Хроники Аластора 1-3 - Джек Холбрук Вэнс

мной не спорь. Я и не такое видел. Во-вторых. Куда, по-твоему, я везу шлак? У меня в трюме что, драгоценные камни для тиары любимой наложницы подрядчика? Не совсем так. Я зависаю над озером Неман там, где подрядчик Шубарт изволит устраивать дамбу для переезда. Открываю трюмы – шлак сыплется, и с ним твой замёрзший труп плюхается в чёрную воду с полуторакилометровой высоты. Такая перспектива тебя устраивает?

– Я всего этого не знал, – искренне признался Джантифф. – Если бы знал, то, наверное, выбрал бы другое средство передвижения.

Водитель несколько раз быстро кивнул, будто ему нравилось перекатывать голову между плечами:

– Нет, ты не лагерник, ясное дело. В лагере знают, как с зайцев шкурки обдирают, хе-хе. – В голосе летучего пролетария появился оттенок благосклонности. – Ну что ж, тебе повезло. Довезу тебя до Блеля, так и быть – если ты заплатишь… скажем, сто озолей. Выбирай: мороз и озеро Неман – или платный проезд.

Джантифф поморщился:

– Аррабины меня ограбили, отняли всё, что было. Ничего не осталось, кроме нескольких талонов.

Несколько секунд водитель мрачно молчал:

– А что у тебя в мешке на поясе?

Джантифф продемонстрировал содержимое мешка:

– Пятьдесят «деревянных» и чуть-чуть морской капусты.

– Тьфу! – водитель издал разочарованный стон. – Что мне делать с этим барахлом? – Он повернулся и потопал по мосткам к своей кабине.

Спотыкаясь и сползая, Джантифф побежал за ним по гребню кучи шлака:

– Сейчас у меня ничего нет, но мой отец вам заплатит! Честное слово!

Водитель остановился и принялся с преувеличенным вниманием осматривать отделения трюма:

– Никого больше не вижу. Твой отец, он куда запропастился? Пусть вылезает и платит.

– Он не здесь. Он во Фрайнессе на планете Зак.

– На планете Зак? Надо же! Что ж ты сразу не сказал? – Водитель протянул руку вниз и одним движением выдернул Джантиффа на мостки. – Я гатцвангер с Кандаспа, это недалеко от Зака, каких-нибудь тридцать световых лет. Аррабины? Чокнутые они все – где живут, там и гадят, а чем гадят, тем и живут. Глаза б мои не видели их равноправия! Давай лезь в кабину. Не подобает одному порядочному эксплуататору оставлять в беде другого.

Джантифф осторожно последовал за бочкообразным гатцвангером и залез в тёплую кабину.

– Садись вон туда. Я как раз собирался перекусить. Чем богаты, тем и рады. Или ты питаешься только морской капустой?

– С удовольствием к вам присоединюсь, – вежливо сказал Джантифф. – Моя морская капуста уже не первой свежести.

Водитель выложил хлеб, мясо, пикули и флягу вина, жестом пригласив незваного пассажира угощаться:

– Тебе повезло, что тебя нашёл я, Лемиэль Шваркоп, а не кто другой. Иные дальнобойщики делают вид, что ничего не видят и знать ни о чём не хотят. По правде сказать, я до того презираю аррабинов, что готов везти на край света всех, кто не прочь от них сбежать. Лагерников в том числе. А вот есть у нас такой Бухлый, нынче личный шофер подрядчика Шубарта – в своё время тоже баржу водил. Так тот никого, кроме услужливых потаскух, не жалует – да и тем, говорят, норовит ничего не платить.

Джантифф решил не упоминать о своём поверхностном знакомстве с Бувехлютером:

– Я вам очень благодарен. Вам и Кассаденции[65].

– Как бы то ни было, – продолжал разглагольствовать Шваркоп, – Потусторонний лес – не место для таких, как ты. Там никто не поддерживает порядок, каждый сам за себя. Приходится драться, прятаться или бегать с места на место – если у тебя, конечно, нет врождённой наклонности к рабству.

– Всё, что я хочу, – улететь с этой планеты, – сказал Джантифф. – Только для этого я и направляюсь в Балад.

– В Балад… Вполне может быть, что тебе придётся долго ждать.

Джантифф сразу встревожился:

– Почему?

– Баладский космодром – всего лишь площадка на берегу моря. Примерно раз в месяц там приземляется грузовой корабль – привозит товары для местных жителей и для подрядчика Шубарта. При этом очень маловероятно, чтобы корабль, заходящий в Балад, на обратном пути делал остановку на Заке.

Джантифф переваривал плохие новости в унылом молчании. В конце концов он спросил:

– И как же мне вернуться на Зак?

Шваркоп поднял брови:

– С унцибальского космодрома ежедневно отправляются десятки кораблей.

– Верно, – Джантифф не хотел вдаваться в подробности. – Придётся об этом подумать.

Аэробаржа скользила во тьме. Одолеваемый усталостью, Джантифф сонно грезил наяву. Шваркоп растянулся на кушетке за сиденьями и принялся громко храпеть. Глядя в лобовые стёкла, Джантифф видел только мрак впереди и звёзды скопления Аластор наверху. Где-то в стороне, далеко внизу, появился и медленно проплыл мимо мерцающий желтоватый огонёк. Кто не спал в диком ночном лесу? Кто не боялся сидеть у костра посреди ночи? Цыгане? Бродяги? Кто-то заблудился? Огонёк мигнул последний раз и исчез.

Джантифф растянулся на скамье и попытался уснуть. В конце концов он задремал – через несколько часов его разбудил топот башмаков Шваркопа.

Часто моргая глазами, Джантифф застонал, заставил себя сесть и сгорбился, обняв голову руками. Шваркоп полоскал лицо в умывальнике, громко фыркая и сопя, как тонущее животное. Кабина озарилась бледно-серым светом занимающейся зари. Джантифф встал и подошёл вплотную к лобовому стеклу. Двон ещё не взошёл, небо затянула хмурая крапчатая пелена. Внизу, до самой гряды холмов на южном горизонте, расстилался лесной ковёр, изредка прерывавшийся небольшой прогалиной или озерцом.

Шваркоп со стуком поставил перед Джантиффом кружку чаю, вгляделся в плывущий под баржей пейзаж.

– Скверное утро! Сыро, как в погребе. Сычовый лес – гиблое место, здесь только дикари да ведьмы водятся! – Приподняв руку ко лбу, водитель осенил себя малопонятными знамениями. Джантифф с удивлением взглянул на него, но решил, что задавать вопросы неуместно. Шваркоп произнёс с мрачной убеждённостью: – Если судьба заставляет человека работать на чужбине, с его стороны предусмотрительно уважать местные верования и следовать местным обычаям. Дикари Сычового леса каждое утро совершают такой молчаливый обряд. Они убеждены в том, что это даёт немалые преимущества. Почему бы я стал с ними спорить или презирать их за это? Кто знает? В конце концов, они тут живут уже сотни лет, им виднее.

– Совершенно верно, – с готовностью согласился Джантифф. – Исключительно целесообразная предосторожность.

Шваркоп налил ещё чаю.

– Сычовый лес кишит тайнами и загадками. В незапамятные времена здесь были плодородные поля, ухоженные сады. Кто бы мог подумать? Дворцы, усадьбы – всё заросло, покрылось паутиной и плесенью.

Джантифф с благоговением покачал головой:

– Что было, то прошло.

– Только не для подрядчика Шубарта! Он собирается валить лес и расчищать поля. У него, понимаешь ли, повсюду будут фермы, усадьбы, деревни и земства, он спит и видит себя повелителем Потустороннего царства! О, гроссмастера Шубарта хлебом не корми, дай покичиться, похвастаться роскошью, устроить пышный приём важным инопланетным гостям!

– Грандиозный план. По меньшей мере