недавно Линь Ян пришел в этот павильон такой же темной ночью, чтобы угостить украденным вином. Сейчас это яркое воспоминание казалось таким нереальным, что больше напоминало сон, нежели прошлое.

Вид у бывшего хозяина Туманного склона был такой же потрепанный, как и его одежды. Пыль дорог въелась в ткань, а под глазами залегли темные тени бессонных ночей. Он смотрел на знакомые сады, но не видел их. Перед глазами все еще стоял едкий черный дым и багровое зарево, пожирающее его дом.

Евнух, расположивший учеников в пристройке к основному павильону, пробормотал что-то о том, что доложит о прибытии заклинателя утром, и поспешно ретировался. Цзэ Сюлань даже не стал его останавливать. Есть ему не хотелось, а императору Жэньаню и