Ветер и Правда. Том 2 - Брендон Сандерсон

Сзет ненадолго завис на месте, с неудовольствием наблюдая, как наступают его войска. Его бойцы были робкими, нерешительными. Убить человеческое существо – совсем не то же самое, что проткнуть свиную тушу, а годы отвлеченных тренировок не заменят реальный боевой опыт. Этим солдатам придется добиться большего. Приносящие пустоту будут защищаться с неизмеримо большей стойкостью, чем здешнее городское ополчение.

С выставленным в сторону мечом, обвязанный трепещущим на ветру длинным красным поясом, Сзет подождал до тех пор, пока его солдаты не начали увязать. К сожалению, у него было крайне мало опыта подготовки бойцов – только краткий период офицерства, во время которого он потопил корабли налетчиков. Оглядываясь назад, он понимал, как ему тогда повезло, что ему достались солдаты, закаленные в боях с камнеходцами.

Когда линия наступающих застопорилась, а некоторые бойцы потрясенно уставились на оставленных ими убитых, Сзет снизился, зарядил один из покоящихся за пределами городка священных валунов, и тот обрушился на строй противника. Уцелевшие побежали обратно к городу, побросав оружие.

Так все и началось. Их первое сражение. Вместо триумфального марша великолепной армии – пара сотен аколитов, убивавших впервые в жизни.

– Вам придется научиться большему, – бросил Сзет своим бойцам и увидел, как те сдулись, поникли.

Поделом. Они выглядели нелепо, и всю работу пришлось делать ему.

– Идемте. Нужно закрепиться в городе и заняться убеждением жителей примкнуть к нашему делу.

* * *

В захваченном городе все проявляли к Сзету уважение на словах. Кланялись, когда он проходил мимо, называли «честь-ними». Кормили его солдат и не мешали вербовать новых.

Но делали все это без души. Сзет это чувствовал, договариваясь с городским мясником о поставках для своих людей. Долговязый мужчина кланялся, но боялся. Не чувствовал себя освобожденным. И не желал, чтобы его освобождали, что бы Сзет ни говорил.

– Уверяю тебя, – сказал ему Сзет, – Возвращение началось. На наш край нападают Приносящие пустоту.

– Да, само собой, честь-ними, – снова поклонился мясник.

– Ты не веришь, – заметил Сзет и взглянул на своих офицеров: – Он не верит.

– Честь-ними, мне потребовалось время, чтобы поверить, – пожал плечами Тал-сын-Георда.

– Может… стоит пойти и добыть Приносящего пустоту, – предложила Виск-дочь-Брадор. – Продемонстрировать тело одного из них.

– Приносящего пустоту так просто не поймаешь, – возразил Сзет. – Они скрывались все это время. – Он перевел взгляд на мясника. – Они извратили тех, кто нами руководит. Ты должен присмотреться и это понять. Почему ты этого не видишь?

Тому, похоже, было не по себе. Он предложил побольше лучших кусков мяса. Сзет вздохнул, принял предложение и двинулся по городу дальше.

Офицеры нагнали его.

– Так будет везде, куда бы мы ни пошли, – предупредила Виск. – Именно поэтому Туко так и не решился по-настоящему восстать. Он понимал: выступление одного носителя Чести против остальных будет выглядеть как борьба за власть, гражданская война.

Сзет остановился в конце дощатой улицы и воззрился на зеленую весеннюю траву, засеянные поля, над которыми раскинулось небо – порой будто бы слишком чисто голубое. Словно не настоящее, а нарисованное акварелью на огромном холсте.

Он воображал, что к нему слетятся тысячи. Что под высоко реющим знаменем Правды соберется великая армия, чтобы помочь ему выкорчевать охвативший страну недуг. На деле же люди предпочитали его игнорировать. Надеяться, что он просто… пройдет, как странная вонь.

Сзет отпустил офицеров. Всего один мелкий городок, а управление уже доставляло головную боль. Такие размышления навели его на мысли об отце, оказавшемся в руках врага: разговор Сиви с Позеном подтвердил это предположение. Рано или поздно противник разыграет эту карту и потребует, чтобы Сзет сдался, иначе Нетуро казнят.

Что он сделает, когда этот день наступит? Ведь это ситуация, в которой… в которой сделать правильный выбор невероятно трудно. И как он собирается завоевывать целую страну? Как поведет ее против сил вторжения Приносящих пустоту, которые наверняка выйдут из укрытия и нанесут удар, едва осознают, что он делает?

– Как? – прошептал он, по-прежнему стоя на краю дощатой улицы. – Как мне это сделать? Пожалуйста.

«Носители Чести слабы, – сказал Голос. – Они прячутся в надежде, что ты потеряешь присутствие духа».

– Ты, – прошипел Сзет. – Я думал, с тобой покончено.

«Ох, Сзет! Ты никогда со мной не покончишь».

– Прочь! – выкрикнул Сзет. – Прочь из моей головы!

Голос усмехнулся.

«Ты совершил смертный грех. Убил соплеменников, поднял восстание, пусть и малое. Грядет бой, которого ты жаждал. Тебе нужно только довести ситуацию до критической точки, чтобы выманить прочих носителей Чести и иметь возможность их убить».

Сзет заставил себя успокоиться. Голос хотя бы был чем-то знакомым. Сзет знал, как себя с ним вести. И пожалуй, решив донимать Сзета, он кое-что выдал. Пока революция не выйдет за пределы этой маленькой области, остальные будут с полным правом полагать, что на Сзета можно не обращать внимания. Ему нужна настоящая армия, настоящая угроза.

Он повернулся боком к горам. Лицом на юг.

Несколько минут спустя он отыскал Виск в лагере за пределами города.

– Передай приказ, – сказал он шаманке. – Лагерь свернуть. Мы выступаем.

– Что? – спросила она. – Куда?

– Вдоль гор. К моей родной деревне – и камнестражническому монастырю. Там десятилетиями тренировалась настоящая армия для борьбы с налетчиками.

Армия, которую организовал, вышколил и упорядочил гений: отец Сзета. Там к нему прислушаются. В той армии есть солдаты, уважавшие Сзета за надежное руководство.

Пусть носители Чести попробуют проигнорировать его, когда под его знаменами окажутся те войска.

107. Приносящий пустоту

СЕМЬ ТЫСЯЧ СТО ЛЕТ НАЗАД

Я,Бог, держал на руках тело мертвого ребенка и плакал под горящим небом.

Пепел и смерть. Все превратилось в пепел и смерть.

Я создал осязаемую аватару, и она сжимала безвольное тело. Я закрыл глаза, но, будучи богом, все равно видел усыпавшие землю вокруг меня трупы. Еще тысячи умирали, а воздух густел от дыма.

Первая планета горела.

Передо мной появился Рейз, ростом с гору, сцепив руки за спиной.

– Все пошло… не по плану, – произнес вероломный, обозревая полностью сгоревшие города, армии, обратившиеся в обугленные кости. – Пожалуй, мы зашли слишком далеко.

Я, Бог, взревел от нестерпимой муки, запрокинув голову.

– Ни к чему столько драмы, Танер, – сказал Рейз. – Всегда остаются еще люди. – Он ткнул ногой обгорелое тело. – И все же слишком далеко. Это было чересчур…

Он пропал из виду.

Поддержанное мною королевство доблестно сражалось, противостоя империи Рейза, и сила во мне радовалась. Мои последователи на Аласве погибли с честью. С точки зрения силы честная смерть ничем