Покорительница дворца - Райан Гродин

Но волшебник Запад уже сменил тему:

– А как ты хитро придумала сказать, что превратишь Брайса Борзопёра в жабу! Если хочешь, можем сегодня вечером заклятье перевоплощения отработать.

– Чтобы избавить волшебника Юга от кошачьих ушей?

– Что? Нет! Как по мне, так пускай и дальше мается с этими ушами!

– Он никогда не допустит меня до конклава, – сказала Фэй. – Он все еще злится на папу за то, что тот бросил учебу в Чантуине, а тут еще и я с этими лакричными ушами!

– Ой, да ладно тебе. Верно, чтобы получить одобрение Юга, печенья недостаточно, – проговорил Запад. – Он упрямец каких мало, но и на него можно повлиять! Если во время испытаний ты произведешь на Юга впечатление, он передумает, я не сомневаюсь.

– Зато я сомневаюсь. – Фэй волновалась не только из-за печенья и того, что ей пришлось врать. Теперь, выйдя из Центральной залы, она поняла, что в этой встрече смутило ее сильнее всего.

Никто из Трех не спросил ее имени.

Конечно, в «Проклятом очаровании» о ней немало писали, а волшебник Юг был знаком с ее отцом. Но ведь они даже из вежливости не спросили. Одно из двух: либо они уже считают ее волшебницей Запад, либо же смотрят на нее как на пустое место. И, судя по тому, как приветствовала ее принцесса Иллиан, второе вероятнее.

От этой мысли Фэй едва не расплакалась.

– Наверное, надо как-то предложить ему перемирие. – Запад плыл по коридору, не замечая, что его ученица остановилась. – Сам я такого ему ни за что не предложил бы, потому что Юг…

– Эй! Фэй!

Сбоку послышался крик, и несколько мраморных бюстов в коронах повернули головы. Фэй тоже. К ее удивлению, к ней направлялась горничная, и она вновь катила перед собой тележку с чайными принадлежностями. Серебряные колеса тележки подпрыгивали, и чай выплескивался из фарфоровых чашек. Горничная запыхалась, темные волосы выбились из пучка, но сама она улыбалась во весь рот. И в ее улыбке явно было что-то знакомое.

– Да? – неуверенно произнесла Фэй.

– Как я рада снова тебя видеть! – Тележка остановилась, чашка упала набок, и из-под нее выскочил драпончик. Горничная поймала пирожное за хвост и осторожно посадила его себе на плечо. – Пожалуй, назову его Золушок.

Фэй смотрела на девочку, и ей казалось, будто все это она уже где-то видела. Среди всех ее знакомых лишь один человек относился к драпончикам не как к куску теста, в которое добавлен порошок «Анимус», а как к домашним животным.

– Иллиан?

Глава пятая. Мастерская принца Макса

Принцесса Солума превратилась в горничную?

Причем горничная эта ничем не походила на девочку, с которой Фэй подружилась несколько месяцев назад на кухне Селурдура. Ее коса, прежде длинная и светлая, стала короче и потемнела. Вздернутый носик слегка сплющился, а веснушки исчезли. Даже глаза изменились и теперь были не голубыми, а карими, очень выразительными. Служанка быстро закивала, и глаза ее засияли, прямо как фонарики-светлячки из домика на дереве, где Фэй жила прежде. Ее улыбка стала еще шире – единственное, что роднило горничную с принцессой.

– Н-но… – Фэй запнулась. – Как же так?

Мраморные бюсты вскинули брови.

– Хотя ладно. – Фэй покраснела до кончиков своих кошачьих ушей. – Зачем ты применила к себе заклятье перевоплощения?

– Сомневаюсь, что это оно. – Запад, почти неотличимый от чайного пара, облетел тележку. – Такие заклятья способны лишь превращать человека в животное и наоборот. Но человека в другого человека они не превращают. Так как же, во имя Равновесия, тебе это удалось?

– Это не я. – Иллиан взмахнула рукой, и гобелен на стене отодвинулся, открыв потайную лестницу. – Но, если хочешь, давай покажу! Пошли!

– А тебе не попадет за это? – Фэй взглянула на брошенную тележку с чаем.

Иллиан проследила, куда смотрит подруга, и как только оба взгляда остановились на тележке, та самостоятельно покатилась по коридору. У Фэй перехватило дыхание. Неужели принцесса практикует магию?

– В колесах есть особые шестеренки! – объяснила Иллиан. – Макс придумывает различные способы облегчить слугам работу. Пока мы не познакомились с тобой, Фэй, мы и не понимали, насколько у них тяжелые обязанности. Вот и решили помочь.

– И поэтому ты изображаешь горничную? – спросила Фэй, поднимаясь следом за Иллиан по потайной лестнице.

– Изображаю? – возмутилась подруга. – Это, чтоб ты знала, очень тяжелая работа! А с приездом волшебников стало еще труднее. Я уже сбилась считать, сколько раз вымела песок из восточного крыла. В покоях волшебника Севера лопнули трубы – он случайно их заморозил. А Юг запросил исключительно вегетарианское меню, и значит, на кухне двойную работу приходится делать. Прямо как на фабрике! А ведь испытания еще даже не начались!

Фэй вспомнила недели перед турниром, который устроил волшебник Запад.

– Но… зачем ты себя так мучишь? – спросила она.

– По нескольким причинам. Одна из них – улучшить свои лидерские качества, – не останавливаясь, ответила принцесса. – Ты станешь отличной волшебницей Запад, Фэй, но благодаря не магии, а сердцу! И ты показала мне, насколько важно понимать тех, кто вокруг тебя. Когда я горничная, мне это проще – конечно, если меня не заставляют чистить дымоход. Можно тайком выбираться из дворца и наблюдать, как живут мои подданные. Ходить на рынок, подслушивать сплетни в кафе!

– Ты изменила лицо, чтобы слушать, что люди болтают за чашкой кофе?

– Ага! И это так интересно! – Иллиан оглянулась. – Принцессе никто не признается, что поддерживает права ведьм. А в присутствии служанки люди не стесняются и выкладывают все, что на душе. Я столько всего интересного узнала! – Принцесса остановилась возле необычной двери и дотронулась до стены. Двери разошлись в стороны, и за ними оказалась комнатка – таких крохотных каморок Фэй прежде и не видала. – Вот мы и пришли!

– Это твои покои? – изумилась Фэй.

Иллиан улыбнулась:

– Ты никогда лифтов не видела?

Фэй покраснела.

– Нет. Селурдур терпеть не может новые технологии. Однажды Аргон попытался купить граммофон, и замок выкинул его в бассейн. Вот почему у нас нет лампочек, пылесосов и всего остального, что работает от электричества…

– Нет пылесосов? – Подруга ошарашенно уставилась на Фэй. – Небось, на чистку ковров целая вечность уходит?

– Ага, – вздохнула Фэй. – Особенно когда они тебя кисточками щекочут.

– Ну, наш замок современных изобретений не боится. Оно и к лучшему, потому что здесь живет Макс. Он построил этот лифт, когда ему было десять лет! – Иллиан вошла в тесную кабинку и махнула Фэй. – Не волнуйся, это нестрашно.

– Сомневаюсь. – Голос волшебника Запада, парившего возле Фэй, странно